Определение Конституционного Суда РФ от 26.04.2021 № 805-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К******а А****я В*********а на нарушение его конституционных прав статьями 29 и 38 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 26 апреля 2021 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.В.К******а к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Приговором суда (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением) гражданин А.В.К*****в признан виновным в том, что, являясь главой органа местного самоуправления, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан, организаций и охраняемых интересов общества и государства.

Кассационная жалоба защитника осужденного оставлена без удовлетворения определением суда кассационной инстанции. В этой связи А.В.К*****в просит признать статьи 29 «Полномочия суда» и 38 «Следователь» УПК Российской Федерации не соответствующими статьям 46 (часть 1), 118 (части 1 и 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку они, по его мнению, не препятствуют следователю и суду в уголовном процессе разрешать спорные вопросы о законности решений органов местного самоуправления, подлежащие рассмотрению в порядке административного судопроизводства. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

По смыслу статьи 54 Конституции Российской Федерации, конкретизирующей общепризнанный правовой принцип nullum crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), во взаимосвязи с положениями части второй статьи 2 и статьи 3 УК Российской Федерации, частей первой и второй статьи 1, статей 24, 27 и 73 УПК Российской Федерации, нормы уголовного закона служат материальноправовой предпосылкой для уголовно-процессуальной деятельности: подозрение или обвинение в совершении преступления должны основываться лишь на положениях уголовного закона, определяющего преступность деяния, его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия, закрепляющего все признаки состава преступления, наличие которых в деянии, будучи единственным основанием уголовной ответственности, подлежит установлению только в надлежащем, обязательном для суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, дознавателя и иных участников уголовного судопроизводства процессуальном порядке (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2011 года № 16-П, от 19 ноября 2013 года № 24-П и от 8 ноября 2016 года № 22-П).

Этим определяется назначение уголовного судопроизводства, которое призвано обеспечить уголовное преследование лиц, совершивших преступления, и назначение виновным справедливого наказания, а также защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, и защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (статья 6 УПК Российской Федерации). Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, определяя следователя как должностное лицо, уполномоченное в пределах компетенции, предусмотренной данным Кодексом, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, закрепляет его полномочия (статья 38), в том числе обязанность осуществления уголовного преследования (статья 21), которые реализуются им не произвольно, а по основаниям и в порядке, установленным уголовно-процессуальным законом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2017 года № 30-П).

При этом, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, указанная в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении квалификация содеянного может рассматриваться лишь в качестве предварительной. Окончательная юридическая оценка деяния и назначение наказания за него производятся именно и только судом исходя из его исключительных полномочий по отправлению правосудия, установленных Конституцией Российской Федерации и уголовно-процессуальным законом (пункт 1 части первой статьи 29 УПК Российской Федерации).

Разрешая дело, суд, реализуя эти полномочия, на основе исследованных в судебном заседании доказательств самостоятельно формулирует выводы об установленных фактах и о подлежащих применению в деле нормах права (постановление от 2 июля 2013 года № 16-П, определения от 16 июля 2013 года № 1153-О, от 28 марта 2017 года № 526-О, от 24 октября 2019 года № 2740-О и др.). Соответственно, оспариваемые заявителем нормы, регулируя полномочия следователя и суда, направлены на решение задач уголовного судопроизводства и не содержат положений, допускающих подмену одного вида судопроизводства другим.

Таким образом, положения статей 29 и 38 УПК Российской Федерации не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанном им аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К******а А****я В*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 805-О