1. Если в ходе судебного разбирательства, но до удаления присяжных заседателей в совещательную комнату для вынесения вердикта выяснится, что кто-либо из присяжных заседателей не может продолжать участвовать в судебном заседании или отстраняется судьей от участия в судебном заседании, то он заменяется запасным присяжным заседателем в последовательности, указанной в списке при формировании коллегии присяжных заседателей по уголовному делу.
2. Если в ходе судебного разбирательства выбывает старшина присяжных заседателей, то его замена производится путем повторных выборов в порядке, установленном статьей 331 настоящего Кодекса.
3. Если количество выбывших присяжных заседателей превышает количество запасных, то состоявшееся судебное разбирательство признается недействительным. В этом случае в соответствии со статьей 328 настоящего Кодекса председательствующий приступает к отбору присяжных заседателей, в котором могут принимать участие и присяжные заседатели, освободившиеся в связи с роспуском коллегии.
4. Если невозможность участия в судебном заседании кого-либо из присяжных заседателей выявится во время вынесения вердикта, то присяжные заседатели должны выйти в зал судебного заседания, произвести доукомплектование коллегии из числа запасных присяжных заседателей и удалиться для дальнейшего обсуждения вердикта.
Судебная коллегия признала приговор и апелляционное определение законными и обоснованными, нарушений, влекущих отмену по ст.401.15, 389.15 УПК РФ, не установила. Судопроизводство велось в соответствии со ст.15 УПК РФ на основе состязательности; коллегия присяжных сформирована по ст.328, 329 УПК РФ; довод о расположении присяжных в зале признан надуманным. Доводы о несоответствии выводов фактическим обстоятельствам, непричастности, отсутствии умысла, достоверности показаний и неполноте расследования не могут служить основанием для отмены приговора с участием присяжных в силу ст.389.27 УПК РФ. Судебное следствие проведено с учетом ст.335 УПК РФ, стороны не ограничены в представлении доказательств, исследовались обстоятельства в пределах полномочий присяжных по ст.334 УПК РФ. Отвод защитника З******а М.Г. обсуждался в первой и апелляционной инстанциях, оснований для отвода не было, право на защиту не нарушено. Удаление И****а Р.В. из зала признано правомерным по ч.3 ст.258 УПК РФ ввиду систематического нарушения регламента и воздействия на присяжных; закон не требует повторения процессуальных действий после возвращения подсудимого и не предусматривает возобновление судебного следствия по такому заявлению. Председательствующий своевременно реагировал на недопустимые высказывания и в напутственном слове просил присяжных их не учитывать. Оснований для признания недопустимыми доказательств, включая заключение баллистической экспертизы, не имеется; протокол опознания И****а потерпевшей С. не исследовался с участием присяжных и не был предметом их оценки. Прения проведены в соответствии с законом, выступление государственного обвинителя не содержало искажений доказательств и негативных оценок личности; право на прения и последнее слово обеспечено всем подсудимым, реплики не предусмотрены, поскольку у стороны обвинения их не имелось (ч.6 ст.292 УПК РФ). Вопросный лист соответствует ст.338, 339 УПК РФ, напутственное слово — ст.340 УПК РФ, вердикт — ст.348, 351 УПК РФ. Квалификация действий осужденных признана правильной. Наказание назначено с учетом ст.6, 60 УК РФ, характера и степени общественной опасности, данных о личности, смягчающих обстоятельств и отягчающего у И****а Р.В. — рецидива; мотивы назначения штрафа и отсутствия оснований для применения ч.6 ст.15, ст.64, 73 УК РФ приведены; оснований для смягчения наказания нет. Размер гражданского иска потерпевшего А. определен по ст.151, 1101 ГК РФ. Апелляционное определение соответствует ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ.
Цитата из акта
Коллегия присяжных заседателей была сформирована в соответствии с требованиями ст. 328, 329 УПК РФ, порядок формирования которой не оспаривается в кассационных жалобах.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ не установила существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Формирование коллегии присяжных заседателей произведено с соблюдением требований ст. 328, 329 УПК РФ. Кандидат № 6 Б. не подавала заявления об исключении из списков присяжных заседателей, ее предыдущая служба в системе ФСИН и наличие звания не исключают участия в деле; мотивированные отводы рассмотрены в соответствии с ч. 10, 11 ст. 328, ч. 2 ст. 64 УПК РФ. Судебное следствие проведено с соблюдением ст. 252, 335 УПК РФ, в присутствии присяжных исследовались только относимые и допустимые доказательства. Заключение эксперта от 7 июня 2024 года № 645/2-1-57, 646/2-1-58 признано допустимым и относимым. Допросы экспертов проведены в пределах компетенции присяжных и предъявленного обвинения. Отказ в исследовании постановления Конституционного суда РФ от 30 ноября 1992 года и решения съезда народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 года обоснован. Вопросный лист соответствует ст. 338, 339 УПК РФ, напутственное слово — ст. 340 УПК РФ, вердикт ясен и обязателен в силу ч. 2 ст. 348 УПК РФ. Наказание соответствует ст. 6, 60 УК РФ. Апелляционное определение соответствует ст. 389.28 УПК РФ.
Цитата из акта
Формирование коллегии присяжных заседателей произведено с соблюдением требований ст. 328, 329 УПК РФ.
Судебная коллегия не нашла нарушений, влекущих отмену. Отклонила доводы о незаконном составе суда, нарушениях при формировании коллегии присяжных, недопустимости доказательств, нарушении права на защиту. Указала, что приговор основан на вердикте присяжных, наказание справедливо. Ссылалась на ст. 401.15 УПК РФ, ст. 153, 154, 326-329, 335, 338, 339, 340 УПК РФ, ст. 6, 60, 67 УК РФ.
Цитата из акта
Коллегия присяжных заседателей была сформирована с соблюдением требований ст. 326 - 329 УПК РФ, в состав коллегии вошли только те лица, которые в соответствии с ФЗ «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» имели право осуществлять правосудие, в том числе Г и Б В частности, кандидат в присяжные заседатели № 13 Г не скрывала о том, что её сын служит в…
Верховный Суд оставил без изменения приговор и решение суда апелляционной инстанции
Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ не усмотрела предусмотренных ч.1 ст. 401.15 УПК РФ существенных нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела. Приговор постановлен в соответствии с вердиктом присяжных, вынесенным с соблюдением требований гл. 42 УПК РФ; возбуждение уголовного дела и расследование осуществлялись в соответствии с уголовно-процессуальным законом, нарушений сроков предварительного расследования не допущено; судопроизводство велось на основе принципа состязательности и равноправия сторон (ст. 15 УПК РФ); коллегия присяжных сформирована в соответствии со ст. 328, 329 УПК РФ; особенности рассмотрения дела судом с участием присяжных и пределы обжалования приговора осужденному разъяснены; стороны не ограничивались в представлении и исследовании доказательств; в присутствии присяжных исследовались только те фактические обстоятельства, доказанность которых устанавливается присяжными в соответствии с их полномочиями по ст. 334 УПК РФ; нарушений при представлении и исследовании доказательств, допросе потерпевших и свидетелей не допущено; вердикт является ясным и непротиворечивым. Квалификация действий по ст. 210.1, ч.4 ст. 210, п. «а» ч.3 ст. 163 УК РФ (15 преступлений) признана верной и в кассационной жалобе не оспаривается. ВС РФ указал, что суд правильно дал юридическую оценку действиям П*******а С.Т., обладающего криминальным статусом «положенец», одновременно по ст. 210.1 и ч.4 ст. 210 УК РФ, поскольку он наряду с действиями, указанными в ч.1 ст. 210 УК РФ, по созданию преступного сообщества (преступной организации) в целях совместного совершения нескольких особо тяжких преступлений и руководству таким сообществом совершил также иные действия на территории своего криминального влияния, подтверждающие занятие им высшего положения в преступной иерархии: координировал и поддерживал противоправную деятельность лиц из криминальной среды, участвовал в «сходках», наделял лиц статусами «смотрящих», аккумулировал, контролировал и распределял «общак», решал конфликтные ситуации в уголовно-преступной среде; после введения 12 апреля 2019 г. ответственности за занятие высшего положения в преступной иерархии продолжил осуществлять функции «положенца», что подтверждается письменным обращением лидера уголовно-преступной среды («прогоном») от 20 ноября 2020 г. Наказание назначено в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности, смягчающих обстоятельств (неудовлетворительное состояние здоровья и инвалидность, частичное признание вины по ст. 210.1 УК РФ), влияния наказания на исправление и условия жизни семьи, а также требований ст. 65 УК РФ в связи с признанием присяжными осужденного заслуживающим снисхождения по всем деяниям; иных смягчающих обстоятельств не установлено; мотивы неприменения ст. 64, 73 УК РФ и ч.6 ст. 15 УК РФ в приговоре приведены; наказание признано справедливым и соразмерным, оснований для его смягчения нет. Доводы о наличии заболевания, препятствующего отбыванию лишения свободы, могут быть рассмотрены судом в порядке исполнения приговора. Решения в части конфискации в доход государства изъятых у П*******а С.Т. денежных средств и в части гражданского иска потерпевшего О. рассмотрены в соответствии с требованиями закона; апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.8 УПК РФ.
Цитата из акта
Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст. 328, 329 УПК РФ.
Что же касается части первой статьи 329 УПК Российской Федерации, то в нарушение требований пункта 3 статьи 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Х.С.Ш****м не представлены документы, подтверждающие завершение производства по конкретному делу, что свидетельствует о неисчерпании им внутригосударственных средств судебной защиты, а следовательно, о несоответствии его жалобы в этой части требованию допустимости обращения в Конституционный Суд Российской Федерации.
Определениями от 28 апреля 2022 года № 895-О, от 21 июля 2022 года № 2034-О и от 21 ноября 2022 года № 3000-О Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии к рассмотрению жалоб С.В.Е********а, в которых оспаривалась конституционность в том числе части второй статьи 345 и части четвертой статьи 329 УПК Российской Федерации, поскольку они не отвечали требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
Определениями от 28 апреля 2022 года № 895-О и от 21 июля 2022 года № 2034-О Конституционный Суд Российской Федерации отказал в принятии к рассмотрению жалоб С.В.Е********а на нарушение его конституционных прав рядом положений УПК Российской Федерации, включая часть вторую его статьи 345, и подпунктом «а» пункта 1 статьи 1 Федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с расширением применения института присяжных заседателей», а также частями первой и четвертой статьи 329 того же Кодекса, поскольку они не отвечали требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.
Таким образом, части первая и четвертая статьи 329 УПК Российской Федерации не могут расценивается как нарушающие права С.В.Е********а в оспариваемом им аспекте.