Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21.09.2015 № 22-КГ15-4

I ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №22-КГ15-4 определение г. Москва 21 сентября 2015 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Фролкиной СВ. и Кириллова В.С. рассмотрела в открытом судебном заседании 21 сентября 2015 г. дело по иску В********й Е И в интересах несовершеннолетних Я*****а Р З и Я*****а И З к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области, отделу милиции общественной безопасности г. Рязани, муниципальному образованию - г. Рязань о взыскании компенсации морального вреда, причиненного потерей кормильца, по кассационной жалобе представителя муниципального образования - г.

Рязань по доверенности С********й И В на решение Моздокского районного суда Республики Северная Осетия-Алания от 22 апреля 2014 г. с учетом определения этого же суда от 26 февраля 2015 г. об исправлении описки и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 6 августа 2014 г. с учетом определения этого же суда от 9 октября 2014 г. об исправлении описки, которыми исковые требования удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М., объяснения представителей Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области М*****а Г.В., К******а А.В. и Н*******а В.С, поддержавших доводы кассационной жалобы, объяснения В********й Е.И., не согласившейся с доводами кассационной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации В******й Т.А., полагавшей судебные постановления подлежащими отмене с вынесением по делу нового решения об отказе в иске, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : В*******а Е.И. обратилась в суд в интересах своих несовершеннолетних детей Я*****а Р.З. и Я*****а И.З. с иском к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области (далее - УМВД России по Рязанской области), отделу милиции общественной безопасности г.

Рязани (далее - ОМОБ г. Рязани), муниципальному образованию - г. Рязань о взыскании компенсации морального вреда, причиненного потерей кормильца, в сумме руб. в пользу каждого. В обоснование исковых требований В*******а Е.И. указала на то, что 29 февраля 2000 г. в Курском районе Ставропольского края сотрудниками милиции г. Рязани была расстреляна автомашина Я*****а З Я , ошибочно принятого ими за лицо, совершившее нападение на автоколонну сотрудников Министерства внутренних дел. В результате произведенных выстрелов Я****в З.Я. погиб. У него остались несовершеннолетние дети Я****в Р.З. и Я****в И.З., которым причинен моральный вред гибелью отца и кормильца.

Решением Моздокского районного суда Республики Северная Осетия- Алания от 22 апреля 2014 г. с учетом определения этого же суда от 26 февраля 2015 г. об исправлении описки в отчестве несовершеннолетних (ошибочно указанное по тексту решения «З заменено на «З ») исковые требования В********й Е.И. удовлетворены частично. С ОМОБ г. Рязани и муниципального образования - г. Рязань через распорядителя бюджетных средств - администрацию г. Рязани в порядке субсидиарной ответственности взыскано в пользу Я*****а Р.З. и Я*****а И.З. по руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного гибелью их отца Я*****а З.Я. В остальной части исковых требований, а также в иске к УМВД России по Рязанской области В********й Е.И. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 6 августа 2014 г. с учетом определения этого же суда от 9 октября 2014 г. об исправлении описки (исправлена описка в резолютивной части апелляционного определения: вместо слов «решение Моздокского районного суда г. Владикавказа от 9 июня 2014 года оставить без изменения» указано «решение Моздокского районного суда РСО-Алания от 22 апреля 2014 года оставить без изменения») решение Моздокского районного суда Республики Северная Осетия-Алания от 22 апреля 2014 г. оставлено без изменения. Представитель муниципального образования - г.

Рязань по доверенности С*******а И.В. обратилась в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой поставлен вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений, как незаконных. По результатам изучения доводов кассационной жалобы представителя муниципального образования - г. Рязань по доверенности С********й И.В. 7 апреля 2015 г. судьей Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и ее же определением от 7 августа 2015 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены судебных постановлений в кассационном порядке. Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций, которые выразились в следующем. Судом установлено и следует из материалов дела, что 29 февраля 2000 г. около 20 часов в Курском районе Ставропольского края на 15-м километре автотрассы ст. Курская - г.

Моздок в автобусе автоколонны со сводным отрядом милиционеров УВД по Рязанской области произошел взрыв с дальнейшим возгоранием. 1 марта 2000 г. прокуратурой Курского района Ставропольского края по факту убийства сотрудниками УВД по Рязанской области 29 февраля 2000 г. на территории этого района Я*****а З.Я. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство). В ходе следствия следователем прокуратуры Рязанской области по данному факту было установлено, что причиной взрыва стало неосторожное обращение сотрудника милиции с взрывным устройством. Автоколонна следовала в сопровождении группы охранения, состоящей из милиционеров ОМОБ г. Рязани, которые имели закрепленное за ними стрелковое автоматическое оружие и боекомплект к нему.

Через несколько минут после взрыва к месту стоянки автоколонны подъехал автомобиль и продолжил движение без снижения скорости мимо автоколонны. Водитель транспортного средства на требования сотрудников милиции не остановился, в связи с чем после предупредительных выстрелов в воздух были произведены выстрелы по автомобилю, в результате чего водитель Я****в З.Я. был убит. Выстрелы, повлекшие смерть Я*****а З.Я., были произведены из автоматов милиционеров ОМОБ г. Рязани К и Б Была установлена непричастность Я*****а З.Я. к взрыву автобуса, однако, учитывая, что Я****в З.Я не снизил скорость, проезжая мимо автомашин милиции, и не остановился по требованию сотрудников милиции, стрелявшие сотрудники милиции восприняли действия Я*****а З.Я. как действия лица, причастного к взрыву и пытающегося скрыться с места преступления.

Постановлением старшего следователя прокуратуры Рязанской области от 28 апреля 2001 г. уголовные дела по факту гибели Я*****а З.Я., возбужденные в отношении командира роты ОМОБ г. Рязани К и милиционера Б по ч. 1 ст. 105 УК РФ (убийство) и в отношении начальника УВД Р*******й о*****и П начальника Х**О УВД по Р*******й о*****и Д командира полка ППС УВД Р*******й о*****и М ., начальника ОМОБ УВД по Р*******й о*****и Г по ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации (халатность), были прекращены за отсутствием в их действиях составов преступлений. Действия сотрудников милиции, связанные с применением огнестрельного оружия, признаны правомерными.

Разрешая спор и принимая решение об удовлетворении иска В********й Е.И. о взыскании компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетних Я*****а Р.З. и Я*****а И.З., суд первой инстанции, ссылаясь на положения ст. 151, 1100, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (п. 1) и от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (п. 18), признав огнестрельное оружие (автомат АКМС калибра 7,62 мм и патроны к нему), которым был причинен вред жизни Я*****а З.Я., источником повышенной опасности, возложил обязанность по выплате несовершеннолетним детям погибшего Я*****а З.Я. компенсации морального вреда на владельца источника повышенной опасности - ОМОБ г. Рязани. Установив, что ОМОБ г. Рязани, имеющий организационно-правовую форму муниципального учреждения, учредителем которого является муниципальное образование - г. Рязань, находится на стадии ликвидации, а также, учитывая, что финансирование ОМОБ г.

Рязани осуществлялось из средств бюджета г. Рязани, суд первой инстанции привлек к участию в деле в качестве соответчика муниципальное образование - г. Рязань и взыскал с администрации города Рязани как с распорядителя бюджетных средств в порядке субсидиарной ответственности в пользу Я*****а Р.З. и Я*****а И.З. сумму компенсации (по руб. каждому) морального вреда, причиненного гибелью их отца. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм материального права к спорным отношениям. В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ). В соответствии с пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (п. 3 ст. 1064 ГК РФ). Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Статья 16 1 ГК РФ, введенная Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ, устанавливает, что в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, ущерб, причиненный личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица правомерными действиями государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, а также иных лиц, которым государством делегированы властные полномочия, подлежит компенсации. Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. № 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что по общему правилу необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда за счет соответствующей казны (в данном случае заявлено исковое требование о компенсации морального вреда к УМВД России по Рязанской области и муниципальному образованию за счет казны муниципального образования) может быть возложена на государственные органы или должностных лиц этих органов при наличии вины указанных органов и лиц в причинении вреда.

Если не представляется возможным установить непосредственного причинителя вреда, а также его вину, то основания для компенсации морального вреда по правилам норм гл. 59 ГК РФ отсутствуют. Что касается компенсации морального вреда, причиненного правомерными действиями причинителя вреда (то есть в отсутствие противоправности деяния), то она должна быть прямо предусмотрена законом. Между тем в настоящем деле суды первой и апелляционной инстанций неправильно истолковали и применили к спорным отношениям нормы материального права и не учли разъяснения, содержащиеся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Судебные инстанции признали право несовершеннолетних детей погибшего Я*****а З.Я. - Я*****а И.З. и Я*****а Р.З. на возмещение морального вреда при неустановлении обязательных для этого в силу норм гл. 59 ГК РФ условий, ссылаясь только на то, что вред жизни Я*****а З.Я. был причинен источником повышенной опасности - огнестрельным оружием, и возложили обязанность по возмещению вреда на владельца источника повышенной опасности - ОМОБ г. Рязани и муниципальное образование - г. Рязань как на учредителя ОМОБ г. Рязани и собственника его имущества. Вместе с тем из содержания приведенных норм ГК РФ следует, что компенсация вреда, причиненного в результате правомерных действий государственного органа, возможна лишь в случае, если это прямо предусмотрено законом. В рассматриваемом случае такого федерального закона не имеется.

Более того, специальными федеральными законами установлена невозможность возмещения вреда, причиненного в результате правомерных действий сотрудников органов внутренних дел. Так, в соответствии с положениями ст. 12, 23 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции», действовавшего на момент причинения смерти Я*****у З.Я., милиция имела право применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие только в случаях и порядке, предусмотренных этим законом. Законные требования сотрудника милиции обязательны для исполнения гражданами и должностными лицами. Сотрудники милиции не несут ответственности за моральный, материальный и физический вред, причиненный правонарушителю применением в предусмотренных указанным законом случаях физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, если причиненный вред соразмерен силе оказываемого противодействия.

Аналогичные по содержанию нормы содержатся и в ст. 18 действующего в настоящее время Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции». Как установлено судом, причинение смерти Я*****у З.Я. имело место при выполнении задач в ходе контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона после августа 1999 года (раздел III приложения к Федеральному закону от 12 января 1995 г. № 5-ФЗ «О ветеранах»). В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 25 июля 1998 г. № 130-ФЗ «О борьбе с терроризмом», утратившего силу в результате принятия Федерального закона от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму», субъектом, непосредственно осуществляющим борьбу с терроризмом в пределах своей компетенции, является в том числе Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Согласно ст. 21 Федерального закона «О борьбе с терроризмом» при проведении контртеррористической операции на основании и в пределах, которые установлены законом, допускается вынужденное причинение вреда жизни, здоровью и имуществу террористов, а также иным правоохраняемым интересам. При этом военнослужащие, специалисты и другие лица, участвующие в борьбе с терроризмом, освобождаются от ответственности за вред, причиненный при проведении контртеррористической операции, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Действующим в настоящее время Федеральным законом «О противодействии терроризму» также предусмотрено, что лишение жизни лица, совершающего террористический акт, а также причинение вреда здоровью или имуществу такого лица либо иным охраняемым законом интересам личности, общества или государства при пресечении террористического акта либо осуществлении иных мероприятий по борьбе с терроризмом действиями, предписываемыми или разрешенными законодательством Российской Федерации, являются правомерными (ст. 22).

Поскольку действия сотрудников милиции, совершенные при выполнении задач в ходе контртеррористических операций на территории Северо-Кавказского региона и повлекшие смерть Я*****а З.Я., в сложившейся обстановке были признаны прокуратурой Рязанской области правомерными, то оснований для удовлетворения искового требования о взыскании компенсации морального вреда в пользу Я*****а Р.З. и Я*****а И.З. в данном случае не имелось. Также Судебная коллегия считает, что у суда не имелось оснований и для возложения на муниципальное образование - г. Рязань как на учредителя ОМОБ г.

Рязани и распорядителя бюджетных средств в порядке субсидиарной ответственности обязанности по компенсации морального вреда в пользу Я*****а Р.З. и Я*****а И.З. в связи со следующим. МВД России является федеральным органом исполнительной власти и возглавляет систему органов внутренних дел, в которую входят органы управления внутренних дел субъектов Российской Федерации. ОМОБ г. Рязани являлся составной частью милиции Российской Федерации и входил в структуру УВД по Рязанской области, то есть относился к органам исполнительной власти федерального уровня, а не входил в систему органов муниципального образования - г. Рязань. Вместе с тем муниципальное образование - г. Рязань не совершало действий, связанных с причинением вреда Я*****у З.Я. Деятельность муниципального образования связана с решением вопросов местного значения города Рязани. Муниципальное образование - г.

Рязань в своей д**********и не использует оружие.

Вывод судов со ссылкой на ст. 1079, 1100 ГК РФ, а также на Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии» (далее - Федеральный закон «Об оружии») о том, что в данном случае вред, причиненный Я*****у З.Я., возмещается независимо от вины причинителя вреда, как причиненный источником повышенной опасности (огнестрельным оружием), является несостоятельным в связи со следующим. В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, д**********ь которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею д**********и и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пп. 2 и 3 ст. 1083 данного Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности, в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Огнестрельное оружие - оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии метаемым снаряжением, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда (ст. 1 Федерального закона «Об оружии»). В п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую д**********ь, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также д**********ь по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе д**********и, вправе признать источником повышенной опасности также иную д**********ь, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).

Из системного толкования названных норм и разъяснений п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 усматривается, что огнестрельное оружие не является источником повышенной опасности в гражданско-правовом аспекте. В гражданско-правовых отношениях под осуществлением д**********и граждан и юридических лиц, связанной с повышенной опасностью, понимается работа производства, предприятия, управление транспортными средствами и тому подобная д**********ь, связанная с высокой вероятностью причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а не законная д**********ь правоохранительных органов по пресечению противоправных действий с применением специальных средств и огнестрельного оружия. С учетом приведенных обстоятельств Судебная коллегия считает, что правовые основания для взыскания в пользу Я*****а Р.З. и Я*****а И.З. компенсации морального вреда в связи со смертью их отца Я*****а З.Я. в соответствии со ст. 1079, 1100 ГК РФ отсутствовали, поскольку в данном случае вред Я*****у З.Я. причинен не источником повышенной опасности, а в результате правомерных действий сотрудников милиции, совершенных при выполнении задач в ходе контртеррористических операций. В связи с изложенным обжалуемые судебные постановления нельзя признать законными, поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений.

Судебная коллегия находит возможным принять новое решение по делу и отказать в удовлетворении исковых требований В********й Е И в интересах несовершеннолетних Я*****а Р З и Я*****а И З к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области, отделу милиции общественной безопасности г. Рязани, муниципальному образованию - г. Рязань о взыскании компенсации морального вреда, причиненного потерей кормильца, поскольку правовых основании для их удовлетворения не имеется.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь ст. 387, 388, 390 ГПК РФ, определила : решение Моздокского районного суда Республики Северная Осетия- Алания от 22 апреля 2014 г. с учетом определения этого же суда от 26 февраля 2015 г. об исправлении описки и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 6 августа 2014 г. с учетом определения этого же суда от 9 октября 2014 г. об исправлении описки отменить. Принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований В********й Е И в интересах несовершеннолетних Я*****а Р З и Я*****а И З к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Рязанской области, отделу милиции общественной безопасности г. Рязани, муниципальному образованию - г.

Рязань о взыскании компенсации морального вреда, причиненного потерей кормильца. Председательствующий Судьи