Определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 18.08.2026 № 4-УД26-37СП-А1
Статья применена вместе с другими нормами
Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ не установила существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела (ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ). Доводы С*******а Г.Р. о нарушениях при рассмотрении дела с участием присяжных заседателей отклонены: списки кандидатов вручены своевременно, стороны в равной мере участвовали в опросе и реализовали право на отводы; предвзятость присяжного заседателя Г. из содержания заданного ею вопроса не следует; довод о знакомстве присяжного заседателя Ж. с потерпевшим Ж. не подтвержден, членство в одной политической партии не свидетельствует о личном знакомстве; состав суда законен. Отказ допустить наряду с адвокатом супругу С*******а Г.Р. в качестве защитника не нарушил право на защиту, поскольку решение оценивалось в совокупности с причинами, препятствовавшими допуску. Меры к обеспечению явки свидетеля К. принимались, включая принудительный привод; неявка при принятых мерах не свидетельствует об ограничении стороны защиты. Показания С. допустимы: ему разъяснены права по ст. 47 УПК РФ и предоставлен защитник; неразъяснение ч. 2 ст. 281.1 УПК РФ не относится к существенным нарушениям; правовая позиция КС РФ не опровергает вывода, поскольку рассмотрение дела в отношении С. в отдельном производстве не исключало его допроса по обстоятельствам настоящего дела при обеспечении процессуальных гарантий. Довод о наводящих вопросах гособвинителя противоречит материалам дела: С. самостоятельно назвал фамилию С*******а Г.Р. Н**************ь и неуверенность показаний свидетеля относятся к оценке их достоверности, отнесенной к компетенции присяжных. Доводы о необъективности председательствующего, давлении на осужденного и защитников, ограничении стороны защиты не подтверждены; председательствующий пресекал высказывания, не относящиеся к обстоятельствам, разрешаемым присяжными, требования предъявлялись как к защите, так и к обвинению; вопросы свидетелям Б. и Т. об отношениях с супругой С*******а Г.Р. были связаны с проверкой достоверности показаний защиты. Отказ в исследовании документов об алиби обоснован: согласие на выезд детей не содержало иных сведений, в сообщении из больницы сведения о С*******е Г.Р. отсутствовали. Нарушений при прениях не установлено: председательствующий вправе и обязан пресекать сообщение присяжным сведений, не подлежащих исследованию, искажение доказательств и отступления от ст. 336 УПК РФ; замечания в связи с искажением содержания обвинения и показаний свидетеля С. не свидетельствуют об ограничении права на выступление. Напутственное слово проверено: председательствующий изложил позиции обвинения и защиты, напомнил об исследованных доказательствах, не высказывая собственного мнения о виновности, достоверности показаний или преимуществе доказательств; возражения защиты связаны с несогласием с объемом напоминания, что не образует нарушения ст. 340 УПК РФ. Отсутствие аудиозаписи отдельных заседаний при наличии письменного протокола не является существенным нарушением, если не препятствует проверке процедуры; утверждение о намеренном уничтожении аудиозаписей предположительно и объективно не подтверждено. Доводы о нарушении тайны совещания присяжных не основаны на материалах дела: сотрудник органа внутренних дел сопровождал присяжных, но покинул помещение до начала заседания и отсутствовал в здании суда во время обсуждения вердикта; после вердикта ни С******н Г.Р., ни защитники о постороннем лице в совещательной комнате не заявляли; отказ в вызове присяжных заседателей не свидетельствует о неполноте апелляционного рассмотрения. Непредоставление аудиозаписи заседания апелляционного суда не влечет отмены, поскольку не указано, какие существенные обстоятельства не отражены в протоколе и как это повлияло на законность решения. Наказание назначено с учетом характера и степени общественной опасности, роли, данных о личности, наличия малолетних детей, состояния здоровья, семейного положения, положительных характеристик; апелляция смягчила наказание после исключения указания на создание банды; оснований для дальнейшего смягчения и применения ст. 64 УК РФ нет; дополнительные сведения о многодетности, благотворительности и медицинские документы не свидетельствуют о чрезмерной суровости. Дополнительное наказание в виде штрафа назначено с учетом данных о личности, семейного и имущественного положения; длительное содержание под стражей, отсутствие дохода, иждивенцы и алименты не исключают назначения штрафа. Процессуальные издержки взысканы правильно: ч. 4 ст. 132 УПК РФ применяется, когда обвиняемый заявил отказ от защитника, но отказ не удовлетворен; заявления С*******а Г.Р. были обусловлены недоверием к конкретным защитникам, а не отказом от защитника по ст. 52 УПК РФ, что не образует основания для отнесения расходов на федеральный бюджет. Гражданский иск разрешен верно: учтены характер физических и нравственных страданий, степень вины причинителей вреда, требования разумности и справедливости; апелляция исходила из возможности возмещения морального вреда в долевом порядке; имущественное положение, иждивенцы и длительное содержание под стражей не исключают обязанности возместить вред. Просьба о зачете времени содержания под стражей из расчета один день за полтора дня отклонена: порядок зачета определяется видом исправительного учреждения и законными коэффициентами и не может изменяться по субъективной оценке осужденного. Доводы П*******а С.Н. отклонены: председательствующий не давал негативной оценки его показаниям и не высказывался об их достоверности; несогласие с процессуальными действиями и разрешением ходатайств не свидетельствует о выражении мнения о виновности; сведения о биллинге не были оставлены без внимания, сторона защиты не ограничивалась в представлении доказательств; несогласие с вердиктом не образует основания для отмены приговора; приговор, постановленный на основании обвинительного вердикта, не может пересматриваться в кассационном порядке по мотивам несоответствия выводам суда фактическим обстоятельствам и иной оценки доказательств. Действия П*******а С.Н. правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 30, п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105 и ч. 3 ст. 222 УК РФ; апелляция, установив невозможность определения точной даты незаконного приобретения винтовки СВД и не менее 10 боеприпасов, исключила указание на незаконное приобретение этого оружия и боеприпасов, сохранив осуждение за иные действия по ч. 3 ст. 222 УК РФ; довод о смягчении наказания по ч. 3 ст. 222 УК РФ отклонен, поскольку назначено минимальное наказание по санкции, а оснований для применения ст. 64 УК РФ не установлено. Довод о неисключении незаконной передачи оружия противоречит приговору: суд, соглашаясь с позицией гособвинителя и учитывая ст. 246 УПК РФ, исключил из обвинения незаконную передачу и перевозку оружия и боеприпасов; указания на фактическую передачу отдельных предметов оружия в описании обстоятельств не означают сохранения передачи в квалификации. Наказание П*******у С.Н. назначено с учетом характера и степени общественной опасности, роли, данных о личности, семейного положения, наличия малолетнего ребенка, состояния здоровья; оснований для применения ст. 64 УК РФ нет; ссылка на пределы наказания по ч. 3 ст. 66 УК РФ не свидетельствует о чрезмерной суровости; длительное содержание в СИЗО, отсутствие дохода, наличие ребенка, престарелых родителей, хронических заболеваний, совершение преступлений впервые и положительные сведения о личности не свидетельствуют о несправедливости наказания; отсутствие дохода не исключает назначения штрафа. Гражданский иск разрешен верно: учтены характер страданий, степень вины, разумность и справедливость; предъявление отдельных требований к каждому ответчику не требует оставления иска без рассмотрения. Доводы Д******а А.А. о смягчении наказания отклонены: наказание соответствует ст. 6 и 60 УК РФ, оснований для ст. 64 УК РФ нет; наличие малолетних детей, отца-инвалида I группы, участие в контртеррористической операции и статус ветерана боевых действий характеризуют личность и семейное положение, но не свидетельствуют о чрезмерной суровости и не уменьшают степень общественной опасности до уровня, позволяющего применить ст. 64 УК РФ.
Цитата из акта
При таких обстоятельствах выраженное С********м Г.Р. недоверие к конкретному адвокату не может быть отождествлено с отказом от защитника, предусмотренным ст. 52 УПК РФ, и само по себе не образует предусмотренного ч. 4 ст. 132 УПК РФ основания для отнесения расходов на оплату труда назначенного защитника за счет средств федерального бюджета.
Текст акта · Оригинал на сайте ВС · Карточка дела на сайте ВС ·