Статья 191 Уголовного кодекса РФ. Незаконный оборот янтаря, нефрита или иных полудрагоценных камней, драгоценных металлов, драгоценных камней либо жемчуга
1. Совершение сделки, связанной с заведомо самовольно добытыми янтарем, нефритом или иными полудрагоценными камнями, а равно их незаконные хранение, перевозка или пересылка в любом виде, состоянии, за исключением ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий, лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние, предусмотренное статьей 7.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях , -
наказываются штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет, либо обязательными работами на срок до четырехсот восьмидесяти часов, либо принудительными работами на срок до двух лет со штрафом в размере от ста тысяч до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до восемнадцати месяцев или без такового, либо лишением свободы на срок до двух лет со штрафом в размере от ста тысяч до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до восемнадцати месяцев или без такового.
2. Совершение сделки, связанной с заведомо самовольно добытыми янтарем, нефритом или иными полудрагоценными камнями, а равно их незаконные хранение, перевозка или пересылка в любом виде, состоянии, за исключением ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий, совершенные в крупном размере, -
наказываются штрафом в размере до двух миллионов рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо лишением свободы на тот же срок со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет или без такового.
3. Деяния, предусмотренные частью второй настоящей статьи, совершенные организованной группой или группой лиц по предварительному сговору, -
наказываются штрафом в размере до пяти миллионов рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет или без такового.
4. Совершение сделки, связанной с драгоценными металлами, драгоценными камнями либо с жемчугом, в нарушение правил, установленных законодательством Российской Федерации, а равно незаконные хранение, перевозка или пересылка драгоценных металлов, драгоценных камней либо жемчуга в любом виде, состоянии, за исключением ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий, совершенные в крупном размере, -
наказываются принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на тот же срок со штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет или без такового.
5. Деяния, предусмотренные частью четвертой настоящей статьи, совершенные организованной группой или группой лиц по предварительному сговору, -
наказываются принудительными работами на срок до пяти лет либо лишением свободы на срок до семи лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до пяти лет или без такового.
Примечание. Перечень полудрагоценных камней для целей настоящей статьи и статьи 255 настоящего Кодекса устанавливается Правительством Российской Федерации.(Статья в редакции Федерального закона от 27.12.2019 № 500-ФЗ )
Как Верховный Суд и Конституционный Суд применяют статью 191 Уголовного кодекса РФ
Судебная коллегия не нашла оснований для удовлетворения кассационной жалобы, указав, что в силу ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебных решений в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, а таких нарушений не допущено. Приговор соответствует требованиям ст. 303, 304, 307–309 УПК РФ, содержит описание преступного деяния с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, целей и мотива. Выводы о виновности подтверждены показаниями потерпевших и свидетелей, протоколами следственных действий, актами судебно-медицинских, молекулярно-генетической и криминалистической экспертиз; все доказательства проверены и оценены в соответствии со ст. 87 и 88 УПК РФ с точки зрения достаточности, допустимости и относимости, с приведением оснований принятия одних и отвержения других доказательств. Показания Д**и М.В. о необходимой обороне отвергнуты как противоречивые, данные для уклонения от ответственности и опровергнутые совокупностью доказательств; показания потерпевших и свидетелей признаны последовательными и согласующимися, причин для оговора не установлено. Допросы Д А. в качестве свидетеля и потерпевшей на предварительном следствии проводились с соблюдением уголовно-процессуального закона и с участием законных представителей; видеозапись не применялась в связи с возражением законных представителей, что соответствует ч. 5 ст. 191 УК РФ (в тексте определения; по смыслу речь идет о процессуальной норме о допросе несовершеннолетнего). Перед допросами ей разъяснялась ст. 51 Конституции РФ, она изъявила желание дать показания; в возрасте семнадцати лет не воспользовалась правом отказа от дачи показаний в отношении близкого родственника и была предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний; излишнее указание в протоколах на ст. 308 УК РФ при наличии свидетельского иммунитета на законность допросов не влияет с учетом добровольного желания дать показания. Данных о воздействии посторонних или заинтересованных лиц, наводящих вопросах или искажении доказательств не имеется. С учетом ч. 6 ст. 281 УПК РФ суд, несмотря на возражения защиты, обоснованно удовлетворил ходатайство государственного обвинителя об оглашении показаний несовершеннолетней Д А. без вызова в судебное заседание при наличии достаточных данных о возможном негативном влиянии участия в судебных действиях на ее психическое состояние. Каких-либо противоречий, влияющих на выводы о виновности, не содержится; допустимость доказательств мотивирована. Несогласие защиты с оценкой доказательств не является основанием для отмены или изменения приговора; нарушений уголовно-процессуального закона при исследовании доказательств, повлиявших на установление фактических обстоятельств, не допущено. Дело рассмотрено беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон; данных об обвинительном уклоне нет; все ходатайства рассмотрены в порядке ст. 271 УПК РФ с мотивированными решениями, отказ в некоторых ходатайствах не свидетельствует о необъективности. Доводы о необходимой обороне были предметом исследования и обоснованно отвергнуты. Эксперт Г. не дал однозначного ответа о причинах резаных ран на руках Д**и М.В., но не исключил их образования от действий самого Д**и М.В. в процессе нанесения ударов ножом потерпевшей; это в совокупности с показаниями потерпевшей Д А. о том, что в начале конфликта нож находился у отца и на его руках не было крови, и показаниями свидетеля М. о том, что Д В. после ударов ножом сказала, что Д**я М.В. ее убивает, опровергает версию о защите от нападения. О прямом умысле свидетельствуют использование ножа и нанесение с значительной силой ударов в область жизненно важных органов, отчего наступила смерть. Об особой жестокости свидетельствует характер насилия: в течение определенного времени нанесено не менее 57 ударов ножом и не менее 30 ударов твердыми тупыми предметами, в том числе в жизненно важные органы, с повреждениями различных частей тела, при осознании того, что потерпевшая жива, что причинило особые страдания и мучения в процессе лишения жизни; кроме того, действия совершены в присутствии близкого потерпевшей лица — дочери, при осознании причинения ей особых страданий и желании этого. Квалификация по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ признана правильной, все квалифицирующие признаки мотивированы. Психическое состояние проверено, осужденный признан вменяемым. Наказание назначено с учетом характера и степени общественной опасности, смягчающих и отягчающего обстоятельств, данных о личности и всех обстоятельств дела, а также влияния наказания на исправление; исключительных обстоятельств для применения ст. 64 УК РФ, оснований для ст. 73 и ч. 6 ст. 15 УК РФ не установлено; иных обстоятельств для смягчения наказания нет; данных о противоправном поведении потерпевшей не имеется, а утверждение о признании вины противоречит позиции осужденного. Учет состояния опьянения как отягчающего обстоятельства мотивирован и подтвержден медицинской картой об обнаружении этилового спирта в крови. Наказание признано справедливым и соразмерным. Апелляционная инстанция проверила законность, обоснованность и справедливость приговора, отклонила доводы, включая аналогичные кассационным; оснований для повторного исследования показаний эксперта Г., ранее допрошенного в первой инстанции, не имелось, поскольку апелляционный суд самостоятельно изучает протокол судебного заседания и приведенные показания; новых версий апелляционная инстанция не выдвигала, а дала оценку правильности вывода первой инстанции о механизме образования повреждений рук. Апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.28 УПК РФ.
Цитата из акта
В ходе допроса видеозапись не применялась, поскольку законные представители возражали против этого, что соответствует требованиям ч.5 ст. 191 УК РФ.
…установленной лишь при условии, что она соразмерна характеру и степени общественной опасности криминализируемого противоправного деяния, а его составообразующие признаки, наличие которых в совершенном деянии, будучи основанием уголовной ответственности, позволяет отграничивать его от иных противоправных, а тем более законных деяний, точно и недвусмысленно определены в уголовном законе, непротиворечиво вписывающемся в общую систему правового регулирования (постановления от 27 мая 2008 года № 8-П, от 13 июля 2010 года № 15-П, от 17 июня 2014 года № 18-П, от 16 июля 2015 года № 22-П и др.). Статья 191 УК Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за совершение сделки, связанной с драгоценными металлами, природными драгоценными камнями либо с жемчугом, в нарушение правил, установленных законодательством Российской Федерации, а равно незаконные хранение, перевозку или пересылку драгоценных металлов, природных драгоценных камней либо жемчуга в любом виде, состоянии, за исключением ювелирных и бытовых изделий и лома таких изделий, совершенные в крупном размере (часть первая), и за те же деяния, совершенные организованной группой или группой лиц по предварительному сговору (часть вторая).
Разъяснения Пленума ВС и Обзоров по статье 191 Уголовного кодекса РФ
Постановление Пленума ВС РФ от 24.09.1991 № 3 «О судебной практике по делам о посягательстве на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников и военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка», пункт 2 Утратило силу
ответственность за преступления, предусмотренные ст.ст.191-1, 191-2, 192-1 УК РСФСР, наступает при условии, если виновный сознавал, что им совершается посягательство на жизнь, здоровье и достоинство работника милиции либо народного дружинника
Ответственность наступает при условии осознания виновным, что посягательство направлено на работника милиции или дружинника при/в связи с исполнением обязанностей по охране общественного порядка.
Признано утратившим силу постановлением от 06.02.2007 № 8.