Определение Конституционного Суда РФ от 27.10.2022 № 2843-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы публичного акционерного общества Банк «Югра» на нарушение его конституционных прав положениями статей 335 и 367 Гражданского кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 27 октября 2022 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы публичного акционерного общества Банк «Югра» к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Публичное акционерное общество Банк «Югра» (далее также – ПАО Банк «Югра») оспаривает конституционность отдельных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих, что: в случае, когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила статей 364–367 данного Кодекса, если законом или соглашением между соответствующими лицами не предусмотрено иное (абзац второй пункта 1 статьи 335); поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано; если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю; когда срок исполнения основного обязательства не указан и не может быть определен или определен моментом востребования, поручительство прекращается, если кредитор не предъявит иск к поручителю в течение двух лет со дня заключения договора поручительства (абзац первый пункта 6 статьи 367; до внесения изменений Федеральным законом от 8 марта 2015 года № 42-ФЗ аналогичные правила содержались в пункте 4 данной статьи); предъявление кредитором к должнику требования о досрочном исполнении обязательства не сокращает срок действия поручительства, определяемый исходя из первоначальных условий основного обязательства (абзац второй пункта 6 той же статьи).

Как следует из представленных материалов, решением арбитражного суда, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, отказано в удовлетворении требования залогодержателя – ПАО Банк «Югра» об обращении взыскания на имущество, заложенное в 2014 году акционерным обществом в обеспечение исполнения обязательств иного юридического лица. Суды, сославшись на отсутствие в договоре об ипотеке условия о сроке действия залога, указали, что годичный срок для предъявления требования к залогодателю исчисляется с момента направления основному должнику требования о досрочном исполнении обязательства.

Суд кассационной инстанции, оставляя без изменения данные судебные акты, упомянул в том числе пункт 54 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», содержащий разъяснения, касающиеся норм, подлежащих применению к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключенных до дня вступления в силу Федерального закона от 8 марта 2015 года № 42-ФЗ (1 июня 2015 года), и учета сложившейся практики применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации в ранее действовавшей редакции. В передаче кассационной жалобы на судебные акты нижестоящих судов для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.

Судья Верховного Суда Российской Федерации упомянул, среди прочего, разъяснения, содержавшиеся в абзаце втором пункта 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 июля 2012 года № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (признан не подлежащим применению пунктом 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»).

По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 8 (часть 2), 15 (части 2 и 4), 17–19, 34 (часть 1), 35 (части 1–3), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 55, 71 (пункты «в», «д» и «о») и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они предполагают, что в случае, когда залогодателем является третье лицо и срок действия залога не установлен, залог прекращается при условии, что залогодержатель не предъявит требования об обращении взыскания на заложенное имущество в течение года со дня направления и (или) предъявления основному должнику требования о досрочном исполнении обязательства, если такое требование предусматривает иной срок исполнения, нежели с момента его направления. ПАО Банк «Югра» указывает, что обратилось с иском об обращении взыскания на предмет залога в пределах годичного срока, исчисляемого с момента наступления срока исполнения основного обязательства, обозначенного в требовании о досрочном его исполнении.

Суды же, как отмечает заявитель, исходили из того, что этот срок начинает течь с даты направления соответствующего требования основному должнику. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, абзац второй пункта 1 статьи 335 ГК Российской Федерации – предполагающий во взаимосвязи с пунктом 6 статьи 367 данного Кодекса прекращение залога, срок действия которого не установлен соглашением сторон, при условии что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного залогом обязательства не предъявит требование об обращении взыскания на предмет залога, – вносит определенность в соответствующие правоотношения и стимулирует участников гражданского оборота к своевременной реализации прав (постановление от 15 апреля 2020 года № 18-П).

При этом, как следует из выраженной в названном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации правовой позиции, к отношениям с участием залогодателя – третьего лица правила статьи 367 ГК Российской Федерации должны применяться на основе исследования фактических обстоятельств с учетом смысла, придаваемого им в судебной практике. Соответственно, абзац второй пункта 1 статьи 335 ГК Российской Федерации и оспариваемые положения статьи 367 того же Кодекса (как в действующей редакции, так и в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 8 марта 2015 года № 42-ФЗ) сами по себе не могут расцениваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителя.

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права и для отказа в обращении взыскания на заложенное имущество, разрешение вопроса о моменте начала течения срока для предъявления требования к залогодателю, на что, по существу, направлены доводы заявителя, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы публичного акционерного общества Банк «Югра», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2843-О