Определение Конституционного Суда РФ от 24.10.2019 № 2725-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П******а С****я В*********а на нарушение его конституционных прав статьями 133–139 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 24 октября 2019 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина С.В.П******а к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, частично удовлетворено исковое заявление гражданина С.В.П******а к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по пункту «б» части третьей статьи 188 УК Российской Федерации, незаконное применение мер уголовно-процессуального принуждения, нарушение неприкосновенности жилища и частной жизни, а также права на доброе имя.

Тем же решением отказано в удовлетворении аналогичных требований, связанных с привлечением к уголовной ответственности по части первой статьи 170 УК РСФСР и части первой статьи 194 УК Российской Федерации, поскольку производство по соответствующему уголовному делу было прекращено судом 31 января 2002 года в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. В передаче кассационных жалоб С.В.П******а на данные судебные решения для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано. С.В.П*****в утверждает, что статьи 133 «Основания возникновения права на реабилитацию», 134 «Признание права на реабилитацию», 135 «Возмещение имущественного вреда», 136 «Возмещение морального вреда», 137 «Обжалование решения о производстве выплат», 138 «Восстановление иных прав реабилитированного» и 139 «Возмещение вреда юридическим лицам» УПК Российской Федерации, а также пункт 1 статьи 1070 «Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда» ГК Российской Федерации нарушают право на судебную защиту и право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями должностных лиц, противореча статьям 18, 46 (части 1 и 2), 53 и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют судам при рассмотрении гражданского дела не оценивать доводы истца о незаконности осуществлявшегося в отношении него уголовного преследования и отказывать во взыскании компенсации причиненного ему морального вреда, поскольку уголовное дело прекращено судом в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, включая судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1; статья 46, части 1 и 2).

Конкретизируя конституционно-правовой принцип ответственности государства за незаконные действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, федеральный законодатель установил порядок и условия возмещения причиненного лицу в уголовном судопроизводстве вреда в отраслевых законодательных актах, прежде всего в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, нормами статей 133–139 которого регламентируются основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения различных видов вреда (причем согласно части второй его статьи 136 иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства), а также в Гражданском кодексе Российской Федерации, статьи 1064, 1069 и 1070 которого закрепляют общие основания ответственности за причинение вреда, в частности государственными органами, включая органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а статья 1101 – способ и размер компенсации морального вреда.

При этом согласно статьям 133 и 134 УПК Российской Федерации применение реабилитации в конкретном деле является результатом принятия в рамках уголовного судопроизводства решения, снимающего с лица выдвинутые против него обвинения, – оправдательного приговора, постановления (определения) о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в связи с отсутствием события или состава преступления, в связи с непричастностью лица к совершенному преступлению и по некоторым другим основаниям. Правила названных статей, однако, не распространяются на случаи прекращения уголовного преследования по так называемым нереабилитирующим основаниям, в частности в связи с истечением сроков давности.

Устанавливая такого рода правила, статья 133 УПК Российской Федерации реализует положение статьи 53 Конституции Российской Федерации, в силу которого право на возмещение государством вреда гарантируется лишь в случаях, когда вред причинен незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 28 октября 1996 года № 18-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2006 года № 278-О, от 21 декабря 2006 года № 531-О, от 17 декабря 2009 года № 1627-О-О и др.).

Прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям само по себе не свидетельствует о незаконности осуществлявшегося против лица уголовного преследования; оно означает не исправление ошибки или иного нарушения закона, а отказ от дальнейшего доказывания виновности лица несмотря на то, что основания для его уголовного преследования сохраняются. Следовательно, оспариваемые законоположения не могут расцениваться как нарушающие права С.В.П******а в обозначенном в его жалобе аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П******а С****я В*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2725-О