Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30.01.2018 № 24-КГ17-22

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №24-КГ 17-22 определение г. Москва 30 января 2018 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Кликушина А. А., судей Горохова Б.А., Юрьева И.М. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Б******й Л****ы П******ы, действующей в интересах несовершеннолетнего сына Б*****а А******я Н*********а, к Б******й Н**е П******е, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына Н********о Ф****а А********а, о признании завещания недействительным по кассационной жалобе Б******й Н**ы П******ы на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 14 апреля 2017 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горохова Б.А., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : Б*****а Л.П., действующая в интересах несовершеннолетнего сына Б*****а А*., обратилась в суд с иском к Б******й Н.П. действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына Н********о Ф.А., о признании завещания недействительным. В обосновании заявленных требований истец ссылалась на то, что 19 ноября 2015 года умер её бывший муж и отец её сына Б****в Н.А. В установленный законом срок она, действуя в интересах сына, обратилась с заявлением о принятии наследства.

При этом от нотариуса ей стало известно о том, что Б****в Н.А. 6 мая 2015 года составил завещание, согласно которому всё своё имущество завещал Б******й Н.П. Б*****а Л.П. полагала, что данное завещание является недействительным в соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. С 2012 года Б****в Н.А. часто болел, а в 2015 году его состояние здоровья резко ухудшилось. По результатам проведённого в апреле 2015 года медицинского обследования у Б*****а Н.А. было выявлено онкологическое заболевание и поставлен диагноз: . В связи с этим истец указала на то, что в силу наличия онкологического заболевания и приёма сильнодействующих медицинских препаратов её бывший муж на момент составления завещания не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Кроме того, завещание было составлено 6 мая 2015 года в пользу Б******й Н**ы П******ы, года рождения.

Однако фамилия «Б*****а» была присвоена Н********о Н**е П******е только 8 мая 2015 года, после регистрации брака с Б******м Н.А. В связи с указанными обстоятельствами у истца имеются сомнения относительно того, что Б*****а Н.П. является именно тем лицом, кому Б****в Н.А. завещал своё имущество, между тем, оспариваемое ею завещание влияет на права её несовершеннолетнего сына, поскольку объём его прав на наследство сократился до обязательной доли. Определением Гиагинского районного суда Республики Адыгея от 9 января 2017 года к участию в деле в качестве ответчика привлечён несовершеннолетний Н********о Ф.А., законным представителем которого является ответчик Б*****а Н.П. Решением Гиагинского районного суда Республики Адыгея от 13 февраля 2017 года Б******й Л.П., действующей в интересах несовершеннолетнего сына Б*****а А*., в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 14 апреля 2017 года решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении исковых требований. В кассационной жалобе Б******й Н.П. ставится вопрос о её передаче с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены вынесенного судебного постановления ввиду существенного нарушения норм материального права. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2017 года исполнение апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 14 апреля 2017 года приостановлено до окончания производства в суде кассационной инстанции.

По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации Горохова Б.А. от 28 сентября 2017 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки в кассационном порядке и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Горохова Б.А. от 20 декабря 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. Б*****а Л.П. и третье лицо нотариус Гиагинского нотариального округа Щ*****а В.И., надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание не явились и не сообщили о причине неявки. От Б******й Н.П. поступило заявление о рассмотрении дела в её отсутствие.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьёй 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит её подлежащей удовлетворению, а апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 14 апреля 2017 года подлежащим отмене по следующим основаниям. В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея были допущены такого характера существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление нарушенных прав Б******й Н.П.

Как установлено судом и следует из материалов дела, родителями Б*****а А.Н., года рождения, являются Б****в Н.А. и Б*****а Л.П. (л.д.8). 6 мая 2015 года Б****в Н.А. составил завещание, согласно которому всё своё имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим, в чём бы таковое ни заключалось и где бы оно не находилось, завещал Б******й Н**е П******е, года рождения (л.д.6). 8 мая 2015 года Б****в Н.А. вступил в брак с Н********о Н***й П*******й, года рождения, которой после заключения брака присвоена фамилия «Б*****а» (л.д.7). 19 ноября 2015 года Б****в Н.А. умер (л.д.235). 5 мая 2016 года несовершеннолетнему Н********о Ф.А., года рождения, выданы свидетельства о праве на обязательную долю на наследство в размере 1/6 доли, состоящее из жилого дома общей площадью 58,8 кв.м и земельного участка площадью 1300 кв.м, расположенные по в станице района Республики . 5 мая 2016 года Б******й Н.П. выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию в размере 4/6 доли, состоящее из жилого дома общей площадью 58,8 кв.м и земельного участка площадью 1300 кв.м, расположенные по в станице района Республики . 5 июля 2016 года несовершеннолетнему Б*****у АН., [дата рождения скрыта], выданы свидетельства о праве на обязательную долю на наследство в размере 1/6 доли, состоящее из жилого дома общей площадью 58,8 кв.м и земельного участка площадью 1300 кв.м, расположенные по ул. района Республики (л.д.9,10).

Определением Гиагинского районного суда Республики Адыгея от 1 декабря 2016 г. по ходатайству представителя истца по делу назначена комплексная судебно-посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Адыгея «Адыгейский республиканский клинический психоневрологический диспансер» (л.д. 124).

Согласно заключению комиссии экспертов ГБУЗ «Адыгейский республиканский клинический психоневрологический диспансер» от 21 декабря 2016 года назначаемые Б*****у Н.А. после выписки из стационара препараты (вплоть до 11 сентября 2015 года) не обладают психотропными эффектами и в терапевтических дозировках не могут привести к каким-либо психическим расстройствам, а соответственно, повлиять на свободу волеизъявления, способность правильно воспринимать окружающую действительность и понимать характер и значение своих действий (л.д. 126- 129). Принимая решение об отказе Б******й Л.П., действующей в интересах несовершеннолетнего сына Б*****а А.Н., в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что на момент составления завещания Б****в Н.А. понимал значение своих действий и руководил ими.

При этом сомнений в достоверности волеизъявления Б*****а НА. завещать своё имущество ответчику Б******й Н.П. не имеется. Отменяя решение районного суда, и признавая завещание недействительным, суд апелляционной инстанции указал на то, что на момент составления завещания 6 мая 2015 года ответчик не состояла в браке с Б******м Н.А. и не носила фамилию «Б*****а». Указанная фамилия была присвоена Н********о Н.П. только 8 мая 2015 года. Данную фамилию носит и бывшая жена наследодателя, но её имя и отчество не совпадают с данными, указанными в завещании. Приняв во внимание неточность в указании фамилии, имени и отчества лица, которому завещано имущество, суд второй инстанции пришёл к выводу о том, что ошибка в завещании влияет на понимание волеизъявления наследодателя, что, в свою очередь, влечёт за собой недействительность завещания.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что апелляционное определение принято с нарушением норм материального и процессуального права и согласиться с ним нельзя по следующим основаниям. В соответствии со статьёй 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону. В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путём совершения завещания. Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 этого же Кодекса при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием. Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, оценив в совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся доказательства, в том числе и заключение экспертов, в соответствии с которым каких-либо психических нарушений до, в момент, и после составления завещания, способных повлиять на свободу волеизъявления, у Б*****а Н.А. не выявлено, с учётом фактических обстоятельств дела, пришёл к выводу о том, что наследодатель по своему психическому состоянию при составлении и подписании завещания понимал значение своих действий и мог руководить ими, в связи с чем отказал Б******й Л.П. в иске о признании оспариваемого завещания недействительным. Между тем, суд апелляционной инстанции оставил указанные обстоятельства без внимания и правовой оценки, а также выводы суда первой инстанции, не опроверг.

Признавая оспариваемое завещание недействительным, судебная коллегия сослалась на то обстоятельство, что неточность в тексте завещания фамилии, имени и отчества лица, в пользу которого составлено завещание, препятствует выводу о надлежащем выражении умершим своей воли на распоряжение имуществом в пользу именно ответчика, а также руководствовался показаниями истца Б******й Л.П. о том, что умерший имел намерение оставить всё своё имущество своему малолетнему сыну. В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела и пояснений Б******й Н.П. следует, что она проживала с Б******м Н.А. с 2012 г., на момент составления завещания ею и Б******м Н.А. уже было подано заявление в органы ЗАГС о регистрации брака.

Указав в завещании фамилию «Б*****а», а не «Н********о», Б****в Н.А. при этом правильно указал имя, отчество и дату рождения своей будущей жены, на момент открытия наследства она уже была Б******й Н.П., в связи с чем оснований сомневаться в том, что Н********о Н.П. и Б*****а Н.П. - одно и то же лицо, не имелось. В силу пункта 3 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя. В соответствии со статьёй 1132 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании завещания нотариусом, исполнителем завещания или судом принимаются во внимание буквальный смысл содержащихся в нём слов и выражений.

Судом первой инстанции не установлено обстоятельств, а стороной истца не представлено доказательств, что неточность в указании фамилии наследника как-либо повлияла на волеизъявление наследодателя Б*****а Н.А., сомнений в том, что завещание было составлено в пользу его жены Б******й Н**ы П******ы, [дата рождения скрыта], не имелось, поскольку иного толкования буквальное понимание текста и содержания оспариваемого истцом завещания не допускает. При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для признания недействительным завещания, составленного Б******м Н.А.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов участвующих в деле лиц, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 14 апреля 2017 года подлежит отмене с оставлением в силе решения Гиагинского районного суда Республики Адыгея от 13 февраля 2017 года, поскольку суд первой инстанции правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, и истолковал нормы материального права, подлежащие применению к отношениям сторон.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила : апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Адыгея от 14 апреля 2017 года отменить. решение Гиагинского районного суда Республики Адыгея от 13 февраля 2017 года оставить в силе. Председательствующий: Судьи: