Определение Конституционного Суда РФ от 30.09.2025 № 2111-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки А******й Н***и Р********ы на нарушение ее конституционных прав подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части первой статьи 26 и пунктом 3 части второй статьи 33 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также частями 1 и 2 статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» город Санкт-Петербург 30 сентября 2025 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев по требованию гражданки Н.Р.А******й вопрос о возможности принятия ее жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1. Гражданка Н.Р.А*****а оспаривает конституционность подпункта 8 пункта 2 статьи 235 «Основания прекращения права собственности» ГК Российской Федерации, частей 1 и 2 статьи 17 Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», а также пункта 1 части первой статьи 26 «Гражданские дела, подсудные верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области и суду автономного округа» и пункта 3 части второй статьи 33 «Передача дела, принятого судом к своему производству, в другой суд» ГПК Российской Федерации.

Как следует из представленных материалов, апелляционным определением суда общей юрисдикции, с которым согласились вышестоящие суды, удовлетворены требования первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации к заявительнице и другим ответчикам об обращении в доход Российской Федерации денежных средств и имущества, приобретенного на неподтвержденные доходы ее сына гражданина А., который проходил службу в органах внутренних дел, в том числе на руководящих должностях.

По мнению заявительницы, подпункт 8 пункта 2 статьи 235 ГК Российской Федерации и части 1 и 2 статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» не соответствуют статьям 1, 2, 4 (часть 2), 8 (часть 2), 10, 15 (части 1, 2 и 4), 17, 18, 19 (части 1 и 2), 32 (часть 4), 34, 35, 36, 37 (части 1 и 3), 45, 46 (части 1 и 2), 54, 55 (части 1 и 3), 60, 118 (часть 2), 120 (часть 1) и 128 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку, в частности, позволяют: обращать в доход государства имущество, переданное физическим лицом в качестве вклада в уставный капитал юридического лица, приобретенное до занятия им публичной должности, а также приобретенное иными лицами, контроль за расходами которых не осуществляется; не учитывать официальные доходы лиц, имущество которых обращается в доход государства, в том числе доходы, полученные ими с применением специальных налоговых режимов, и доходы от продажи законно полученного имущества; произвольно устанавливать дату, на которую определяется стоимость подлежащего изъятию имущества, а также изымать имущество, не включенное в перечень имущества, в отношении которого осуществляется контроль; не учитывать иные доказательства о наличии законного дохода, помимо документов налогового органа. Н.Р.А*****а также утверждает, что оспариваемые нормы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации допускают передачу гражданского дела из районного суда на рассмотрение областного суда без подтверждения наличия в деле сведений, составляющих государственную тайну, а потому не соответствуют статье 47 Конституции Российской Федерации.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как следует из позиций Конституционного Суда Российской Федерации, обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, относится к особым правовым мерам, применяемым в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства и направленным на эффективное противодействие коррупции и защиту конституционно значимых ценностей.

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что установленный Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» порядок применения данной меры позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, и не предполагает лишение лица, в отношении которого разрешается вопрос об обращении принадлежащего ему имущества в доход Российской Федерации, права представлять в суде любые допустимые доказательства в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, а также не препятствует суду при выявлении незначительного расхождения размера доходов, законность происхождения которых подтверждена, и размера расходов на приобретение соответствующего имущества с учетом фактических обстоятельств конкретного дела определить ту его часть, которая приобретена на доходы, законность происхождения которых не доказана, и потому подлежит обращению в доход Российской Федерации (либо денежные средства, полученные от реализации такого имущества), а также определить порядок исполнения своего решения с учетом особенностей этого имущества (постановления от 29 ноября 2016 года № 26-П и от 9 января 2019 года № 1-П; определения от 6 июня 2017 года № 1163-О, от 18 июля 2017 года № 1736-О, от 31 октября 2023 года № 2998-О и др.).

Таким образом, оспариваемые положения Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», устанавливающие в совокупности с другими правовыми нормами механизм контроля со стороны государства за имущественным положением отдельных категорий лиц и обращения в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, и действующие с учетом их конституционно-правового смысла, выявленного Конституционным Судом Российской Федерации, не предполагают принятия произвольных, без учета особенностей того или иного вида имущества решений об обращении соответствующего имущества в доход Российской Федерации. Следовательно, сами по себе данные нормы не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права Н.Р.А******й, в деле с участием которой суды пришли к выводу о доказанности отсутствия у нее и других ответчиков законно полученных доходов, позволяющих приобрести истребованное имущество, в том числе объекты недвижимого имущества, право собственности на которые было зарегистрировано за заявительницей, а также имущество, которое было передано в качестве вклада в уставный капитал коммерческой организации, основными учредителями которой выступили заявительница и ее супруг.

Что касается пункта 1 части первой статьи 26 ГПК Российской Федерации, относящего к подсудности верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области и суда автономного округа в качестве суда первой инстанции гражданские дела, связанные с государственной тайной, и пункта 3 части второй статьи 33 данного Кодекса, согласно которому суд передает дело на рассмотрение другого суда общей юрисдикции, если при рассмотрении дела в данном суде выяснилось, что оно было принято к производству с нарушением правил подсудности, то данные нормы конкретизируют статью 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации, не содержат какой-либо неопределенности, предполагающей их произвольное применение, направлены на обеспечение рассмотрения гражданских дел надлежащим судом, а потому также не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы.

Оценка же обоснованности вынесенных по конкретному делу правоприменительных решений, в том числе с точки зрения правильности определения подсудности дела, установления и исследования фактических обстоятельств, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, установленной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки А******й Н***и Р********ы, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 2111-О