Определение Конституционного Суда РФ от 30.05.2023 № 1400-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «ВостокЭкспорт» и иностранной компании Г*****н Ф*****й Ш****ь на нарушение их конституционных прав положениями статей 3.7, 4.5, 14.10 и 14.33 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статей 1477, 1483, 1484 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьи 146 Федерального закона «О защите конкуренции» город Санкт-Петербург 30 мая 2023 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы общества с ограниченной ответственностью «ВостокЭкспорт» и иностранной компании Г*****н Ф*****й Ш****ь к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1. Общество с ограниченной ответственностью «ВостокЭкспорт» (далее также – ООО «ВостокЭкспорт», общество) и иностранная компания Г*****н Ф*****й Ш****ь (далее также – Г*****н Ф*****й Ш****ь, компания) оспаривают конституционность части 4 статьи 3.7 «Конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения», частей 1, 2 и 6 статьи 4.5 «Давность привлечения к административной ответственности», статьи 14.10 «Незаконное использование средств индивидуализации товаров (работ, услуг)» КоАП Российской Федерации.

Названные законоположения оспариваются заявителями во взаимосвязи с частью 6 статьи 4.5 и статьей 14.33 «Недобросовестная конкуренция» КоАП Российской Федерации, статьями 1477 «Товарный знак и знак обслуживания», 1483 «Основания для отказа в государственной регистрации товарного знака» и 1484 «Исключительное право на товарный знак», пунктом 2 статьи 1515 «Ответственность за незаконное использование товарного знака» ГК Российской Федерации, а также статьей 146 «Запрет на недобросовестную конкуренцию, связанную с созданием смешения» Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции». Из представленных материалов следует, что между ООО «ВостокЭкспорт» (покупатель) и Г*****н Ф*****й Ш****ь (продавец) заключен внешнеэкономический контракт о поставке товара «яйцо-десерт из шоколадного крема и печенья с игрушкой-сюрпризом» (страна происхождения товара Китай).

Партии данного товара были ввезены ООО «ВостокЭкспорт» на территорию Российской Федерации. Принятыми по заявлениям таможенного органа решениями арбитражного суда, два из которых оставлены без изменения постановлениями арбитражного суда апелляционной инстанции и Суда по интеллектуальным правам, ООО «ВостокЭкспорт» неоднократно привлечено к административной ответственности в соответствии с частью 1 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации и ему назначены административные наказания в виде административных штрафов с конфискацией предметов, обладающих признаками контрафактной продукции. Суды указали на нарушение при ввозе указанного товара на территорию Российской Федерации исключительного права иностранного юридического лица на товарный знак.

Суд апелляционной инстанции подчеркнул, что словесное обозначение, отраженное на упаковке ввезенного товара, признано сходным до степени смешения с товарным знаком FERRERO S.p.A (Ф*****о С.п.А.), поскольку используется один и тот же словесный элемент, печатные буквы выполнены схожим шрифтом, сравниваемое обозначение нанесено на товар, который является яйцом-десертом из шоколадного крема и печенья, т.е. аналогичным товаром, выпускаемым Ф*****о С.п.А. с нанесением указанного товарного знака и широко известным потребителю. Отклоняя доводы общества о том, что товар не подлежит конфискации ввиду возможности его использования без этикетки, на которую нанесено обозначение, суд апелляционной инстанции указал, что оно размещено на потребительской упаковке, без которой не допускается использование кондитерского изделия.

Судебными актами арбитражного суда апелляционной инстанции и Суда по интеллектуальным правам прекращено производство по ряду апелляционных и кассационных жалоб Г*****н Ф*****й Ш****ь (лица, не участвующего в деле), поданных на акты нижестоящих судов. В обоснование жалоб указывалось на конфискацию товара, принадлежащего компании на праве собственности. Суды отметили, что для обеспечения таможенного режима допускается конфискация предмета правонарушения вне зависимости от обстоятельств его принадлежности лицу, привлекаемому к ответственности.

Вместе с тем суды установили, что спорный товар был доставлен по контракту на условиях поставки Free on board (Свободно на борту), согласно которым с момента перехода товара через борт судна в поименованном порту отгрузки покупатель несет все риски утраты или повреждения товара, а потому все риски, в том числе связанные с несоблюдением (нарушением) таможенных правил, перешли от продавца (Г*****н Ф*****й Ш****ь) к покупателю (ООО «ВостокЭкспорт») на территории Китая в порту города Шаньтоу. Кроме того, в одном из дел компании отказано в привлечении в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

По мнению заявителей, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 2, 8, 10, 15, 17 (часть 3), 18, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 44 (часть 1), 45, 46 (часть 1), 49 (части 1 и 3), 54 (часть 2), 55 (часть 3), 56 (часть 3), 118 (часть 2), 120 (часть 2) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку: допускают применение административного наказания в виде конфискации товара, принадлежащего на праве собственности лицу, которое не привлекается к административной ответственности, и препятствуют его участию в деле об административном правонарушении; исключают дифференциацию административного наказания в виде конфискации товара, притом что правонарушение касается отдельных элементов упаковки и может быть устранено без ущерба для самого товара; по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой (в том числе с учетом пункта 157 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»), позволяют считать нарушением исключительного права на словесный товарный знак само по себе употребление слова в его общепринятом значении в качестве единственно возможного термина, описывающего свойства товара, в составе словосочетания, которое имеет самостоятельный смысл; устанавливают сроки давности привлечения к административной ответственности и условия их исчисления, которые недостаточны для надлежащего исследования всех обстоятельств использования товарного знака, а потому приводят к формальному правоприменению и снижению стандарта доказывания по таким делам.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Осуществляя правовое регулирование ответственности за нарушение интеллектуальных прав (статья 71, пункт «о», Конституции Российской Федерации), федеральный законодатель в пределах своих полномочий вправе устанавливать и изменять меры ответственности, в том числе их вид и размер, будучи вместе с тем связан предписаниями статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, которые во взаимосвязи с ее статьями 8, 17, 19, 34 и 35 применительно к праву частной собственности, свободе экономической деятельности допускают возможность их ограничений федеральным законом, если такие ограничения базируются на общих принципах права, отвечают требованиям равенства и справедливости, являются адекватными, соразмерными конституционно значимым целям и ценностям и необходимы для их защиты (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2018 года № 8-П). В частности, применительно к мерам гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что они должны определяться с учетом характера совершенного правонарушения и исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств (постановления от 13 февраля 2018 года № 8-П, от 24 июля 2020 года № 40-П и др.). Так, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 13 февраля 2018 года № 8-П, хотя пункты 1 и 2 статьи 1515 ГК Российской Федерации во взаимосвязи со статьями 1252, 1484 и 1487 данного Кодекса позволяют относить к контрафактным как поддельную продукцию, так и товар, снабженный законным товарным знаком, но импортированный в Россию без согласия правообладателя, этим, однако, не предопределяется возможность применения одинаковых мер гражданско-правовой ответственности к импортеру, ввозящему на территорию России поддельные или недоброкачественные товары, и к импортеру, не получившему на ввоз в Россию товара, ранее на законных основаниях выпущенного в оборот в другой стране, согласия правообладателя товарного знака.

Очевидна разница в степени угрозы для законного оборота, степени общественной опасности использования потребителями товаров, контрафактных в силу поддельного происхождения, и товаров, признаваемых таковыми исключительно в силу их ввоза в страну неуполномоченным импортером. Аналогичные требования лежат и в основе применения мер административной ответственности за нарушение интеллектуальных прав; иное – в силу конституционного запрета дискриминации и выраженных в Конституции Российской Федерации идей справедливости и гуманизма – было бы несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июля 2010 года № 15-П, от 14 февраля 2013 года № 4-П, от 25 февраля 2014 года № 4-П, от 8 апреля 2014 года № 10-П и др.).

Оспариваемая часть 1 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации, устанавливая административную ответственность за незаконное использование средств индивидуализации товаров (работ, услуг), вопреки доводам заявителей, не предполагает необоснованного привлечения к административной ответственности и назначения несоразмерного административного наказания, а потому – как и пункт 2 статьи 1515 ГК Российской Федерации – не может рассматриваться как нарушающая конституционные права ООО «ВостокЭкспорт», в делах которого судами было указано на наличие обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком иного правообладателя на ввозимом обществом на территорию Российской Федерации товаре, приобретенном у Г*****н Ф*****й Ш****ь.

Статья 1477 ГК Российской Федерации гарантирует определенность при предоставлении правовой охраны товарным знакам и знакам обслуживания (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2022 года № 3438-О). Статья 1483 того же Кодекса обеспечивает защиту интересов участников гражданского оборота, включая потребителей, а статья 1484 данного Кодекса – реализацию статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

Данные нормы – в том числе с учетом упомянутых в обращении разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации – не могут расцениваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права ООО «ВостокЭкспорт», притом что в двух делах с его участием суд апелляционной инстанции, признавая размещенное на товаре обозначение сходным до степени смешения с товарным знаком иностранного юридического лица, указал не только на использование одного и того же словесного элемента, но и на иные обстоятельства, в частности шрифт, которым исполнены обозначения. Что касается другого дела, то, вопреки требованию пункта 3 статьи 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», исчерпание всех других внутригосударственных средств судебной защиты прав ООО «ВостокЭкспорт» представленными материалами не подтверждается.

Применение иных оспариваемых законоположений в делах с участием заявителей в указанных ими аспектах, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», представленными материалами не подтверждается. В частности, относительно доводов о применении административного наказания в виде конфискации товара, принадлежащего на праве собственности Г*****н Ф*****й Ш****ь без привлечения его к участию в рассмотрении дела, суды указывали, что по условиям поставки все риски, в том числе связанные с несоблюдением (нарушением) таможенных правил, перешли от продавца к покупателю на территории Китая. Соответственно, оспариваемые нормы в этой части, вопреки утверждениям заявителей, не могут расцениваться как затрагивающие права Г*****н Ф*****й Ш****ь в указанном в жалобе аспекте.

При этом приводимые для опровержения доводов заявителей мотивы судов о допустимости для обеспечения таможенного режима конфискации предмета правонарушения вне зависимости от обстоятельств его принадлежности лицу, привлекаемому к ответственности, не свидетельствуют о том, что данное истолкование послужило основанием для разрешения дел об административных правонарушениях. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретных дел, включая разрешение вопросов об обоснованности конфискации ввезенного на территорию Российской Федерации товара, как обладающего признаками контрафактной продукции, на что, по существу, направлены доводы заявителей, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «ВостокЭкспорт» и иностранной компании Г*****н Ф*****й Ш****ь, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 1400-О