Определение Конституционного Суда РФ от 29.04.2025 № 1108-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки С. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 61 и пунктом 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с принципом 6 Декларации прав ребенка город Санкт-Петербург 29 апреля 2025 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, Н.В.Мельникова, В.А.Сивицкого, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки С. к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Гражданка С., в деле с участием которой суды, сославшись на имевшуюся в материалах этого дела медицинскую документацию, указали, что исключительные обстоятельства препятствуют определению места жительства несовершеннолетнего сына заявительницы с нею и определили место жительства ребенка с отцом, оспаривает конституционность пункта 1 статьи 61 «Равенство прав и обязанностей родителей» и пункта 3 статьи 65 «Осуществление родительских прав» Семейного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением принципа 6 Декларации прав ребенка (принята 20 ноября 1959 года Резолюцией 1386 (XIV) на 841-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН), в соответствии с которым малолетнего ребенка нельзя разлучать с матерью, кроме тех случаев, когда для этого имеются исключительные обстоятельства.

По мнению заявительницы, оспариваемые положения Семейного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с упомянутым положением принципа 6 Декларации прав ребенка противоречат статьям 38 (часть 2) и 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, поскольку они не устанавливают критериев наличия исключительных обстоятельств, позволяющих разлучить ребенка с матерью, и допускают произвольное установление судами таких обстоятельств. 2.

Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. В соответствии с Конвенцией о правах ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка (пункт 1 статьи 3).

Принцип приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних членов семьи закреплен в пункте 3 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, что согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (статья 38, часть 1; статья 671, часть 4) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2022 года № 686-О, от 30 января 2024 года № 170-О и др.). Абзац второй пункта 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации, конкретизируя названное положение Конвенции о правах ребенка, предусматривает, что при отсутствии соглашения раздельно проживающих родителей об установлении места жительства ребенка этот вопрос решается судом с учетом конкретных обстоятельств дела исходя из интересов детей и с учетом их мнения.

Такое регулирование направлено на защиту прав и интересов детей, развивает положения статьи 38 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20 февраля 2014 года № 459-О, от 25 октября 2018 года № 2594-О и др.) и не препятствует определению места жительства детей как совместно с матерью, так и совместно с отцом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2004 года № 58-О, от 28 мая 2020 года № 1201-О и др.). При этом Конституционный Суд Российской Федерации подчеркивал, что, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение какихлибо конституционных прав и свобод граждан (определения от 20 ноября 2003 года № 404-О, от 29 сентября 2020 года № 2220-О и др.).

Что же касается пункта 1 статьи 61 Семейного кодекса Российской Федерации, то он конкретизирует статью 38 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 октября 2018 года № 2594-О, от 27 декабря 2023 года № 3523-О и др.). Таким образом, пункт 1 статьи 61 и пункт 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации не могут рассматриваться в качестве нарушающих перечисленные в жалобе конституционные права заявительницы.

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, разрешение вопроса о конституционности положений Декларации прав ребенка не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 1 и 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки С., поскольку разрешение поставленного в ней вопроса не подведомственно Конституционному Суду Российской Федерации и поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 1108-О