Определение Конституционного Суда РФ от 22.07.2026 № 2274-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Х. на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 48, пунктом 1 статьи 51 и пунктом 1 статьи 52 Семейного кодекса Российской Федерации, а также частью 11 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» город Санкт-Петербург 22 июля 2026 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Х. к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1. Гражданка Х. оспаривает конституционность пункта 2 статьи 48 «Установление происхождения ребенка», пункта 1 статьи 51 «Запись родителей ребенка в книге записей рождений», пункта 1 статьи 52 «Оспаривание отцовства (материнства)» Семейного кодекса Российской Федерации, а также части 11 статьи 3 «Отдельные выплаты военнослужащим» Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и подпункта «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, оснований для пересмотра которого не нашли суды вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении иска Х. об исключении несовершеннолетнего ребенка из состава членов семьи ее сына – погибшего военнослужащего, в обоснование которого она ссылалась на то, что он не является биологическим отцом ребенка. Суд первой инстанции указал, что при жизни сын Х. не оспаривал своего отцовства в отношении несовершеннолетнего. Суд апелляционной инстанции, подчеркнув, что заявительницей фактически предъявлено требование об оспаривании отцовства, исходил из отсутствия оснований для отказа в предоставлении социальных выплат ребенку. Суд также отметил, что в действиях малолетнего ребенка нельзя усмотреть злоупотребления правом, а семейное законодательство не допускает произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи.

По мнению заявительницы, оспариваемые положения противоречат статьям 2, 17–19, 35, 39, 45, 46 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку они не предусматривают эффективного судебного механизма защиты прав родителей погибшего военнослужащего в случае уменьшения их доли при получении социальных выплат в связи с включением в круг получателей несовершеннолетнего ребенка, в качестве отца которого погибший военнослужащий записан в книгу записей рождений как супруг матери, несмотря на наличие исключительных обстоятельств, требующих проверки судом. Кроме того, Х. указывает, что эти нормы в их конституционно-правовом истолковании могли бы предполагать проверку записи об отце в судебном порядке в делах, связанных с получением этих социальных выплат, или проверку права несовершеннолетнего на их получение без изменения записи акта гражданского состояния. 2.

Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. 2.1. Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что записи о регистрации брака между матерью ребенка и ее мужем федеральный законодатель придает значение доказательства происхождения ребенка от супруга матери, поэтому запись об отце ребенка в книге регистрации рождений (и в свидетельстве о рождении), если она не соответствует действительности, может быть оспорена лишь в судебном порядке по требованию лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 52 Семейного кодекса Российской Федерации (определения от 2 июля 2009 года № 1008-О-О, от 10 февраля 2022 года № 193-О и др.).

Пункт 1 статьи 52 Семейного кодекса Российской Федерации, определяющий круг лиц, наделенных правом оспаривать запись родителей в книге записей рождений, направлен на реализацию принципов обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних и недопустимости произвольного вмешательства коголибо в дела семьи, что согласуется с конституционным принципом государственной поддержки и защиты семьи, материнства, отцовства и детства, закрепленным в статьях 7 (часть 2) и 38 (часть 1) Конституции Российской Федерации (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 марта 2021 года № 4-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2011 года № 875-О-О, от 20 апреля 2017 года № 887-О, от 10 февраля 2022 года № 193-О и др.). Соответственно, сами по себе оспариваемые положения Семейного кодекса Российской Федерации не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы, перечисленные в жалобе. 2.2.

Конституция Российской Федерации не закрепляет конкретные меры социальной защиты, объем и условия их предоставления тем или иным категориям граждан, поэтому выбор правовых средств, направленных на возмещение вреда, причиненного военнослужащим или приравненным к ним категориям граждан, а также членам их семей, относится к дискреции федерального законодателя, который, осуществляя соответствующее правовое регулирование, вправе при определении организационно-правовых форм и механизмов реализации социальной защиты членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего устанавливать перечень мер социальной поддержки, порядок и условия их предоставления, а также круг лиц, имеющих право на их получение.

Предусматривая в статье 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» выплату членам семьи военнослужащего в случае его гибели (смерти) при исполнении обязанностей военной службы либо смерти вследствие военной травмы, единовременного пособия и ежемесячной денежной компенсации (части 8 и 9), законодатель в части 11 данной статьи определил круг членов семьи военнослужащего, имеющих право на получение указанных выплат. В соответствии с названной нормой определяются также категории членов семей военнослужащих и ряда иных приравненных к ним лиц, которым согласно подпункту «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 в случае гибели (смерти) указанных военнослужащих и лиц, наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), осуществляется в равных долях единовременная выплата, выступающая дополнительным элементом публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью военнослужащих и иных приравненных к ним категорий граждан, и обеспечивающая повышенную социальную защиту членов их семей (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 12 марта 2026 года № 611-О, от 29 апреля 2026 года № 1061-О и др.). К числу членов семьи военнослужащего, имеющих право на получение указанных социальных выплат, отнесены, в частности, дети, не достигшие возраста 18 лет, а при определенных условиях – также старше этого возраста (пункт 3 части 11 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»).

Принимая во внимание, что права и обязанности родителей и детей основываются на происхождении детей, удостоверенном в установленном законом порядке (статья 47 Семейного кодекса Российской Федерации), часть 11 статьи 3 Федерального закона «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» и подпункт «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» также не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявительницы в обозначенном в жалобе аспекте. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Х., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2274-О