Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21.09.2021 № 41-КГ21-33-К4

61К80004-01-2019-003550-79 ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело№41-КГ21-33-К4 определение г. Москва 21 сентября 2021 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Асташова СВ., судей Киселева А.П. и Марьина А.Н. рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по иску Р*****а И***я А**********а к обществу с ограниченной ответственностью «Вега» о признании недействительным (ничтожным) дополнительного соглашения от 28 декабря 2016 г. о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество по кассационным жалобам публичного акционерного общества «Сбербанк России» и общества с ограниченной ответственностью «Вега» на решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 августа 2019 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 16 марта 2021 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П., объяснения представителей ПАО «Сбербанк» П*****о О.В., действующей по доверенности от 10 декабря 2020 г. № 919-Д, и С******а Д.Н., действующего по доверенности от 7 ноября 2018 г. № 824-Д, поддержавших доводы кассационной жалобы, представителя Р*****а И.А. - М********о О.В., действовующего по доверенности от 28 июня 2019 г. № 77 АГ1226130, возражавшего против удовлетворения кассационных жалоб, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : Р****в И.А. обратился в суд с иском к ООО «Вега» о признании ничтожным дополнительного соглашения к договору залога недвижимого имущества, указав, что 26 декабря 2016 г. в обеспечение обязательств АО «Гефест-Ростов» перед банком он заключил с ПАО «Сбербанк России» договор залога трех земельных участков с расположенными на них 37 объектами недвижимого имущества. 28 декабря 2016 г. между ним и ПАО «Сбербанк России» заключено дополнительное соглашение к указанному договору залога о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, в том числе по выбору залогодержателя - путем оставления имущества за собой с зачетом покупной цены в счет требований залогодателя к должнику либо путем продажи этого имущества залогодержателем третьему лицу без проведения торгов. 28 декабря 2018 г. ПАО «Сбербанк России» уступило ООО «Вега» все права кредитора по отношению к АО «Гефест-Ростов». Полагая, что дополнительное соглашение от 28 декабря 2016 г. о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество не могло быть заключено с ним как с физическим лицом, истец просил признать его недействительным.

Решением Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 августа 2019 г. исковые требования Р*****а И.А. о признании недействительным дополнительного соглашения от 28 декабря 2016 г. удовлетворены. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 19 ноября 2019 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 10 марта 2020 г., решение суда первой инстанции отменено, по делу вынесено новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2020 г. кассационная жалоба Р*****а И.А. удовлетворена, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 19 ноября 2019 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 10 марта 2020 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 27 октября 2020 г. решение Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 21 августа 2019 г. отменено, по делу вынесено новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 16 марта 2021 г. данное апелляционное определение отменено, решение суда первой инстанции оставлено в силе. В кассационных жалобах поставлен вопрос об отмене определения судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 16 марта 2021 г. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Асташова СВ. от 26 августа 2021 г. кассационные жалобы с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит их подлежащими удовлетворению. В соответствии со статьей 390 14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Такие нарушения допущены кассационным судом о***й юрисдикции при рассмотрении данного дела.

Судами установлено и из материалов дела следует, что 23 декабря 2016 г. АО «Гефест-Ростов» заключило с ПАО «Сбербанк России» кредитный договор, по условиям которого заемщику предоставлен кредит в размере 100 000 000 руб. на срок до 20 декабря 2019 г. под 14,18% годовых. В этот же день в обеспечение исполнения обязательств АО «Гефест-Ростов» между ПАО «Сбербанк России» и Р******м И.А. заключен договор поручительства, по условиям которого Р****в И.А. обязуется отвечать перед банком за исполнение заемщиком всех обязательств по кредитному договору.

Кроме того, 26 декабря 2016 г. между ПАО «Сбербанк России» и Р******м И.А. заключен договор залога недвижимости, предметом которого являлись земельные участки и расположенные на них 37 объектов недвижимого имущества по адресу: , принадлежащие на праве собственности Р*****у И.А. Общая стоимость предмета залога определена сторонами в размере 140 993 456,50 руб. 28 декабря 2016 г. между ПАО «Сбербанк России» и Р******м И.А. заключено дополнительное соглашение о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество, по условиям которого стороны договорились, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства по кредитному договору залогодержатель по своему выбору вправе обратить взыскание на заложенное имущество как в судебном порядке, так и без обращения в суд, в частности путем оставления заложенного имущества за собой с зачетом в счет покупной цены требований залогодержателя к должнику, обеспеченных ипотекой, либо путем продажи предмета залога другому лицу без проведения торгов с удержанием из вырученных денег суммы обеспеченного залогом обязательства. 28 декабря 2018 г. между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Вега» заключен договор уступки требования, согласно которому банк уступил обществу все права кредитора к АО «Гефест-Ростов», вытекающие из кредитного договора и обеспечивающих его договоров, на сумму 61 495 228,36 руб., о чем в этот же день ПАО «Сбербанк России» направило уведомления в адрес АО «Гефест-Ростов» и Р*****а И.А.

Решением Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27 февраля 2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 19 июня 2019 г., отказано в удовлетворении иска Р*****а И.А. к ООО «Вега» о прекращении обращения взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке и продаже имущества с публичных торгов. Решением Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 22 марта 2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 24 июня 2019 г., отказано в удовлетворении иска Р*****а И.А. к ООО «Вега» о прекращении обременения в виде ипотеки и погашении регистрационных записей о таком обременении.

Удовлетворяя исковые требования Р*****а И.А. по настоящему делу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что дополнительное соглашение от 28 декабря 2016 г. о внесудебном порядке обращения взыскания на заложенное имущество является ничтожным, поскольку заключалось с Р******м И.А. как с физическим лицом и не в целях обеспечения обязательств, связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности. При этом объекты недвижимости, переданные истцом в залог, принадлежат ему как физическому лицу.

Отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 19 ноября 2019 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 10 марта 2020 г., Судебная коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации направила дело на новое рассмотрение и указала на необходимость установления фактических обстоятельств дела, имеющих значение для правильного применения норм материального права.

При новом рассмотрении, отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции установил, что Р****в И.А. при заключении оспариваемого дополнительного соглашения действовал как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, предметом залога являются коммерческие объекты недвижимости, используемые для осуществления предпринимательской деятельности и получения прибыли, а потому оснований для признания недействительным (ничтожным) оспариваемого дополнительного соглашения не имеется.

Отменяя апелляционное определение и оставляя в силе решение суда первой инстанции об удовлетворении иска Р*****а И.А., суд кассационной инстанции указал на то, что при заключении договоров поручительства, залога недвижимости и оспариваемого дополнительного соглашения от 28 декабря 2016 г. Р****в И.А. выступал как физическое лицо, а данных, подтверждающих, что переданные в залог объекты недвижимости используются для осуществления предпринимательской деятельности, не имеется.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что кассационным судом о***й юрисдикции допущены существенные нарушения норм права. В соответствии с частью 1 статьи 379 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд о***й юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено названным кодексом. В соответствии с частью 1 статьи 379 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом о***й юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При этом в силу части третьей статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд о***й юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

Как разъяснено в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», иная оценка кассационным судом о***й юрисдикции доказательств по делу и установление новых фактов не допускаются. Однако, если судами первой и (или) апелляционной инстанций допущены нарушения норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств (например, судебное постановление в нарушение требований статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основано на недопустимых доказательствах), кассационный суд о***й юрисдикции учитывает эти обстоятельства при вынесении кассационного определения.

Таким образом, часть третья статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями параграфа первого главы 41 данного кодекса, регламентирующими производство в кассационном суде о***й юрисдикции, предоставляет этому суду при проверке судебных постановлений право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяет ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, подменяя тем самым суды первой и апелляционной инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства.

Из приведенных положений процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что оценка доказательств не относится к компетенции суда кассационной инстанции, а несогласие с оценкой доказательств судами первой и апелляционной инстанций и с их выводами об установленных на основе оценки доказательств обстоятельствах дела не является основанием для кассационного пересмотра судебных постановлений. Пунктом 4 статьи 349 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороны вправе включить условие о внесудебном порядке обращения взыскания в договор залога.

Согласно пункту 2 статьи 35 О 1 этого же кодекса, если залогодателем является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, соглашением между залогодателем и залогодержателем может быть также предусмотрено, что реализация заложенного имущества осуществляется путем: оставления залогодержателем предмета залога за собой, в том числе посредством поступления предмета залога в собственность залогодержателя, по цене и на иных условиях, которые определены указанным соглашением, но не ниже рыночной стоимости; продажи предмета залога залогодержателем другому лицу по цене не ниже рыночной стоимости с удержанием из вырученных денег суммы обеспеченного залогом обязательства. Если стоимость оставляемого за залогодержателем или отчуждаемого третьему лицу имущества превышает размер неисполненного обязательства, обеспеченного залогом, разница подлежит выплате залогодателю.

Аналогичные по сути положения содержатся в статьях 51, 55, 59 1 Федерального закона от 16 июля 1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)». Осуществляя проверку законности и обоснованности решения суда посредством повторного рассмотрения дела по правилам суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства с учетом доводов и возражений сторон, установил, что на момент заключения как договора залога от 26 декабря 2016 г., так и дополнительного соглашения от 28 декабря 2016 г. Р****в И.А. обладал статусом индивидуального предпринимателя, что подтверждено выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Кредитный договор между ПАО «Сбербанк России» и АО «Гефест- Ростов» заключался для целей предпринимательской деятельности и был обеспечен договором залога, заключенным с Р******м И.А., владеющим на момент ипотеки более 40% голосующих акций АО «Гефест-Ростов». Предметом договора ипотеки являются коммерческие объекты недвижимости, используемые для ведения предпринимательской деятельности и получения прибыли. При таких обстоятельствах судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда, руководствуясь статьями 23, 349, 350 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом I 1 статьи 9, статьями 51, 55, 59' Федерального закона от 16 июля 1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», пришла к выводу о соответствии оспариваемого дополнительного соглашения приведенным нормам права.

При этом отсутствие в данном соглашении указания на наличие у Р*****а И.А. статуса индивидуального предпринимателя само по себе не свидетельствует о заключении соглашения не в целях осуществления предпринимательской деятельности.

Не соглашаясь с выводом суда апелляционной инстанции об использовании переданных в залог истцом объектов недвижимости в предпринимательских целях, кассационный суд о***й юрисдикции указал на отсутствие доказательств этого в материалах дела. Учитывая, что суд первой инстанции обстоятельства использования в предпринимательствах целях предмета залога не устанавливал, ограничившись указанием на передачу в залог объектов недвижимости истцом как физическим лицом, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции, признавая не соответствующими действительности выводы суда апелляционной инстанции об обратном, в нарушение приведенных выше норм процессуального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации самостоятельно исследовала имеющиеся в материалах дела доказательства и дала им собственную оценку.

При этом несогласие кассационного суда о***й юрисдикции с оценкой судом апелляционной инстанции доказательств, по результатам которой суд апелляционной инстанции в том числе пришел к выводу о том, что при заключении оспариваемого дополнительного соглашения Р****в И.А. действовал как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, само по себе основанием для отмены в кассационном порядке вступившего в силу судебного постановления не является. Указания на какие-либо конкретные нарушения судом апелляционной инстанции процессуального закона в части исследования и оценки доказательств определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 16 марта 2021 г. не содержит.

Кроме того, судом кассационной инстанции существенно нарушены нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о недействительности сделок. Так, судом апелляционной инстанции установлено, что на протяжении длительного времени с 2016 по 2018 год заемщик АО «Гефест-Ростов», владельцем более 40% акций которого является Р****в И.А., получал финансирование от Банка. Договор залога и дополнительное соглашение к нему заключены Р******м И.А. собственноручно и не оспаривались им до возникновения задолженности по кредиту, что позволяло кредитору полагаться на действительность сделки. Согласно положениям статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли (пункт 2).

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5). В пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Кроме того, в соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Таким образом, по о****у правилу сделка, не соответствующая закону, является оспоримой. В статье 349 Гражданского кодекса Российской Федерации указано только на ничтожность соглашений о внесудебном обращении взыскания на предмет залога, заключенных с нарушением требований, установленных пунктом 3 этой статьи. По настоящему делу истцом является сторона сделки. Обстоятельств того, что данная сделка посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, судами не установлено. При таких обстоятельствах нормы материального права судом апелляционной инстанции, указавшим на отсутствие оснований для удовлетворения иска Р*****а И.А., применены правильно.

Кроме того, оставление кассационным судом о***й юрисдикции в силе решения суда первой инстанции противоречит вступившим в силу решениям Ленинского районного суда г. Ростова-на-Дону от 27 февраля 2019 г. и от 22 марта 2019 г., которыми Р*****у И.А. отказано в удовлетворении исков к ООО «Вега» о прекращении обращения взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке и о прекращении ипотеки в отношении этого имущества. Допущенные судом кассационной инстанции нарушения норм права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены судебного постановления.

Поскольку судом апелляционной инстанции нормы материального права применены правильно, каких-либо существенных нарушений норм процессуального права не допущено, а из кассационной жалобы истца, поданной в кассационный суд о***й юрисдикции, каких-либо оснований для кассационного пересмотра судебных постановлений не усматривается, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит возможным, не передавая дело на новое кассационное рассмотрение в кассационный суд о***й юрисдикции, оставить в силе апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 27 октября 2020 г.

Учитывая изложенное, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 16 марта 2021 г. нельзя признать законным, оно подлежит отмене с оставлением в силе апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 27 октября 2020 г., разрешившей спор в соответствии с установленными обстоятельствами и подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права.

Руководствуясь статьями 390 14-390 16 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила: определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда о***й юрисдикции от 16 марта 2021 г. отменить, оставить без изменения апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного сЖаот 27 октября 2020 г. Председательствующий Судьи