Определение Конституционного Суда РФ от 30.09.2019 № 2439-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Муджири и партнеры» на нарушение конституционных прав и свобод пунктами 11 и 12 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации, частями 1 и 2 статьи 8, частью 8 статьи 22 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости», частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзацем третьим статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 30 сентября 2019 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы ООО «Юридическая компания «Муджири и партнеры» к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1. ООО «Юридическая компания «Муджири и партнеры», которому арбитражными судами отказано в удовлетворении исковых требований о демонтаже бетонных ограждений, установленных на арендуемом ответчиком земельном участке, и об обязании не чинить препятствия в доступе к арендуемым заявителем объектам недвижимости через арендуемый ответчиком земельный участок, оспаривает конституционность: пунктов 11 и 12 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации (в деле с участием заявителя пункт 11 применен в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 2 августа 2019 года № 283-ФЗ), устанавливающих, в частности, что под красными линиями понимаются линии, обозначающие существующие, планируемые границы территорий общего пользования, а под территориями общего пользования – территории, которыми беспрепятственно пользуется неограниченный круг лиц; пункта 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации, предусматривающего, что земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных данным Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи; в случаях и в порядке, которые установлены федеральным законом, могут создаваться искусственные земельные участки; положений статьи 8 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218- ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», в соответствии с которыми в кадастр недвижимости вносятся основные и дополнительные сведения об объекте недвижимости (часть 1) и к основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений (часть 2); части 8 статьи 22 того же Федерального закона, согласно которой местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, т.е. точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части; части 1 статьи 168 АПК Российской Федерации, устанавливающей, что при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению; абзаца третьего статьи 12 ГК Российской Федерации, предусматривающего, что защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 35 (часть 2), 36 (часть 2) и 46 Конституции Российской Федерации, а именно: пункты 11 и 12 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пункт 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации, части 1 и 2 статьи 8, часть 8 статьи 22 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» – поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они связывают возникновение правового режима территорий общего пользования, обозначенных красными линиями, с постановкой земельного участка на кадастровый учет, занесением сведений о такой территории в Единый государственный реестр недвижимости и отражением ее на публичной кадастровой карте; допускают фактическую приватизацию и захват частным лицом территорий общего пользования, обозначенных красными линиями; часть 1 статьи 168 АПК Российской Федерации – поскольку по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, она допускает возможность переквалификации судом по своему усмотрению заявленных исковых требований и применения норм закона, влекущих отказ в удовлетворении исковых требований, а также неприменение норм закона, указанных истцом в рамках состязательного процесса; часть 1 статьи 168 того же Кодекса и абзац третий статьи 12 ГК Российской Федерации – поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они позволяют прийти к выводу о том, что заявленное требование о восстановлении положения, существовавшего до нарушения права, направлено не только на восстановление прав заявителя, но и иных лиц, что позволяет суду квалифицировать заявленные исковые требования в качестве иска, поданного в защиту прав неопределенного круга лиц при отсутствии соответствующих полномочий, и отказывать в удовлетворении исковых требований на данном основании; препятствуют эффективной защите прав.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, оспариваемые положения Градостроительного кодекса Российской Федерации, раскрывающие содержание понятий территорий общего пользования и красных линий, направлены на обеспечение учета публичных интересов в градостроительных и земельных отношениях (определения от 29 сентября 2016 года № 1963-О и № 1966-О). Пункт 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с оспариваемыми нормами Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» направлен на идентификацию земельного участка как объекта гражданских и земельных отношений с учетом данных, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости и землеустроительных документах.

Что касается части 1 статьи 168 АПК Российской Федерации, то содержащиеся в ней предписания, обязывающие арбитражные суды при принятии решения оценивать доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определять, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу, устанавливать права и обязанности лиц, участвующих в деле, решать, подлежит ли иск удовлетворению (часть 1), во взаимосвязи с другими предписаниями этого же Кодекса, в том числе закрепленными в его статьях 2 и 6, не предполагают произвольного применения содержащихся в них норм, направлены на обеспечение принятия арбитражным судом законного и обоснованного решения, являются процессуальными гарантиями права на судебную защиту.

Кроме того, Гражданский кодекс Российской Федерации среди основных начал гражданского законодательства предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав (статья 1) с использованием для этого широкого круга различных способов защиты (статья 12), которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 7 июля 2016 года № 1421-О, от 19 декабря 2017 года № 2942-О и др.); при этом выбор способа защиты, реализуемый субъектом права, предопределяется теми правовыми нормами, которые регулируют конкретные правоотношения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 2017 года № 1791-О и № 1792-О и др.).

Таким образом, оспариваемые положения сами по себе не могут расцениваться как нарушающие перечисленные в жалобе конституционные права заявителя, в деле с участием которого суды указали, что у заявителя имеется возможность беспрепятственного доступа к арендуемым объектам недвижимости минуя внутренние проезды арендуемого ответчиком земельного участка. Установление же и исследование фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения конкретного дела, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относятся.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Муджири и партнеры», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2439-О