Определение Конституционного Суда РФ от 26.09.2024 № 2119-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Щ*****о Е***ы Б*******ы на нарушение ее конституционных прав пунктом «к» части первой статьи 63, пунктом «д» части второй статьи 105 и статьей 162 Уголовного кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 26 сентября 2024 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, М.Б.Лобова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Е.Б.Щ*****о к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда, отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции жалобы гражданки Е.Б.Щ*****о о пересмотре вынесенных в ее отношении судебных решений, согласно которым она признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных пунктами «а», «в», «д», «з» части второй статьи 105 «Убийство» и пунктом «в» части четвертой статьи 162 «Разбой» УК Российской Федерации (убийство, совершенное в отношении двух лиц, включая малолетнего, с особой жестокостью и сопряженное с разбоем, а также разбойное нападение, совершенное с применением опасного для жизни насилия, используемого в качестве оружия предмета и с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевших). В частности, как установили суды, заявительница с целью завладения имуществом А. и для облегчения совершения преступления использовала лекарственное средство, которое скрытно добавила в напиток потерпевшей, однако ввиду отсутствия ожидаемого эффекта от его воздействия напала на А. и ее малолетнюю дочь, используя в качестве оружия взятый на кухне нож, и с целью лишения указанных лиц жизни поочередно нанесла им множественные удары в область груди и шеи, причинив смертельные ранения, после чего завладела имуществом А.

При этом констатировано, что действия Е.Б.Щ*****о квалифицированы верно, а также что факт использования при совершении инкриминированных преступлений лекарственного препарата обоснованно признан в качестве обстоятельства, отягчающего наказание. В этой связи заявительница просит признать не соответствующими Конституции Российской Федерации следующие положения Уголовного кодекса Российской Федерации: пункт «к» части первой статьи 63 «Обстоятельства, отягчающие наказание», поскольку данная норма, по утверждению Е.Б.Щ*****о, была ошибочно и бездоказательно применена без учета того, что в ее конкретном деле использование лекарственных средств никак не повлияло на общественную опасность содеянного (не оказало воздействия на потерпевшую); пункт «д» части второй статьи 105 в той мере, в какой это законоположение, согласно позиции заявительницы, позволяет без надлежащего учета обстоятельств дела и в нарушение презумпции невиновности расценивать нанесение многочисленных ударов ножом потерпевшему в качестве его убийства с особой жестокостью, как и само по себе причинение смерти матери на глазах ее малолетнего ребенка, не способного вследствие своего возраста (3 года) осознавать совершение указанного преступления и испытывать вследствие этого особые страдания; статью 162, как позволившую учитывать факт использования лекарственного средства повторно – в качестве составообразующего признака данного преступления наряду с его же учетом как обстоятельства, отягчающего наказание за данное преступление.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Статья 63 УК Российской Федерации, устанавливая перечень отягчающих наказание обстоятельств и относя к их числу совершение преступления с использованием лекарственных и иных химикофармакологических препаратов (пункт «к» части первой), направлена в соответствии с принципом справедливости на обеспечение дифференциации наказания за преступление с учетом его общественной опасности, определяемой, в частности, в зависимости от способа и орудия его совершения, и сама по себе конституционные права не нарушает (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2007 года № 608-О- О, от 15 апреля 2008 года № 308-О-О, от 18 октября 2012 года № 1949-О и др.).

Статья 105 указанного Кодекса устанавливает уголовную ответственность за убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку (часть первая), а также предусматривает ее усиление за убийство, совершенное с особой жестокостью (пункт «д» части второй). Данное законодательное регулирование направлено на повышенную защиту жизни человека как конституционной ценности (статья 2 и статья 20, часть 1, Конституции Российской Федерации) и объективно отражает ту степень общественной опасности, которая присуща таким насильственным посягательствам на личность (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 марта 2024 года № 820-О и от 18 июля 2024 года № 2044-О).

Дополнительно в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» судам разъясняется содержание особой жестокости как способа совершения убийства, включающего наряду с прочим причинение потерпевшему особых страданий (нанесение большого количества телесных повреждений, использование мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.д.), а также совершение убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания (пункт 8).

Статья же 162 УК Российской Федерации криминализирует разбой, т.е. нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия (часть первая), и дифференцирует (усиливает) ответственность за данное деяние, в том числе если оно совершено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (часть вторая), а также с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего (пункт «в» части четвертой).

Как следует из жалобы, нарушение своих прав оспариваемыми законоположениями – которые согласуются с иными положениями Уголовного кодекса Российской Федерации и принципом non bis in idem, не регламентируют уголовно-процессуальные вопросы, в том числе связанные с доказыванием обстоятельств совершенного преступления, и не содержат неопределенности, лишающей возможности осознавать противоправность своего деяния и предвидеть наступление ответственности за его совершение и которая препятствовала бы их единообразному пониманию и применению правоприменительными органами, – Е.Б.Щ*****о аргументирует их неосновательным, по ее утверждению, применением в ее деле.

Тем самым заявительница, по существу, предлагает Конституционному Суду Российской Федерации дать оценку правомерности и обоснованности правоприменительных решений по конкретному делу с учетом его обстоятельств, что между тем не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она закреплена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Щ*****о Е***ы Б*******ы, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2119-О