Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28.10.2019 № 78-КГ19-43

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 78-КГ19-43 определение г. Москва 28 октября 2019 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Гуляевой Г.А., Жубрина М.А. рассмотрела в открытом судебном заседании 28 октября 2019 г. кассационную жалобу Я*****ч Л*****ы М********ы на решение Московского районного суда г. Санкт-Петербурга от 20 августа 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт- Петербургского городского суда от 13 декабря 2018 г. по делу № 2-2529/2018 Московского районного суда г. Санкт-Петербурга по иску Я*****ч Л*****ы М********ы к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области об установлении факта нахождения на иждивении, о признании права на получение пенсии.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Гуляевой Г.А., выслушав объяснения истца Я*****ч Л.М., её представителя по доверенности К*********а А.Н., поддержавших доводы кассационной жалобы, мнение представителя Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по доверенности К******а А.В., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации В******й Т.А., полагавшей судебные постановления подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : Я*****ч Л*****а М********а 19 декабря 2017 г.обратилась в суд с иском к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее также - ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области) об установлении факта нахождения её на иждивении мужа Я******а Г******я А*********а, признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца. В обоснование исковых требований Я*****ч Л.М. ссылалась на то, что она с 13 июля 1978 г. по 9 февраля 1993 г. состояла в зарегистрированном браке с Я*******м ГА., 23 сентября 1997 г. брак между ней и Я*******м Г.А. был прекращён в связи с его расторжением, а в последующем с 16 июня 2011 г. вновь зарегистрирован. С 13 июля 2013 г. Я*****ч Л.М. получает пенсию по старости в размере 10 996, 04 руб., иных источников дохода не имеет.

На основании исполнительного листа от 11 февраля 2015 г., выданного Дзержинским районным судом г. Санкт-Петербурга, из суммы получаемой Я*****ч Л.М. пенсии производится ежемесячное денежное удержание в размере 1 099, 60 руб. За вычетом названной денежной суммы размер получаемой ею ежемесячно пенсии составляет 9 894, 44 руб. Вступившим в законную силу решением мирового судьи судебного участка № 128 г. Санкт-Петербурга от 15 декабря 2015 г. с Я******а Г.А. в пользу супруги Я*****ч Л.М. взысканы алименты на её содержание, начиная с 12 ноября 2015 г., размер которых составил с учётом индексации 14 833,99 руб. Я*****ч Г.А. с 1997 года являлся получателем пенсии за выслугу лет по линии Министерства внутренних дел Российской Федерации и ежемесячной денежной доплаты к пенсии на основании Федерального закона от 12 января 1995 г. № 5-ФЗ «О ветеранах».

Общий доход Я******а Г.А. за период с сентября 2016 г. по август 2017 г. составил 393 649, 79 руб.

Доход Я*****ч Л.М. за указанный период составил 116 078, 82 руб. 17 августа 2017 г. Я*****ч Г.А. скончался. Я*****ч Л.М. указывала, что как в период нахождения в зарегистрированном браке с Я*******м Г.А., так и в период когда между ними брак был расторгнут они проживали совместно, вели общее хозяйство и с 2014 года до момента смерти мужа Я*****ч Л.М. находилась на его иждивении, поскольку получаемый Я*****ч Г.А. при жизни доход в виде пенсии за выслугу лет и надбавки к пенсии являлся для Я*****ч Л.М. постоянным и основным источником средств к существованию. Я*****ч Л.М., ссылаясь на положения Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотрм наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовноисполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей», указывала, что установление факта нахождения её на иждивении мужа Я******а Г.А., умершего 17 августа 2017 г., необходимо для назначения ей пенсии по случаю потери кормильца. Я*****ч Л.М. просила суд установить факт нахождения её на иждивении мужа Я******а ГА., умершего 17 августа 2017 г.; признать за ней право на получение пенсии по случаю потери кормильца по линии Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Представитель ответчика Г* МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования Я*****ч Л.М. не признал. Решением Московского районного суда г. Санкт-Петербурга от 20 августа 2018 г. в удовлетворении исковых требований Я*****ч Л.М. отказано. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13 декабря 2018 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения. В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе Я*****ч Л.М. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены указанных судебных постановлений, как незаконных.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 17 июля 2019 г. судьёй Верховного Суда Российской Федерации Гуляевой Г.А. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и её же определением от 2 октября 2019 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения истца Я*****ч Л.И. и её представителя по доверенности К*********а А.Н., мнение представителя ГУ МВД России по г. Санкт- Петербургу и Ленинградской области, явившихся в судебное заседание, и заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 390 14 ГПК РФ). Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что судами первой и апелляционной инстанций при принятии решения об отказе в удовлетворении исковых требований Я*****ч Л.М. были допущены такого рода существенные нарушения норм права, выразившиеся в следующем.

Судом установлено и из материалов дела следует, что Я*****ч Л.М., года рождения, в период с 13 июля 1978 г. по 9 февраля 1993 г. состояла в зарегистрированном браке с Я*******м Г.А., 23 сентября 1997 г. брак между ней и Я*******м Г.А. был прекращён в связи с его расторжением, в последующем с 16 июня 2011 г. брак между ними вновь зарегистрирован, супруги проживали совместно по адресу: . 17 августа 2017 г. Я*****ч Г.А. скончался. При жизни Я*****ч Г.А. с 1997 года являлся получателем пенсии за выслугу лет по линии Министерства внутренних дел Российской Федерации и ежемесячной денежной доплаты к пенсии на основании Федерального закона от 12 января 1995 г. № 5-ФЗ «О ветеранах».

Ежемесячный размер получаемой Я*****ч Г.А. пенсии за выслугу лет на август 2017 г. составил 29 667, 98 руб. С 13 июля 2013 г. и на момент смерти супруга Я*****ч Г.А. Я*****ч Л.М. является получателем страховой пенсии по старости, размер которой в настоящее время составляет 10 996, 04 руб. в месяц. На основании постановления судебного пристава-исполнителя от 3 июня 2015 г. о взыскании задолженности в размере 285 637, 56 руб. с Я*****ч Л.М. в пользу ОАО МТС - БАНК с июля 2015 года ежемесячно из суммы получаемой ею пенсии взыскивается задолженность по кредитному обязательству. Размер взыскиваемой ежемесячно с Я*****ч Л.М. суммы на момент смерти мужа Я*****ч Г.А. (август 2017 года) составлял 1 099 руб.

Вступившим 19 января 2016 г. в законную силу решением мирового судьи судебного участка № 128 г. Санкт-Петербурга от 15 декабря 2015 г. с Я******а Г.А. в пользу супруги Я*****ч Л.М. взысканы алименты на её содержание ежемесячно, начиная с 12 ноября 2015 г., размер которых с учётом индексации составил 14 833, 99 руб. Я*****ч Л.М. имеет двух совершеннолетних трудоспособных сыновей. 5 октября 2017 г. Я*****ч Л.М. обратилась с заявлением в ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области о назначении ей пенсии по случаю потери кормильца на основании статьи 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей».

Письмом начальника центра пенсионного обеспечения ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 22 ноября 2017 г. Я*****ч Л.М. отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца со ссылкой на отсутствие судебного решения или иного документа об установлении факта её нахождения на иждивении умершего супруга Я******а Г.А. Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, Я*****ч Л.М. ссылалась на то, что установление факта нахождения её на иждивении мужа Я******а ГА., умершего 17 августа 2017 г., необходимо для решения вопроса о назначении ей пенсии по случаю потери кормильца.

Отказывая в удовлетворении искового заявления Я*****ч Л.М. об установлении факта нахождения её на иждивении мужа Я******а Г.А., о признании права на назначение пенсии по случаю потери кормильца, суд первой инстанции со ссылкой на статью 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, нормы Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовноисполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей» пришёл к выводу о том, что истцом не представлено достаточных доказательств того, что материальная помощь её мужа при жизни являлась для Я*****ч Л.М. постоянным и основным источником средств к существованию, а размер собственных доходов истца не был достаточным для обеспечения её необходимых жизненных потребностей.

Суд указал, что размер общего дохода Я*****ч Л.М. с учётом получаемой ею пенсии по старости и суммы выплачиваемых ей супругом при жизни алиментов составил 22 996, 04 руб. При этом, по мнению суда, при расчёте общего дохода Я*****ч Л.М. необходимо учитывать полный размер получаемой ею пенсии без вычета расходов по исполнению Я*****ч Л.М. кредитных обязательств. Сам по себе факт получения Я*******м Г.А. при жизни дохода, превышающего размер дохода Я*****ч Л.М., не свидетельствует о нахождении Я*****ч Л.М. на иждивении у её супруга.

Кроме того, суд первой инстанции в обоснование отказа в удовлетворении иска сослался на установленную нормами статьи 87 Семейного кодекса Российской Федерации обязанность трудоспособных совершеннолетних детей по содержанию своих нетрудоспособных нуждающихся в помощи родителей. С выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает эти выводы судов первой и апелляционной инстанций неправомерными ввиду следующего. Согласно части 1 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении (пункт 2 части 2 статьи 264 ГПК РФ).

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (статья 265 ГПК РФ). В соответствии со статьёй 267 ГПК РФ в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должно быть указано, для какой цели заявителю необходимо установить данный факт, а также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Из содержания приведённых положений процессуального закона следует, что одним из обязательных условий для установления факта, имеющего юридическое значение, является указание заявителем цели, для которой необходимо установить данный факт в судебном порядке, а именно зависит ли от установления указанного факта возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав заявителя, заявителем также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения надлежащих документов, удостоверяющих этот факт, или невозможность их восстановления.

При обращении в суд с названным исковым заявлением Я*****ч Л.М. просила установить факт нахождения её на иждивении мужа Я******а Г.А., умершего 17 августа 2017 г., Я*****ч Л.М. в качестве правовых последствий установления названного факта указывала на возможность получения ею пенсии по случаю потери кормильца, выплачиваемой членам семьи умершего кормильца на основании Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей».

Пенсионное обеспечение лиц, проходивших военную службу, и иных категорий лиц регулируется Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, и их семей» (далее - Закон Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1). Статьёй 1 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 определён круг лиц, на которых распространяется действие данного закона. В их числе названы лица, проходившие службу в органах внутренних дел.

Частью 2 статьи 5 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 предусмотрено, что в случае гибели или смерти лиц, указанных в статье 1 данного закона, их семьи при наличии условий, предусмотренных этим законом, приобретают право на пенсию по случаю потери кормильца. Условия, определяющие право на пенсию по случаю потери кормильца, установлены в статье 28 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, согласно которой пенсия по случаю потери кормильца, в частности семьям пенсионеров из числа лиц, указанных в статье 1 этого закона, назначается, если кормилец умер в период получения пенсии или не позднее пяти лет после прекращения выплаты ему пенсии.

Частью первой статьи 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 определено, что право на пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умерших (погибших) лиц, указанных в статье 1 поименованного закона, состоявшие на их иждивении. Нетрудоспособными членами семьи в силу пункта «б» части 3 статьи 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 считаются: отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщины - 55 лет, либо являются инвалидами. Члены семьи умершего считаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 1 статьи 31 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. №4468-1).

Членам семьи умершего, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, может быть назначена пенсия по случаю потери кормильца (часть 2 статьи 31 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. №4468-1). По смыслу названных норм Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, понятие «иждивение» предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода (получение пенсии).

Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен в том числе в судебном порядке путём определения соотношения между объёмом помощи, оказываемой умершим кормильцем, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию члена семьи умершего кормильца. Такое толкование понятия «иждивение» согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 30 сентября 2010 г. № 1260-О-О. П*********е нормативные положения судами первой и апелляционной инстанций применены неправильно.

Отказывая в удовлетворении искового заявления Я*****ч Л.М. об установлении факта нахождения её на иждивении умершего супруга Я******а Г.А., о признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца, судебные инстанции исходили из того, что Я*****ч Л.М. не представлены доказательства, подтверждающие, что материальная помощь мужа при его жизни являлась для Я*****ч Л.М. постоянным и основным источником средств к существованию, а размер собственных доходов истца не был достаточным для обеспечения необходимых жизненных потребностей. Между тем согласно материалам дела на момент смерти Я******а Г.А. и в настоящее время Я*****ч Л.М. является получателем страховой пенсии по старости, размер которой составляет 10 996, 04 руб. в месяц. На основании вступившего в законную силу судебного постановления Я*****ч Г.А. выплачивал Я*****ч Л.М. алименты в сумме 12 000 руб.

При жизни муж Я*****ч Л.М. - Я*****ч Г.А. являлся получателем пенсии за выслугу лет по линии Министерства внутренних дел Российской Федерации на основании Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, сумма которой за период с сентября 2016 г. по август 2017 г. составила 355 449, 79 руб., также с 15 апреля 2017 г. ему назначена страховая часть пенсии по старости. Ежемесячный доход Я******а Г.А. на момент его смерти, как установлено судом, составлял 36 446, 07 руб. в месяц.

Пунктом первым статьи 89 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что супруги обязаны материально поддерживать друг друга. В случае отказа от такой поддержки и отсутствия соглашения между супругами об уплате алиментов право требовать предоставления алиментов в судебном порядке от другого супруга, обладающего необходимыми для этого средствами, имеют нетрудоспособный нуждающийся супруг (абзац второй пункта 2 статьи 89 Семейного кодекса Российской Федерации). В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 г. № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что под нетрудоспособными совершеннолетними лицами, имеющими право на алименты (статьи 85, 89, 90, 93 - 97 Семейного кодекса Российской Федерации), следует понимать лиц, признанных в установленном порядке инвалидами I, II или III группы, а также лиц, достигших общеустановленного пенсионного возраста.

Вступившим в законную силу судебным постановлением с Я******а Г.А. в пользу супруги Я*****ч Л.М. взысканы алименты на её содержание ежемесячно, начиная с 12 ноября 2015 г., следовательно, в силу названных норм Семейного кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению Я*****ч Л.М. при жизни её мужа была признана лицом, нуждающимся в оказании материальной помощи, и имела право на получение такой помощи от своего супруга Я******а Г.А.

Ввиду того, что право на получение пенсии по случаю потери кормильца, предусмотренной Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1, в силу приведённого выше правового регулирования имеют члены семьи умершего кормильца, являющиеся на момент его смерти нетрудоспособными и находившиеся на его иждивении, а Я*****ч Л.М. на момент смерти её мужа являлась получателем страховой пенсии по старости, проживая с супругом совместно, получала от Я******а Г.А. помощь в виде выплачиваемых им алиментов на основании вступившего в законную силу судебного постановления как нетрудоспособный нуждающийся член его семьи, вывод судебных инстанций об отсутствии доказательств того, что материальная помощь мужа Я*****ч Л.М. при жизни была для неё постоянным и основным источником средств к существованию, сделан без учёта всех юридически значимых обстоятельств дела и является неправомерным.

Принимая во внимание, что Я*****ч Л.М. в связи со смертью супруга утратила возможность получать от него материальную помощь в виде алиментов и иного источника дохода кроме страховой пенсии по старости у неё не имелось, вывод судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для установления факта нахождения Я*****ч Л.М. на иждивении её супруга Я******а Г.А. не соответствует подлежащим применению нормам права. В связи с изложенным решение суда первой инстанции и апелляционное определение суда апелляционной инстанции, оставившее его без изменения, нельзя признать законными.

Они приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 390 14 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При новом рассмотрении дела суду следует разрешить исковое заявление Я*****ч Л.М. в соответствии с подлежащими применению к возникшим отношениям нормами материального права, требованиями гражданского процессуального законодательства и установленными по делу обстоятельствами.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 390 14, 390 15, 390 16 ГПК РФ, определила : решение Московского районного суда г. Санкт-Петербурга от 20 августа 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13 декабря 2018 г. по делу № 2-2529/2018 Московского районного суда г. Санкт-Петербурга отменить. Дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции - Московский районный суд г. Санкт-Петербурга. Председательствующий Судьи