1. Убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, -
наказывается лишением свободы на срок от шести до пятнадцати лет с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.(В редакции Федерального закона от 27.12.2009 № 377-ФЗ )
2. Убийство:
а) двух или более лиц;
б) лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;
в) малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека;(В редакции Федерального закона от 27.07.2009 № 215-ФЗ )
г) женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;
д) совершенное с особой жестокостью;
е) совершенное общеопасным способом;
е 1 ) по мотиву кровной мести;(Дополнение пунктом - Федеральный закон от 24.07.2007 № 211-ФЗ )
ж) совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
з) из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом;
и) из хулиганских побуждений;
к) с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера;
л) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы;(В редакции Федерального закона от 24.07.2007 № 211-ФЗ )
м) в целях использования органов или тканей потерпевшего;(В редакции федеральных законов от 08.12.2003 № 162-ФЗ , от 08.08.2024 № 218-ФЗ )
н)(Пункт утратил силу - Федеральный закон от 08.12.2003 № 162-ФЗ )
о) совершенное с публичной демонстрацией, в том числе в средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях (включая сеть "Интернет"), -(Дополнение пунктом - Федеральный закон от 08.08.2024 № 218-ФЗ )
наказывается лишением свободы на срок от восьми до двадцати лет с ограничением свободы на срок от одного года до двух лет, либо пожизненным лишением свободы, либо смертной казнью.(В редакции федеральных законов от 21.07.2004 № 73-ФЗ ; от 27.12.2009 № 377-ФЗ )
Верховный Суд оставил без изменения приговор и решение суда апелляционной инстанции
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что выводы суда о виновности Д****а А.В. подтверждены доказательствами, исследованными в судебном заседании, которым дана надлежащая оценка. В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела; таких обстоятельств не установлено. Доводы защиты повторяют позицию в первой и апелляционной инстанциях, проверены и отвергнуты. Доказательства раскрывают повод, мотив и обстоятельства содеянного, согласуются между собой, признаны достоверными и допустимыми. Доводы об отсутствии доказательств изнасилования опровергаются выводами экспертов: на срезах ногтевых пластин правой руки потерпевшей обнаружены смешанные следы крови и пота, произошедшие от Д****а с вероятностью 99,(9)28%; на трусах Б обнаружены сперма и пот, произошедшие от Д****а с вероятностью 99,(9)28% и 99,74% соответственно. Показания эксперта С. подтверждают возможность насильственного полового акта без повреждений половых органов. Уголовное дело рассмотрено объективно, с соблюдением принципа состязательности и права на защиту. Квалификация действий по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ верна. При назначении наказания учтены обстоятельства преступления, степень общественной опасности, данные о личности, состояние здоровья, смягчающие обстоятельства, влияние наказания на исправление. В апелляционном порядке дело рассмотрено в соответствии с главой 45.1 УПК РФ, содержание определения отвечает требованиям ст. 389.20, 389.28 УПК РФ.
Цитата из акта
Учитывая установленные судом обстоятельства, не усматривает Судебная коллегия оснований подвергать сомнению и выводы о квалификации действий осужденного Д****а по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти человеку, сопряженное с изнасилованием.
Верховный Суд оставил без изменения приговор и решение суда апелляционной инстанции
Судебная коллегия не нашла оснований для отмены судебных актов. Доводы жалобы направлены на переоценку доказательств, что недопустимо в кассационном порядке. Суд указал, что оценка доказательств произведена в соответствии со ст. 17, 87, 88 УПК РФ, нарушений принципов судопроизводства не допущено. Квалификация действий по пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ признана правильной, наказание назначено с учетом ст. 6, 60, 61, 67 УК РФ. Доводы о недопустимости протокола следственного эксперимента проверены и признаны несостоятельными, так как протокол составлен с соблюдением норм УПК РФ.
Цитата из акта
Исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств дела, юридическая оценка действий осужденного К********а Д.В. по п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, по квалифицирующим признакам «совершенное группой лиц по предварительному сговору», «из корыстных побуждений» судом дана правильно.
Судебная коллегия не усмотрела оснований для отмены или изменения судебных решений. Указала, что наказание назначено с учетом характера и степени общественной опасности, данных о личности, смягчающих обстоятельств, которые были учтены судом. Отсутствие оснований для признания активного способствования раскрытию преступления по эпизоду мошенничества, поскольку вердиктом присяжных установлено иное. Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона не допущено.
Цитата из акта
…ребенка, отсутствие судимостей, наличие ряда заболеваний у матери пенсионерки, находящейся на его иждивении принесение публичных извинений потерпевшим, по преступлению, предусмотренному ч.З ст.ЗЗ, п. «з» ч.2 ст. 105 УК РФ учтены явка с повинной активное способствование раскрытию преступления и изобличению соучастника, частичное признание вины, принятие мер к частичному возмещению ущерба.
Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ не установила существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела (ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ). Доводы С*******а Г.Р. о нарушениях при рассмотрении дела с участием присяжных заседателей отклонены: списки кандидатов вручены своевременно, стороны в равной мере участвовали в опросе и реализовали право на отводы; предвзятость присяжного заседателя Г. из содержания заданного ею вопроса не следует; довод о знакомстве присяжного заседателя Ж. с потерпевшим Ж. не подтвержден, членство в одной политической партии не свидетельствует о личном знакомстве; состав суда законен. Отказ допустить наряду с адвокатом супругу С*******а Г.Р. в качестве защитника не нарушил право на защиту, поскольку решение оценивалось в совокупности с причинами, препятствовавшими допуску. Меры к обеспечению явки свидетеля К. принимались, включая принудительный привод; неявка при принятых мерах не свидетельствует об ограничении стороны защиты. Показания С. допустимы: ему разъяснены права по ст. 47 УПК РФ и предоставлен защитник; неразъяснение ч. 2 ст. 281.1 УПК РФ не относится к существенным нарушениям; правовая позиция КС РФ не опровергает вывода, поскольку рассмотрение дела в отношении С. в отдельном производстве не исключало его допроса по обстоятельствам настоящего дела при обеспечении процессуальных гарантий. Довод о наводящих вопросах гособвинителя противоречит материалам дела: С. самостоятельно назвал фамилию С*******а Г.Р. Н**************ь и неуверенность показаний свидетеля относятся к оценке их достоверности, отнесенной к компетенции присяжных. Доводы о необъективности председательствующего, давлении на осужденного и защитников, ограничении стороны защиты не подтверждены; председательствующий пресекал высказывания, не относящиеся к обстоятельствам, разрешаемым присяжными, требования предъявлялись как к защите, так и к обвинению; вопросы свидетелям Б. и Т. об отношениях с супругой С*******а Г.Р. были связаны с проверкой достоверности показаний защиты. Отказ в исследовании документов об алиби обоснован: согласие на выезд детей не содержало иных сведений, в сообщении из больницы сведения о С*******е Г.Р. отсутствовали. Нарушений при прениях не установлено: председательствующий вправе и обязан пресекать сообщение присяжным сведений, не подлежащих исследованию, искажение доказательств и отступления от ст. 336 УПК РФ; замечания в связи с искажением содержания обвинения и показаний свидетеля С. не свидетельствуют об ограничении права на выступление. Напутственное слово проверено: председательствующий изложил позиции обвинения и защиты, напомнил об исследованных доказательствах, не высказывая собственного мнения о виновности, достоверности показаний или преимуществе доказательств; возражения защиты связаны с несогласием с объемом напоминания, что не образует нарушения ст. 340 УПК РФ. Отсутствие аудиозаписи отдельных заседаний при наличии письменного протокола не является существенным нарушением, если не препятствует проверке процедуры; утверждение о намеренном уничтожении аудиозаписей предположительно и объективно не подтверждено. Доводы о нарушении тайны совещания присяжных не основаны на материалах дела: сотрудник органа внутренних дел сопровождал присяжных, но покинул помещение до начала заседания и отсутствовал в здании суда во время обсуждения вердикта; после вердикта ни С******н Г.Р., ни защитники о постороннем лице в совещательной комнате не заявляли; отказ в вызове присяжных заседателей не свидетельствует о неполноте апелляционного рассмотрения. Непредоставление аудиозаписи заседания апелляционного суда не влечет отмены, поскольку не указано, какие существенные обстоятельства не отражены в протоколе и как это повлияло на законность решения. Наказание назначено с учетом характера и степени общественной опасности, роли, данных о личности, наличия малолетних детей, состояния здоровья, семейного положения, положительных характеристик; апелляция смягчила наказание после исключения указания на создание банды; оснований для дальнейшего смягчения и применения ст. 64 УК РФ нет; дополнительные сведения о многодетности, благотворительности и медицинские документы не свидетельствуют о чрезмерной суровости. Дополнительное наказание в виде штрафа назначено с учетом данных о личности, семейного и имущественного положения; длительное содержание под стражей, отсутствие дохода, иждивенцы и алименты не исключают назначения штрафа. Процессуальные издержки взысканы правильно: ч. 4 ст. 132 УПК РФ применяется, когда обвиняемый заявил отказ от защитника, но отказ не удовлетворен; заявления С*******а Г.Р. были обусловлены недоверием к конкретным защитникам, а не отказом от защитника по ст. 52 УПК РФ, что не образует основания для отнесения расходов на федеральный бюджет. Гражданский иск разрешен верно: учтены характер физических и нравственных страданий, степень вины причинителей вреда, требования разумности и справедливости; апелляция исходила из возможности возмещения морального вреда в долевом порядке; имущественное положение, иждивенцы и длительное содержание под стражей не исключают обязанности возместить вред. Просьба о зачете времени содержания под стражей из расчета один день за полтора дня отклонена: порядок зачета определяется видом исправительного учреждения и законными коэффициентами и не может изменяться по субъективной оценке осужденного. Доводы П*******а С.Н. отклонены: председательствующий не давал негативной оценки его показаниям и не высказывался об их достоверности; несогласие с процессуальными действиями и разрешением ходатайств не свидетельствует о выражении мнения о виновности; сведения о биллинге не были оставлены без внимания, сторона защиты не ограничивалась в представлении доказательств; несогласие с вердиктом не образует основания для отмены приговора; приговор, постановленный на основании обвинительного вердикта, не может пересматриваться в кассационном порядке по мотивам несоответствия выводам суда фактическим обстоятельствам и иной оценки доказательств. Действия П*******а С.Н. правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 30, п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 и ч. 3 ст. 222 УК РФ; апелляция, установив невозможность определения точной даты незаконного приобретения винтовки СВД и не менее 10 боеприпасов, исключила указание на незаконное приобретение этого оружия и боеприпасов, сохранив осуждение за иные действия по ч. 3 ст. 222 УК РФ; довод о смягчении наказания по ч. 3 ст. 222 УК РФ отклонен, поскольку назначено минимальное наказание по санкции, а оснований для применения ст. 64 УК РФ не установлено. Довод о неисключении незаконной передачи оружия противоречит приговору: суд, соглашаясь с позицией гособвинителя и учитывая ст. 246 УПК РФ, исключил из обвинения незаконную передачу и перевозку оружия и боеприпасов; указания на фактическую передачу отдельных предметов оружия в описании обстоятельств не означают сохранения передачи в квалификации. Наказание П*******у С.Н. назначено с учетом характера и степени общественной опасности, роли, данных о личности, семейного положения, наличия малолетнего ребенка, состояния здоровья; оснований для применения ст. 64 УК РФ нет; ссылка на пределы наказания по ч. 3 ст. 66 УК РФ не свидетельствует о чрезмерной суровости; длительное содержание в СИЗО, отсутствие дохода, наличие ребенка, престарелых родителей, хронических заболеваний, совершение преступлений впервые и положительные сведения о личности не свидетельствуют о несправедливости наказания; отсутствие дохода не исключает назначения штрафа. Гражданский иск разрешен верно: учтены характер страданий, степень вины, разумность и справедливость; предъявление отдельных требований к каждому ответчику не требует оставления иска без рассмотрения. Доводы Д******а А.А. о смягчении наказания отклонены: наказание соответствует ст. 6 и 60 УК РФ, оснований для ст. 64 УК РФ нет; наличие малолетних детей, отца-инвалида I группы, участие в контртеррористической операции и статус ветерана боевых действий характеризуют личность и семейное положение, но не свидетельствуют о чрезмерной суровости и не уменьшают степень общественной опасности до уровня, позволяющего применить ст. 64 УК РФ.
Цитата из акта
С учетом фактических обстоятельств, признанных доказанными вердиктом присяжных заседателей, действия П*******а С.Н. правильно квалифицированы по части 2 статьи 209, части 3 статьи 30, пунктам «ж», «з» части 2 статьи 105 и части 3 статьи 222 УК РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ не нашла оснований для удовлетворения кассационной жалобы. Суд указал, что квалификация действий по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ является правильной, умысел на убийство подтверждается обстоятельствами дела (обливание легковоспламеняющейся жидкостью и поджог). Наказание назначено с учетом смягчающих обстоятельств, является справедливым. Гражданский иск разрешен в соответствии со ст. 151, 1101 ГК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона не допущено.
Цитата из акта
Квалификация действий Р*********й Е.Г. по п. «д» ч.2 ст. 105 УК РФ является правильной, соответствующей установленным судом обстоятельствам.
Верховный Суд отменил решение суда кассационной инстанции
Судебная коллегия указала, что основаниями отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела (ст. 401.5 УПК РФ). Согласно ст. 401.6 УПК РФ пересмотр в кассационном порядке по основаниям, влекущим ухудшение положения осуждённого, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления их в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. Согласно ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, введённой Федеральным законом от 13 июня 2023 года № 220-ФЗ, если производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке в связи с наличием возражений подозреваемого или обвиняемого против прекращения уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, и уголовное дело не передано в суд либо не прекращено по иному основанию, уголовное преследование подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, по истечении двенадцати месяцев производства предварительного расследования с момента истечения сроков давности уголовного преследования в отношении лица, обвиняемого в совершении особо тяжкого преступления. В кассационном определении не отражено, каким образом исчислен двенадцатимесячный срок производства предварительного следствия, по истечении которого дело подлежало прекращению, какие именно периоды, превышающие этот срок, учтены судом кассационной инстанции. Уголовное дело по ч. 1 ст. 105 УК РФ возбуждено 3 мая 2005 года; производство неоднократно приостанавливалось в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, и вновь возобновлялось. Срок давности уголовного преследования истёк 30 апреля 2020 года, то есть до введения части 2.2 статьи 27 УПК РФ в действие, в тот период, когда лицо, подлежащее привлечению к уголовной ответственности, не было установлено. Предварительное расследование возобновлено 8 мая 2024 года; 15 мая 2024 года Ш*******у Л.А. предъявлено обвинение и разъяснено право на прекращение уголовного дела и уголовного преследования в связи с истечением срока давности, однако он против этого возражал; 7 июня 2024 года уголовное дело с обвинительным заключением направлено прокурору; обвинительное заключение утверждено прокурором 27 июня 2024 года, а 1 июля 2024 года дело направлено в суд. Общий срок расследования с учётом периода времени до его приостановления и периода после возобновления 8 мая 2024 года и до направления прокурору не превышает двенадцати месяцев. По смыслу части 2.2 статьи 27 УПК РФ в случаях, когда срок давности уголовного преследования истёк в период приостановления производства по делу в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности, предусмотренный этой нормой срок следует исчислять с момента возобновления предварительного следствия, при производстве которого осуществляется уголовное преследование конкретного лица, с учётом срока расследования до приостановления производства по делу. Седьмым кассационным судом общей юрисдикции при отмене судебных решений со ссылкой на нарушение установленного ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ срока предварительного расследования и наличие оснований для прекращения уголовного преследования по п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления приведённые обстоятельства не были приняты во внимание.
Цитата из акта
Согласно приговору Ш******н Л.А. совершил убийство П Уголовное дело по ч.1 ст. 105 УК РФ возбуждено 3 мая 2005 года.
1) Согласно ч. 1 ст. 401 УПК РФ основанием отмены или изменения судебных решений в кассационном порядке являются существенные нарушения закона, повлиявшие на исход дела; таких нарушений не установлено, доводы жалобы не основаны на фактах и законе, а часть из них произвольна.
2) Со ссылкой на ст. 8, 8.1, 17, 73, 74, 297 УПК РФ: правосудие осуществляется независимыми судьями, которые оценивают доказательства по внутреннему убеждению; суд обладает самостоятельностью, в том числе при допросе подсудимого, но обязан быть объективным и беспристрастным. Действия председательствующего этим критериям отвечали. Обращение к подсудимому не свидетельствует о необъективности и предвзятости, оснований для отвода не было. Попытка защиты оспаривать не законность и обоснованность приговора, а то, как и что говорил председательствующий, неприемлема. Суд кассационной инстанции лингвистический анализ обращений председательствующего не проводит. Принципы главы 2 УПК РФ и общие условия судебного разбирательства главы 35 УПК РФ соблюдены.
3) Заключение специалиста (без оценки его допустимости): предмет его суждений не связан с правилами оценки доказательств (ст. 73, 74, 88 УПК РФ). Его вероятностные высказывания о предубеждении судьи не относятся к законности приговора и оценке доказательств по ч. 1 ст. 88 УПК РФ. У специалиста нет полномочий оценивать объективность и беспристрастность судьи; это прерогатива суда апелляционной инстанции, не установившего нарушений, предусмотренных ст. 389.17 УПК РФ.
4) Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст. 259 УПК РФ, замечания рассмотрены по ст. 260 УПК РФ. Протокол не стенограмма и не требует дословного изложения всего происходившего; отклонение замечаний не означает отрицания факта и не свидетельствует о предвзятости судьи.
5) Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ суд оценил доказательства по относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности — по достаточности. Выводы суда подтверждены показаниями самого Г***а Р.В. (удерживал мать за шею), заключениями судебно-медицинских экспертиз (механическая асфиксия от сдавления органов шеи, возможно руками), показаниями экспертов; версия специалиста А. о сдавлении массой тела потерпевшей оценена судом. Оснований для назначения иной (повторной) экспертизы не было.
6) Умысел подтверждён способом удержания (обхват шеи руками) и поведением после деяния: не вызвал сразу скорую помощь, перетащил тело на кровать, разговаривал по телефону и лишь затем вызвал скорую. Требования ст. 252 УПК РФ соблюдены, то есть приговор не вышел за пределы обвинения.
7) Квалификация по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ верна: потерпевшая в силу возраста, болезней и дезориентации (свидетели, посмертная судебно-психиатрическая экспертиза) находилась в беспомощном состоянии и не могла сопротивляться. Умысел возник внезапно на почве личной неприязни из-за необходимости ухода за престарелой матерью.
8) При назначении наказания суд учёл общие начала, предусмотренные ст. 60 УК РФ; апелляционное разбирательство проведено в соответствии с главой 45.1 УПК РФ.
Цитата из акта
Она находилась в беспомощном состоянии и не могла оказать сопротив ления осуждённому Г***у Р.В., а поэтому его действия правильно квалифици рованы по п. «в» ч.2 ст. 105 УК РФ.
Существенных нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, не допущено, поэтому оснований для отмены или изменения решений в кассационном порядке нет (ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ). Обстоятельства, подлежащие доказыванию по ст. 73 УПК РФ, установлены и мотивированы. Доказательства оценены по правилам ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Противоречия в показаниях соучастников Б., Г. и Н. объясняются стремлением приуменьшить свою роль. При этом их показания подтверждают участие всех, включая Хайдарова, и общую цель завладеть деньгами. Осведомленность о пистолетах подтверждается:
- показаниями Б. и Н. о том, что о пистолетах знали в пути;
- видеозаписью, на которой двое нападавших выходят из машины с оружием.
Команда Х*******а стрелять после сопротивления Д.Р. свидетельствует о его осведомленности об оружии. Она также показывает, что умыслом нападавших охватывалось лишение потерпевшего жизни при активном сопротивлении. Признак организованной группы установлен обоснованно: группа была устойчивой, заранее объединившейся, с распределением ролей, руководителем и технической оснащенностью, а Х******в действовал согласованно с остальными. Противоречий в описательно-мотивировочной части приговора нет. Суд правильно указал, что вину Х******в фактически не признал. Квалификация по пп. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 и пп. «а», «б», «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ правильная. Отягчающее обстоятельство по п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ (использование оружия и боеприпасов) признано обоснованно, поскольку установлена осведомленность всех участников организованной группы об использовании огнестрельного оружия. Активную роль Х*******а суд при назначении наказания не учитывал, в том числе как отягчающее обстоятельство. Наказание, назначенное с применением ч. 3 и ч. 5 ст. 69 УК РФ, справедливо, все значимые обстоятельства учтены. Апелляционное определение соответствует ст. 389.28 УПК РФ.
Цитата из акта
Доводы о необоснованном признании по преступлению, предусмотренному пп. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, в качестве отягчающего наказание обстоятельства - совершение преступления с использованием оружия и боеприпасов, являются несостоятельными, поскольку данное обстоятельство предусмотрено п. «к» ч.1 ст.63 УК РФ, а также судом признан установленным факт осведомленности всех участников организованной…
Федеральным законом от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ из Общей части уголовного закона был исключен институт неоднократности преступлений (статья 16 и пункт «а» части первой статьи 63 УК Российской Федерации), а из статей Особенной части УК Российской Федерации исключены соответствующие квалифицирующие признаки, в том числе из части второй статьи 105 – пункт «н», предусматривавший ответственность за убийство, совершенное неоднократно.
Р***е Д.О.Н*****в уже обращался в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами на нарушение его конституционных прав положениями статей 30 и 105 УК Российской Федерации в аналогичных аспектах, и по результатам их изучения были вынесены определения от 29 ноября 2024 года № 2982-О, от 29 апреля 2025 года № 1205-О, от 29 мая 2025 года № 1253-О и от 26 июня 2025 года № 1824-О об отказе в принятии этих жалоб к рассмотрению.
Пункт «к» части второй статьи 105 УК Российской Федерации, устанавливающий уголовную ответственность за убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно и сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, действует в нормативном единстве с положениями Общей части того же Кодекса, предполагает квалификацию содеянного исходя из установленных фактических обстоятельств дела и не содержит неопределенности, допускающей произвольное правоприменение (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2020 года № 2024-О).
Д.О.Н*****в уже обращался в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами на нарушение его конституционных прав положениями части первой статьи 30 и части второй статьи 105 УК Российской Федерации в аналогичных аспектах, и по результатам их изучения были вынесены определения от 29 ноября 2024 года № 2982-О и от 29 апреля 2025 года № 1205-О об отказе в принятии этих жалоб к рассмотрению. […] В частности, Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что указанные нормы неопределенности не содержат и не могут расцениваться как нарушающие права Д.О.Н******а обозначенным им образом.
Действия осужденного З., несмотря на то обстоятельство, что он непосредственного участия в лишении жизни У.М. не принимал, правильно квалифицированы по пункту «ж» части 2 статьи 105 УК РФ, поскольку убийство совершено организованной группой и действия всех участников независимо от их роли в преступлении признаются соисполнительством.
Действия всех участников организованной группы квалифицируются как соисполнительство убийства.
По смыслу уголовного закона малолетнее лицо находится в беспомощном состоянии в силу своего возраста, что исключает дополнительную квалификацию действий виновного по указанному квалифицирующему признаку, предусмотренному пунктом «в» части 2 статьи 105 УК РФ.
Убийство малолетнего не требует дополнительной квалификации по признаку беспомощного состояния, так как малолетний находится в беспомощном состоянии в силу возраста.
По смыслу закона соисполнителем убийства признается лицо, непосредственно участвовавшее в процессе лишения жизни потерпевшего совместно с другими лицами (соучастниками)
Соисполнителем убийства признается лицо, непосредственно участвовавшее в процессе лишения жизни потерпевшего совместно с другими лицами, независимо от того, какие именно действия им выполнены.
105 УК РФ)», согласно которым признак особой жестокости наличествует, в частности, в случаях, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялись пытки, истязание или совершалось глумление над жертвой либо когда убийство совершено способом, который заведомо для виновного связан с причинением потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.).
Если перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему применялось истязание или совершалось глумление над ним, убийство признаётся совершённым с особой жестокостью.
Совместными, не менее чем 113 травмирующими действиями, осужденные причинили Б. телесные повреждения, повлекшие его смерть.
Убийство признается совершенным с особой жестокостью и группой лиц, если виновные действовали совместно, в течение длительного времени наносили множественные удары, причинив особые страдания, при этом не обязательно, чтобы смертельные повреждения были причинены каждым из них.
В случаях, когда захват и перемещение человека были направлены не на удержание потерпевшего в другом месте, а на его убийство, содеянное квалифицируется по соответствующей части статьи 105 УК РФ и дополнительной квалификации по статье 126 УК РФ не требует.
Если захват и перемещение направлены не на удержание, а на убийство — квалификация только по ст. 105 УК РФ. Если умысел на убийство возник в ходе перемещения/удержания — совокупность ст. 126 и 105.
Характер действий осужденного, использование ножа и нанесение им ранений потерпевшим, в том числе в область жизненно важных органов, свидетельствуют об умысле осужденного на убийство, которое не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.
Характер действий (использование ножа и нанесение ранений в жизненно важные органы) может свидетельствовать об умысле на убийство.
Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пермского краевого суда от 27 июля 2017 года был изменен приговор суда первой инстанции, действия Ш. переквалифицированы с части 1 статьи 105 УК РФ на часть 1 статьи 108 УК РФ.
Если суд не учёл признаков необходимой обороны или превышения её пределов, действия осуждённого могут быть переквалифицированы с убийства на убийство при превышении пределов необходимой обороны.
суд правильно расценил указанные действия М.А. и Т. как представляющие реальную угрозу жизни М. и пришел к выводу о том, что М.А. и Т. совершили общественно опасное посягательство на М., сопряженное с угрозой применения насилия, опасного для его жизни, защищаясь от которого, М. выстрелил в М.А. и Т.
Обвинение в убийстве с отягчающими обстоятельствами исключается, если установлено, что лицо действовало в состоянии необходимой обороны при реальной угрозе его жизни со стороны потерпевших.
Цели сокрытия иных преступлений осужденный не преследовал, а потому содеянное им полностью охватывается квалифицирующим признаком убийства, как сопряженного с изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера.
Убийство, сопряжённое с изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера, полностью охватывает признак цели сокрытия этих преступлений; дополнительное указание на цель сокрытия не требуется.
Вымогательство, сопряженное с убийством, квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных пунктом «в» части 3 статьи 163 и пунктом «з» части 2 статьи 105 УК РФ.
Вымогательство, сопряжённое с убийством, квалифицируется по совокупности п.«в» ч.3 ст.163 и п.«з» ч.2 ст.105 УК РФ.
совершая преступные действия в присутствии детей Щ., осуждённый сознавал, что проявляет особую жестокость, убивая мать на глазах её малолетних детей.
Убийство потерпевшей в присутствии её малолетних детей обоснованно квалифицируется как совершённое с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ), поскольку виновный сознавал, что причиняет особые страдания, убивая мать на глазах детей.
предусмотренных пунктом «к» части 2 статьи 105 УК РФ и соответствующими частями статьи 131 или статьи 132 УК РФ.
Убийство в процессе изнасилования или по окончании (месть за сопротивление, сокрытие) квалифицируется по совокупности — п. «к» ч. 2 ст. 105 и соответствующей части ст. 131/132
По смыслу уголовного закона, убийство признаётся совершённым группой лиц, когда два или более лица, действуя совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего.
Убийство признаётся совершённым группой лиц, только если два или более лица непосредственно участвовали в лишении жизни потерпевшего в качестве соисполнителей; лицо, лишь способствовавшее созданию условий для убийства, является пособником.
О Б З О Р судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2011 года, пункт 2: Приведение потерпевшей в бессознательное состояние действиями самого виновного не является убийством с использованием беспомощного состояния; по п. «в» ч.2 ст.105 квалифицируется убийство лица, не способного защитить себя в силу физического или психического состояния, но не тогда, когда беспомощность создана самим виновным.
Постановление Пленума ВС РФ от 03.04.2008 № 4: Убийство двух и более лиц подлежит квалификации по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а при наличии оснований — и по другим пунктам ч. 2, при условии что виновный ранее не был осуждён
Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за 2004 год: Состояние сна и сильная степень алкогольного опьянения сами по себе не свидетельствуют о беспомощном состоянии потерпевшего (п. «в»); квалификация убийства по п. «к» исключает вменение других пунктов с иной целью или мотивом; убийство, сопряженное с разбоем, уже охватывает корыстный мотив, поэтому дополнительная квалификация «из корыстных побуждений» излишня.
Постановление Пленума ВС РФ от 15.06.2004 № 11, пункт 16: Убийство в процессе изнасилования — совокупность п. «к» ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 131/132; после окончания (сокрытие, месть) — также совокупность
Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 2003 года, пункт 2: Для вменения п. "д" ч.2 ст.105 УК РФ (особая жестокость) необходимо установить, что умыслом виновного охватывалось причинение особых страданий; само по себе нанесение множественных телесных повреждений при отсутствии иных доказательств не свидетельствует об особой жестокости.
Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за первый квартал 2002 года, пункт 3: Предварительный сговор на убийство требует договорённости до начала действий, непосредственно направленных на лишение жизни; участие лица, присоединившегося после начала убийственных действий, не образует такого сговора. Особая жестокость требует умысла на причинение особых страданий, и сама по себе множественность ранений не свидетельствует о ней.
Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2001 года, пункт 1: Для квалификации убийства по пункту «б» части 2 статьи 105 УК РФ необходимо установить цель воспрепятствования правомерному осуществлению потерпевшим своей служебной деятельности или выполнению общественного долга либо мотивы мести за такую деятельность; если мотив убийства хулиганский, дополнительная квалификация по этому пункту излишня.
Постановление Пленума ВС РФ от 27.01.1999 № № 1, пункт 7: Дано подробное толкование квалифицирующих признаков: беспомощное состояние, особая жестокость, общеопасный способ, группа лиц, корыстные побуждения, хулиганские побуждения, сокрытие другого преступления и сопряжённость с изнасилованием.