Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16.08.2021 № 41-КГ21-25-К4

УИД 61К80057-01-2019-001047-26 ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №41-КГ21-25-К4 определение г. Москва 16 августа 2021 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Фролкиной СВ., Жубрина М.А. рассмотрела в открытом судебном заседании 16 августа 2021 г. кассационную жалобу С**********й О***и А***********ы на решение Усть- Донецкого районного суда Ростовской области от 14 ноября 2019 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 3 июня 2020 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 26 ноября 2020 г. по делу № 2-831/2019 Усть-Донецкого районного суда Ростовской области по иску С**********й О***и А***********ы к индивидуальному предпринимателю Б*****у Е*****ю А**********у, Государственному учреждению - Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации о признании отношений между С**********м Н******м А*************м и индивидуальным предпринимателем Б******м Е******м А***********м трудовыми, о признании несчастного случая, в результате которого наступила смерть С*********а Н.А., страховым несчастным случаем на производстве, взыскании единовременной страховой выплаты.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Фролкиной СВ., объяснения представителя С**********й О.А. адвоката М*******а Ю.В., поддержавшего доводы кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу представителей индивидуального предпринимателя Б******Е.А. по доверенности У******Н.И., Ф*******й ИВ., Т*******й И.Ю., мнение представителей Государственного учреждения - Ростовского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по доверенности М********й О.Ю., М*******й АО. о незаконности обжалуемых судебных постановлений, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации З******й Э.С, полагавшей кассационную жалобу обоснованной, а обжалуемые судебные постановления подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : С*********а О***а А***********а 4 сентября 2019 г. обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю Б*****у Е.А. (далее - ИП Б****н Е.А.), Государственному учреждению - Ростовскому региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации (далее - Ростовское региональное отделение ФСС России) о признании отношений между её супругом С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. трудовыми, о признании несчастного случая, в результате которого наступила смерть С*********а Н.А., страховым несчастным случаем на производстве, взыскании с Ростовского регионального отделения ФСС России единовременной страховой выплаты в размере 1 000 000 руб. В обоснование заявленных требований С*********а О.А. указала, что её супруг С********в Н.А. с апреля 2017 года с ведома и по поручению работодателя без оформления письменного трудового договора приступил к работе у ИП Б*****а Е.А., являющегося главой крестьянского фермерского хозяйства, в должности механизатора-водителя. В период работы С********в Н.А. соблюдал правила внутреннего трудового распорядка, установленные в крестьянском фермерском хозяйстве ИП Б*****а Е.А., при выполнении трудовой функции он подчинялся и был подконтролен ИП Б*****у Е.А., ежемесячно получал заработную плату в размере 25 000 руб. 24 августа 2017 г. С********в Н.А., исполняя трудовые обязанности, управлял автомобилем марки КАМАЗ с грузовым прицепом, принадлежащим ИП Б*****у Е.А., выполняя его задание по перевозке зерна на элеватор.

По вине водителя П***********о А.С, управлявшего двигавшимся во встречном направлении автомобилем МАЗ-552934 с грузовым прицепом и допустившим выезд грузового прицепа на полосу встречного движения, произошло столкновение этого прицепа с автомобилем марки КАМАЗ с грузовым прицепом под управлением С*********а Н.А. В результате данного дорожнотранспортного происшествия С********в Н.А. скончался на месте происшествия от полученных телесных повреждений.

Постановлением Усть-Донецкого районного суда Ростовской области от 5 июня 2019 г. прекращено уголовное дело в отношении П***********о А.С, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлёкшее по неосторожности смерть человека), на основании статьи 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением сторон. С*********а О.А. ссылалась на то, что в рамках рассмотрения судом указанного уголовного дела Б****н Е.А., будучи допрошенным в качестве свидетеля, давал показания о том, что между ним и С**********м Н.А. имели место именно трудовые отношения, им был издан приказ о приёме С*********а Н.А. на работу водителем-механизатором, он платил С*********у Н.А. заработную плату, но оформить с ним трудовой договор не успел.

Вместе с тем ИП Б****н Е.А. страховые взносы за работника С*********а Н.А. в Фонд социального страхования Российской Федерации не уплачивал, необходимые меры по организации расследования названного несчастного случая на производстве не принял и в установленном законом порядке его не зарегистрировал, извещение о несчастном случае от 24 августа 2017 г. в соответствующие государственные органы не направил, документы, необходимые для получения единовременной страховой выплаты, С**********й О.А. не оформил и не представил, что послужило основанием для отказа Ростовским региональным отделением ФСС России в осуществлении С**********й О.А. единовременной страховой выплаты в размере 1 000 000 руб. С*********а О.А. полагает, что между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. сложились трудовые отношения и что смерть её супруга С*********а Н.А. наступила вследствие несчастного случая на производстве, в связи с чем она имеет право как супруга погибшего работника на получение единовременной страховой выплаты в соответствии с пунктом 2 статьи 7, пунктом 2 статьи 11, пунктом 6 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Представитель ответчика ИП Б*****а Е.А. в суде иск не признал. Представители ответчика Ростовского регионального отделения ФСС России в суде иск не признали. Решением Усть-Донецкого районного суда Ростовской области от 14 ноября 2019 г. в удовлетворении исковых требований С**********й О.А. отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 3 июня 2020 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 26 ноября 2020 г. судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения. В поданной в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации кассационной жалобе С**********й О.А. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены решения Усть-Донецкого районного суда Ростовской области от 14 ноября 2019 г., апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 3 июня 2020 г. и определения судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 26 ноября 2020 г., как незаконных, и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 15 апреля 2021 г. судьёй Верховного Суда Российской Федерации Вавилычевой Т.Ю. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Фролкиной СВ. от 28 июня 2021 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке. В судебное заседание суда кассационной инстанции не явилась истец С*********а О.А., сведений о причинах неявки не представила.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь частью 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, так как имеются предусмотренные законом основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений.

Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 390 14 ГПК РФ). Судом установлено и следует из материалов дела, что крестьянское (фермерское) хозяйство, главой которого является Б****н Е.А., зарегистрировано 7 июня 2000 г., основным видом деятельности данного хозяйства является выращивание зерновых культур. 24 августа 2017 г. С********в Н.А. выполнял задание ИП Б*****а Е.А. по перевозке зерна на элеватор, управлял принадлежащим ИП Б*****у Е.А. автомобилем марки КАМАЗ с грузовым прицепом.

По вине водителя П***********о А.С, управлявшего двигавшимся во встречном направлении автомобилем МАЗ-552934 с грузовым прицепом и допустившим выезд грузового прицепа на полосу встречного движения, произошло столкновение этого прицепа с автомобилем под управлением С*********а Н.А. В результате данного дорожно-транспортного происшествия С********в Н.А. скончался на месте происшествия от полученных телесных повреждений.

Постановлением Усть-Донецкого районного суда Ростовской области от 5 июня 2019 г. прекращено уголовное дело в отношении П***********о А.С, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлёкшее по неосторожности смерть человека), на основании статьи 25 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с примирением сторон. С*********а О.А. является супругой погибшего С*********а Н.А. В рассмотрении данного гражданского дела судом по существу ИП Б****н Е.А. не участвовал. В письменных возражениях на иск ИП Б****н Е.А. отрицал факт наличия трудовых отношений между ним и С**********м Н.А., указывая, что по соглашению между ними С********в Н.А. оказывал ему разовые услуги по управлению автомобилем при вывозе урожая пшеницы 2017 года на элеватор в г. Константиновске, в том числе 24 августа 2017 г.

Представитель ИП Б*****а Е.А. по доверенности Т*****а О.В. в судебном заседании суда первой инстанции 14 ноября 2019 г. пояснила, что при допросе в качестве свидетеля по уголовному делу Б****н Е.А. по просьбе С**********й О.А. давал показания о том, что С********в Н.А. работал у него по трудовому договору. В этом же судебном заседании по ходатайству представителя истца адвоката М*******а Ю.В. была допрошена свидетель Т которая показала, что проживает по соседству с С**********й О.А., ей известно, что С********в Н.А. в апреле 2017 года поступил на работу к ИП Б*****у Е.А., работал у него на тракторе и машине.

Она видела, как С********в Н.А. каждый день утром уезжал на работу, иногда вечером возвращался с работы на грузовом автомобиле. О том, что С********в Н.А. работает у ИП Б*****а Е.А. на тракторе и машине, ей известно со слов самого С*********а Н.А. В этом же судебном заседании свидетель С дал показания о том, что С*********а О.А. приходится ему родной сестрой, к ней он каждый день приезжал для оказания помощи по ведению хозяйства. О том, что С********в Н.А. с апреля 2017 года работал трактористом и водителем у ИП Б*****а Е.А., ему известно из разговоров между сестрой и С**********м Н.А.

Кроме того, он видел, что С********в Н.А. каждый день к восьми часам утра уезжал на работу, иногда заезжал домой на тракторе, каждый месяц получал заработную плату в размере 30 000 руб. С********в Н.А. также говорил ему о том, что он не был официально трудоустроен к ИП Б*****у Е.А., работал у него на условиях испытательного срока.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля С*********а Д.Н. (дочь С*********а Н.А. и С**********й О.А.) показала, что из разговора с родителями ей известно о том, что С********в Н.А. с апреля 2017 года работал у ИП Б*****а Е.А. механизатором и водителем, управлял трактором, автомобилем марки КАМАЗ, занимался ремонтом техники, каждый день с утра уходил на работу, ежемесячно получал заработную плату. В судебном заседании свидетель Ш*******а Н.Н. (дочь С*********а Н.А. и С**********й О.А.) дала показания о том, что её отец с апреля 2017 года работал у ИП Б*****а Е.А. Об этом ей известно со слов С*********а Н.А.

Она на тот момент проживала вместе с родителями, С********в Н.А. каждый день с утра уезжал на работу, в период уборочной кампании он работал без выходных, ему ежемесячно выплачивали заработную плату. В судебном заседании суда первой инстанции 14 ноября 2019 г. по ходатайству представителя ответчика были допрошены в качестве свидетелей О К . и К ., работавшие в 2017 году у ИП Б*****а водителями на основании трудовых договоров, которые не подтвердили факт работы С*********а Н.А. у ИП Б*****а Е.А. в спорный период.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований С**********й О.А. к ИП Б*****у Е.А. о признании отношений между её супругом С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. трудовыми, суд первой инстанции со ссылкой на положения статей 15, 16, 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации исходил из того, что в силу положений статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания факта наличия трудовых отношений между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. возлагается на истца. Однако истец С*********а Н.А. не представила суду достаточных доказательств, подтверждающих наличие трудовых отношений между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А., допущение С*********а Н.А. к работе с ведома или по поручению ответчика, осуществление им трудовой функции механизатораводителя у ИП Б*****а Е.А. каждый и полный рабочий день, подчинение его правилам внутреннего трудового распорядка и оплату труда ответчиком.

Критически оценивая показания допршенных по ходатайству истца свидетелей Т С* С и Ш суд указал, что они не были очевидцами осуществления С**********м Н.А. трудовой функции у ИП Б*****а Е.А., о работе С*********а Н.А. у ИП Б*****а Е.А. им известно со слов самого С*********а Н.А. и, кроме того, эти показания опровергаются показаниями свидетелей со стороны ответчика О К и I К работавших у ИП Б*****а Е.А. водителями, оснований не | доверять которым у суда не имеется. ] Суд первой инстанции счёл, что периодическое привлечение | ИП Б******м Е.А. С*********а Н.А. к работам, выполнение им по поручению [ ИП Б*****а Е.А. разовых перевозок свидетельствует о сложившихся между [ сторонами гражданско-правовых отношениях. [ По мнению суда первой инстанции, то обстоятельство, что в ходе допроса { в рамках уголовного дела по обвинению П***********о А.С. в совершении * преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса I Российской Федерации, Б****н Е.А. дал показания о том, что С********в Н.А. ^ работал у него в качестве водителя-механизатора, достаточным основанием для * удовлетворения заявленных требований не является, поскольку, исходя из ( доводов представителя ответчика, такие показания Б****н Е.А. дал по просьбе 1 С**********й О.А., не осознавая последствий своих действий.

Кроме того, в | процессе рассмотрения уголовного дела факт работы С*********а Н.А. у | ИП Б*****а Е.А. не устанавливался. , Отказав в удовлетворении иска в части требований о признании \ отношений между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. трудовыми, суд первой инстанции не нашёл оснований для удовлетворения исковых * требований С**********й О.А. о признании несчастного случая, в результате \ которого наступила смерть С*********а Н.А., страховым несчастным случаем | на производстве и взыскании с Ростовского регионального отделения ФСС России единовременной страховой выплаты. \ Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой * инстанции и их правовым обоснованием.

Судебная коллегия по гражданским делам Четвёртого кассационного суда I общей юрисдикции, оставляя без изменения судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций, пришла к выводу о том, что нарушений , норм права, которые привели бы или могли привести к неправильному ' рассмотрению дела, судами не допущено. ' Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской \ Федерации считает, что выводы судов первой, апелляционной и кассационной \ инстанций сделаны с существенным нарушением норм материального и ; процессуального права. | В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством I национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые ; могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового | правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации | труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация № 198 о трудовом | правоотношении (далее также - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация). ' В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что I характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться \ национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы. В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определённым графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей её; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу). В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации). В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации). Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределённость правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-0-0). В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).

Согласно части 1 статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что приём на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключённого трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключённого трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключённым и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключённого с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15), в пунктах 20 и 21, содержатся разъяснения о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключённым при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьёй 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключённым. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесён к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. №15).

Из приведённых выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд). Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приёме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя. Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключённым при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределённости правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путём признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключённым. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлён допуск работника к выполнению трудовой функции.

Приведённые нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судами первой, апелляционной и кассационной инстанций применены неправильно, без учёта Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судебными инстанциями не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

Согласно части 1 статьи 12 ГПК РФ, конкретизирующей положения статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В развитие указанных принципов статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке дел к судебному разбирательству» разъяснено, что судья обязан уже в стадии подготовки дела создать условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, но с учётом характера правоотношений сторон и нормы материального права, регулирующей спорные правоотношения. Судья разъясняет, на ком лежит обязанность доказывания тех или иных обстоятельств, а также последствия непредставления доказательств.

При этом судья должен выяснить, какими доказательствами стороны могут подтвердить свои утверждения, какие трудности имеются для представления доказательств, разъяснить, что по ходатайству сторон и других лиц, участвующих в деле, суд оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 ГПК РФ). В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № И «О подготовке дел к судебному разбирательству», под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учётом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (статья 56 ГПК РФ).

При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применён по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 ГПК РФ). Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 ГПК РФ). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 ГПК РФ). Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 68 ГПК РФ объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Частью 3 статьи 198 ГПК РФ предусмотрено, что описательная часть решения суда должна содержать указание на требование истца, возражения ответчика и объяснения других лиц, участвующих в деле. В мотивировочной части решения суда должны быть указаны: фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом; выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле (часть 4 статьи 198 ГПК РФ).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для данного дела, между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также с учётом требований и возражений сторон. В судебном постановлении, принятом по результатам рассмотрения дела, должны быть указаны требования истца, возражения ответчика и объяснения других лиц, участвующих в деле, обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учётом исковых требований С**********й О.А., возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. или его уполномоченным представителем о личном выполнении С**********м Н.А. работы по должности механизатора-водителя; был ли допущен С********в Н.А. к выполнению этой работы ИП Б******м Е.А. или его уполномоченным представителем; выполнял ли С********в Н.А. работу в качестве механизатора-водителя в интересах, под контролем и управлением работодателя начиная с апреля 2017 года; подчинялся ли С********в Н.А. действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; каков был режим рабочего времени С*********а Н.А. при выполнении работы по должности механизатора-водителя; выплачивалась ли ему заработная плата работодателем и в каком размере.

Между тем обстоятельства, касающиеся характера отношений, возникших между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А., с учётом заявленных исковых требований С**********й О.А. о признании отношений трудовыми, возражений на иск, а также подлежащих применению норм трудового законодательства в качестве юридически значимых судами первой и апелляционной инстанций определены и установлены не были, предметом исследования и оценки судебных инстанций в нарушение приведённых требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являлись.

Суды первой и апелляционной инстанций, изложив в судебных постановлениях доводы С**********й О.А., приведённые в исковом заявлении, и обстоятельства, по её мнению, их подтверждающие, эти обстоятельства не устанавливали и по существу спор не разрешили, ограничились лишь формальным указанием на то, что истец не представила достаточных доказательств, свидетельствующих о наличии между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. трудовых отношений в спорный период, тем самым произвольно применили статью 56 ГПК РФ.

Вопреки положениям статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, по смыслу которых наличие трудового правоотношения презюмируется, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, а обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений законом возложена на работодателя, суды первой и апелляционной инстанций неправильно распределили обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств по делу, освободив работодателя от представления доказательств отсутствия трудовых отношений и возложив бремя доказывания факта наличия трудовых отношений исключительно на истца С*********у О.А.

Нарушили суды первой и апелляционной инстанций также требования процессуального закона, касающиеся доказательств и доказывания в гражданском процессе. В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» приведено разъяснение о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчётные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Делая вывод о недостаточности доказательств, свидетельствующих о наличии между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. трудовых отношений, суд первой инстанции критически оценил показания свидетелей С Т С и Ш допрошенных в судебном заседании 14 ноября 2019 г. по ходатайству представителя истца, со ссылкой на то, что о работе С*********а Н.А. у ИП Б*****а Е.А. им было известно со слов С*********а Н.А. и что они не являлись очевидцами осуществления С**********м Н.А. функции механизатора, водителя у ИП Б*****а Е.А. каждый и полный рабочий день. При этом суд первой инстанции не учёл положения части 1 статьи 69 ГПК РФ, предусматривающие, что не являются доказательствами сведения, сообщённые свидетелем, если он не может указать источник своей осведомлённости.

Между тем все эти свидетели сообщили суду об источнике своей осведомлённости, поясняя, что со слов самого С*********а Н.А. им известно о том, что С********в Н.А. работал у ИП Б*****а Е.А. с апреля 2017 года.

Суд первой инстанции не выполнил требования статьи 198 ГПК РФ и не привёл в решении обстоятельства дела, установленные им, доказательства, на которых основаны его выводы, не дал оценку им по правилам статьи 67 ГПК РФ, а также не отразил в судебном постановлении мотивы, по которым он принял в качестве обоснования своих выводов доводы представителя ответчика ИП Б*****а Е.А., показания свидетелей (работников ИП Б*****а Е.А.), допрошенных по ходатайству ответчика, и мотивы, по которым он отклонил пояснения истца С**********й О.А. и доказательства, представленные ею в подтверждение наличия трудовых отношений между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А., в том числе показания свидетелей С Т С Ш допрошенных по ходатайству представителя истца.

Отказывая в принятии в качестве доказательства наличия между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. трудовых отношений показаний Б*****а Е.А., данных им в ходе рассмотрения уголовного дела, суд первой инстанции сослался на доводы представителя ответчика о том, что эти показания были даны Б******м Е.А. по просьбе С**********й О.А. и что он не осознавал последствий своих действий. В нарушение положений части 1 статьи 68 ГПК РФ, предусматривающей, что объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами, суд первой инстанции не проверил пояснения представителя ответчика в судебном заседании, оставил без внимания то обстоятельство, что ИП Б****н Е.А., будучи ответчиком, при рассмотрении настоящего гражданского дела в суд не являлся (в заявлении от 14 ноября 2019 г. просил провести судебное заседание, назначенное на 14 ноября 2019 г., в его отсутствие), пояснений суду не давал и о недостоверности своих показаний, данных в ходе рассмотрения уголовного дела, не заявлял.

Допущенные судом первой инстанции нарушения норм права не были устранены судом апелляционной инстанции. Противоречит приведённым выше положениям Трудового кодекса Российской Федерации и вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на то обстоятельство, что трудовой договор между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. не заключался, приказ о приёме С*********а Н.А. на работу не издавался, трудовая книжка не передавалась, табель учёта рабочего времени в отношении С*********а Н.А. не вёлся, с правилами внутреннего распорядка и другими локальными нормативными актами его не ознакомили. Такая ситуация прежде всего может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны ИП Б*****а Е.А. по надлежащему оформлению отношений с работником С**********м Н.А.

Нельзя признать правомерными также выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. гражданско-правовых отношений, поскольку эти выводы сделаны без указания на конкретный вид гражданско-правового договора, имевшего место, по мнению судебных инстанций, между сторонами, и без применения норм Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающих конкретные виды гражданско-правовых договоров.

Принимая решение об отказе С**********й О.А. в иске о признании возникших между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. отношений трудовыми со ссылкой на наличие между сторонами гражданско-правовых отношений, суды первой и апелляционной инстанций не учли императивные требования части 3 статьи 19* Трудового кодекса Российской Федерации о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. С учётом приведённого выше вывод судов первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении исковых требований С**********й О.А. к ИП Б*****у Е.А. о признании отношений между С**********м Н.А. и ИП Б******м Е.А. трудовыми, признании несчастного случая, в результате которого наступила смерть С*********а Н.А., страховым несчастным случаем на производстве, взыскании единовременной страховой выплаты является неправомерным, как не соответствующий нормам материального права, подлежащим применению к спорным отношениям, и сделанный с нарушением требований процессуального закона без установления и исследования всех юридически значимых обстоятельств дела в отсутствие представленных ответчиком ИП Б******м Е.А. доказательств, опровергающих требования истца и обстоятельства, на которых эти требования основаны.

Суд кассационной инстанции, проверяя по жалобе С**********й О.А. законность судебных постановлений судов первой и апелляционной инстанций, допущенные ими нарушения норм материального и процессуального права не выявил и не устранил, тем самым не выполнил требования статей 379 6 и частей 1-3 статьи 379 7ГПК РФ. Ввиду изложенного обжалуемые судебные постановления нельзя признать законными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя кассационной жалобы, что согласно статье 390 14 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям сторон нормами материального права, установленными по делу обстоятельствами и с соблюдением требований процессуального закона. Руководствуясь статьями 390 14-390 16 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила: решение Усть-Донецкого районного суда Ростовской области от 14 ноября 2019 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 3 июня 2020 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 26 ноября 2020 г. по делу № 2-831/2019 Усть-Донецкого районного суда Ростовской области отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Усть-Донецкий районный суд Ростовской области в ином составе суда.