Определение Конституционного Суда РФ от 31.10.2023 № 2915-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки М******й А***ы В**********ы на нарушение ее конституционных прав статьями 34 и 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также рядом норм Гражданского кодекса Российской Федерации и Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 31 октября 2023 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, М.Б.Лобова, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки А.В.М******й к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1. В ходе рассмотрения дела о банкротстве банка определением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, признана недействительной сделка по списанию денежных средств со счета гражданки А.В.М******й в погашение ее задолженности по кредиту, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности заявительницы перед банком и восстановления обязательств банка перед заявительницей на ту же сумму.

Позднее заявительнице отказано в пересмотре названного определения по вновь открывшимся обстоятельствам (к таковым она относила изменение практики арбитражных судов по рассмотрению дел данной категории) и в удовлетворении заявления об исправлении в определении описки (заявительница указывала, что суд фактически признал недействительной сделку, которая не совершалась, а применил последствия недействительности другой сделки, которая не оспаривалась). С учетом установленных по данному обособленному спору обстоятельств решением суда общей юрисдикции, оставленным – после возвращения дела на новое апелляционное рассмотрение Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации – судами апелляционной и кассационной инстанций без изменения, удовлетворены требования конкурсного управляющего банка о взыскании с А.В.М******й задолженности по кредиту.

При этом суды отвергли доводы заявительницы о пропуске истцом срока исковой давности, а также о том, что требования подлежали рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве банка.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда, заявительнице отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. А.В.М*****а просит признать противоречащими Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 18, 19 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 47 (часть 1), 55 (часть 3) и 123 (часть 3), следующие законоположения в их понимании правоприменительной практикой: статьи 34 «Лица, участвующие в деле о банкротстве» и 35 «Лица, участвующие в арбитражном процессе по делу о банкротстве» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», и во взаимосвязи со статьей 22 «Подсудность гражданских дел» ГПК Российской Федерации, поскольку они допускают произвольное (по выбору истца) определение подсудности спора о взыскании задолженности в пользу лица, находящегося в процедуре банкротства, и рассмотрение такого спора судами общей юрисдикции; статью 10 «Пределы осуществления гражданских прав» ГК Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 410 «Прекращение обязательства зачетом» того же Кодекса в той мере, в какой они препятствуют зачету встречных однородных требований и позволяют стороне, злоупотребляющей правом, использовать последствия судебного решения, которое было принято до формирования Верховным Судом Российской Федерации единой судебной практики и которое нельзя пересмотреть по новым или вновь открывшимся обстоятельствам; пункты 1 и 2 статьи 167 «Общие положения о последствиях недействительности сделки» ГК Российской Федерации, как допускающие признание судом недействительной одной сделки (вымышленной) и применение последствий недействительности в отношении другой сделки (реальной); статьи 195 «Понятие исковой давности», 200 «Начало течения срока исковой давности», 203 «Перерыв течения срока исковой давности» и 204 «Течение срока исковой давности при защите нарушенного права в судебном порядке» ГК Российской Федерации в той мере, в какой они допускают прерывание срока исковой давности действиями одной из сторон обязательства с последующим оспариванием этой же стороной в судебном порядке собственных односторонних действий; часть первую статьи 56 «Обязанность доказывания» и часть третью статьи 61 «Основания для освобождения от доказывания» ГПК Российской Федерации, как позволяющие суду общей юрисдикции возлагать на сторону спора обязанность по доказыванию отрицательного факта, а также основывать свое решение на доказательстве, которое ранее было признано отсутствующим арбитражным судом.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Статьи 34 и 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определяют круг лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также в арбитражном процессе по делу о банкротстве, которые обладают присущими их процессуальному статусу правами и обязанностями как в рамках процедуры банкротства в целом, так и в рамках обособленных споров в деле о банкротстве. Эти нормы не регулируют вопросов подсудности дел арбитражным судам и судам общей юрисдикции и, вопреки доводам жалобы, не предполагают, что все споры с участием поименованных в них субъектов рассматриваются арбитражным судом в деле о банкротстве.

Данный Федеральный закон служит цели обеспечения прав реальных и потенциальных кредиторов и закрепляет меры, призванные предотвратить банкротство и восстановить платежеспособность должника, а при признании должника банкротом – создать условия для справедливого обеспечения экономических и юридических интересов кредиторов. С учетом сказанного законодатель установил, что в рамках дела о банкротстве подлежат рассмотрению отдельные обособленные споры, в частности споры по заявлениям о признании сделок должника недействительными (пункт 1 статьи 618 данного Федерального закона), и на это обращено внимание в том числе в сохраняющем силу постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Такое регулирование не предполагает возможности игнорировать нормы процессуального законодательства, определяющие компетенцию арбитражных судов и судов общей юрисдикции, в том числе положения статьи 22 ГПК Российской Федерации, конкретизирующие требования статьи 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Предусмотренное Гражданским кодексом Российской Федерации регулирование исковой давности, т.е. срока для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195), обусловлено целью поддержания стабильности отношений участников гражданского оборота.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, статья 200 того же Кодекса о начале течения данного срока сформулирована так, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению соответствующего момента исходя из фактических обстоятельств дела (определения от 25 октября 2018 года № 2567-О, от 28 ноября 2019 года № 3021-О и др.), его статья 203, закрепляющая правило о том, в каком случае течение исковой давности прерывается, гарантирует установление справедливого баланса между интересами кредитора и должника (определения от 17 июля 2018 года № 1744-О, от 30 марта 2023 года № 632-О и др.), а статья 204, предусматривая исчисление срока исковой давности по требованию в защиту нарушенного права без учета периода осуществления судебной защиты этого права, служит гарантией защиты нарушенных прав участников гражданских правоотношений (определения от 27 октября 2022 года № 2763-О, от 20 июля 2023 года № 1916-О и др.).

Установление же фактических обстоятельств, с наличием которых закон связывает возможность применения данных норм, – прерогатива суда, рассматривающего дело. Часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации, возлагая на каждую из сторон обязанность доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, конкретизирует положения статей 19 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, является процессуальной гарантией права на судебную защиту в условиях соблюдения принципов состязательности и равноправия сторон.

Часть третья статьи 61 того же Кодекса закрепляет, что при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом. Приведенная норма конкретизирует общие положения процессуального законодательства об обязательности вступивших в законную силу судебных актов арбитражного суда и обеспечивает законность выносимых судом постановлений.

Таким образом, приведенные положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», Гражданского кодекса Российской Федерации и Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы, перечисленные в жалобе, доводы которой свидетельствуют о том, что нарушение этих прав А.В.М*****а связывает не с содержанием названных норм, а с неправильным, по ее мнению, их применением судами. Между тем проверка обоснованности выводов судов, которые сделаны исходя из фактических обстоятельств дела, установленных на основании исследования и оценки доказательств, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Что же касается иных указанных в жалобе законоположений, то представленные материалы не подтверждают, что их конституционность оспаривается заявительницей с соблюдением требований статьи 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», согласно которой жалоба на нарушение нормативным актом в результате его применения в конкретном деле конституционных прав и свобод допустима, если подана в срок не позднее одного года после принятия по такому конкретному делу судебного решения, которым исчерпываются внутригосударственные средства судебной защиты, а в случае, если в пересмотре дела судом, решение которого обычно исчерпывает внутригосударственные средства судебной защиты по соответствующей категории дел, было отказано в связи с пропуском срока обжалования, – в срок не позднее одного года после принятия последнего судебного решения, в котором был применен соответствующий нормативный акт (пункт 2).

При этом само по себе упоминание судом общей юрисдикции в деле о взыскании задолженности статьи 167 ГК Российской Федерации (в связи с изложением обстоятельств спора о признании сделки недействительной, рассмотрение которого завершилось в 2016 году), с учетом неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации позиции, не свидетельствует о ее применении в данном деле (определения от 4 июня 2013 года № 832-О, от 16 июля 2015 года № 1743-О и др.). Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки М******й А***ы В**********ы, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2915-О