Решение Верховного Суда РФ (первая инстанция) от 06.12.2007 № ГКПИ07-1290

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №ГКПИ07-1290 решение ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ г. Москва 6 декабря 2007 г.

Верховный Суд Российской Федерации в составе: судьи Верховного Суда Российской Федерации Зайцева В.Ю., при секретаре С*********е А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Д****а А В об оспаривании пункта 25 Указа Президента Российской Федерации от 3 июня 1999 г. № 698 «О помиловании А******а А.К., А******а З.Г. и других осужденных к смертной казни», установил : Д**и к А.В. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением, в котором просит признать незаконным Указ Президента Российской Федерации от 3 июня 1999 г. № 698 (далее - Указ) в части замены ему смертной казни пожизненным лишением свободы. В заявлении Д***к А.В. ссылается на то, что оспариваемый Указ противоречит положениям Конституции Российской Федерации, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, нарушает его права, свободы и законные интересы.

Как указывает заявитель, он не обращался к Президенту Российской Федерации с ходатайством о помиловании, в связи с действием моратория на применение смертной казни приговор подлежал пересмотру в судебном порядке, при этом в результате такого пересмотра ему в силу части 1 статьи 9 УК РФ, статьи 102 УК РСФСР могло быть назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок не более пятнадцати лет. Кроме того, Указ не был опубликован для всеобщего сведения. О времени и месте судебного заседания Д***к А.В. извещен надлежащим образом. Представитель Президента Российской Федерации П**********а В.И. требование заявителя не признала и пояснила суду, что Президент Российской Федерации осуществил помилование в пределах его конституционных полномочий. Указ не противоречит закону и не нарушает прав, свобод и законных интересов заявителя.

Выслушав объяснения представителя Президента Российской Федерации П***********й В.И. и исследовав материалы дела, Верховный Суд Российской Федерации полагает, что заявление Д****а А.В. не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. Из материалов дела следует, что приговором Верховного суда Республики Дагестан от 28 июля 1997 г., измененным Верховным Судом Российской Федерации 24 декабря 1997 г., Д***к А.В. осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ст.ст. 102 п.п. «а», «е», «з», «и», «н», 15, 102 п.п. «а», «и», 108 ч. 1, 91 ч. 2 п.п. «а», «д», «е», «ж», 146 ч. 2 п.п. «а», «б», «в», «д», «е» (в редакции 1982 г.), 146 ч. 2 п.п. «а», «б», «в», «г», «д» (в редакции 1994 г.) УК РСФСР и ст.ст. 209 ч.ч. 1, 2, 131 ч. 2 п.п. «б», «в» УК РФ, к смертной казни. Оспариваемым Указом Д***к А.В. помилован путем замены назначенной ему смертной казни пожизненным лишением свободы.

Довод заявителя о том, что в связи с действием моратория на применение смертной казни вынесенный в отношении него приговор подлежал пересмотру в судебном порядке с назначением ему наказания в виде лишения свободы на срок не более пятнадцати лет, является несостоятельным.

Указанное утверждение Д****а А.В. фактически основывается на том, что Указ в оспариваемой части противоречит постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 г. № 3-П по делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года «О порядке введения в действие Закона Российской Федерации «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях» в связи с запросом Московского городского суда и жалобами ряда граждан.

Однако такой вывод не может быть признан правильным. В названном постановлении Конституционный Суд Российской Федерации признал, что необеспечение права, гарантируемого статьей 20 (часть 2) Конституции Российской Федерации, не соответствует Конституции Российской Федерации лишь с момента окончания переходного периода, необходимого для введения в действие федерального закона, обеспечивающего на всей территории Российской Федерации реализацию данного конституционного права каждого обвиняемого в совершении преступления, за которое в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Этот переходный период, как указал Конституционный Суд Российской Федерации, завершился ко времени вынесения данного постановления, поэтому именно с момента его вынесения назначение наказания в виде смертной казни признано недопустимым (пункт 5 резолютивной части).

Между тем, как уже отмечалось, Д***к А.В. был осужден к смертной казни в 1997 г., то есть до 2 февраля 1999 г. постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1999 г. № 3-П не отменяет действие норм уголовного закона, предусматривающих наказание в виде смертной казни, не влечет за собой пересмотр приговоров в отношении лиц, ранее осужденных к исключительной мере наказания в виде смертной казни, и не изменяет условия их содержания в местах лишения свободы на весь период, в течение которого временно не допускается назначение указанного вида наказания, а также не препятствует применению к данным лицам актов помилования.

Будучи институтом конституционного права, помилование является исключительным полномочием Президента Российской Федерации как главы государства, которое закреплено непосредственно в Конституции Российской Федерации (пункт «в» статьи 89) и не связано с вопросами привлечения к уголовной ответственности и применения наказания, относящимися к ведению судебной власти. Согласно статьям 59, 85 Уголовного кодекса Российской Федерации смертная казнь в порядке помилования может быть заменена пожизненным лишением свободы; помилование осуществляется Президентом Российской Федерации в отношении индивидуально определенного лица.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 11 января 2002 г. № 61-О, помилование, как акт милосердия, в силу самой своей природы не может приводить к последствиям, более тяжким для осужденного, чем закрепленные в уголовном законе, предусматривающем ответственность за инкриминированное ему деяние, и постановленные приговором суда по конкретному делу. Следовательно, осуществляемая в порядке помилования замена смертной казни другим, менее тяжким, наказанием, предусмотренным действующим уголовным законом (в данном случае - пожизненным лишением свободы), не может расцениваться как ухудшение положения осужденного.

Таким образом, Указ издан Президентом Российской Федерации в соответствии с Конституцией Российской Федерации и другими законодательными актами, действовавшими на момент его издания, в пределах его полномочий, не нарушает положения международных правовых норм, а также права, свободы и законные интересы заявителя. Довод Д****а А.В. о том, что Указ является незаконным, так как помилование произведено помимо его воли, несостоятелен. По смыслу статьи 184 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации решение Президентом Российской Федерации вопроса о применении помилования к осужденному возможно и при отсутствии от него ходатайства о помиловании.

Ссылка заявителя на неопубликование Указа для всеобщего сведения отмену оспариваемого Указа, являющегося ненормативным правовым актом, повлечь не может, поскольку то обстоятельство, что содержание пункта 25 Указа, имеющего непосредственное отношение только к правам и свободам заявителя, Д****у А.В. известно, им не оспаривается. Издание Указа не лишает заявителя права на обращение в вышестоящую судебную инстанцию с заявлением о пересмотре вступившего в законную силу приговора в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации.

Согласно части 4 статьи 258 ГПК РФ суд отказывает в удовлетворении заявления, если установит, что оспариваемое решение или действие принято либо совершено в соответствии с законом в пределах полномочий органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего и права либо свободы гражданина не были нарушены. Суд также учитывает, что Д*****м А.В. пропущен установленный частью 1 статьи 256 ГПК РФ трехмесячный срок на обращение в суд с требованием об оспаривании акта о помиловании и законных оснований для его восстановления не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199, 258 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации решил : Д****у А В в удовлетворении заявления отказать. решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение 10 дней после вынесения судом решения в окончательной форме. Судья Верховного Суда Российской Федерации В.Ю. Зайцев