Определение Конституционного Суда РФ от 31.03.2022 № 560-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П********я А********а Н*********а на нарушение его конституционных прав пунктом 1 статьи 4 и подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзацем вторым части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 10, 12 и 13 Федерального закона «О противодействии коррупции», а также статьями 3, 16 и 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» город Санкт-Петербург 31 марта 2022 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.Н.П********я к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1.

Гражданин А.Н.П********ь оспаривает конституционность пункта 1 статьи 4 «Действие гражданского законодательства во времени» и подпункта 8 пункта 2 статьи 235 «Основания прекращения права собственности» ГК Российской Федерации, статей 10 «Конфликт интересов», 12 «Ограничения, налагаемые на гражданина, замещавшего должность государственной или муниципальной службы, при заключении им трудового или гражданскоправового договора» и 13 «Ответственность физических лиц за коррупционные правонарушения» Федерального закона от 25 декабря 2008 года № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», статей 3 (об обязанности предоставлять сведения о расходах), 16 (о правовых последствиях невыполнения подотчетным лицом возложенных на него обязанностей) и 17 (о полномочиях прокуратуры) Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам».

Кроме того, заявитель оспаривает конституционность абзаца второго части первой (ошибочно названного им подпунктом 1 пункта 1) статьи 446 ГПК Российской Федерации, устанавливающего, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Как следует из представленных материалов, вступившим в законную силу решением суда удовлетворены исковые требования заместителя Генерального прокурора Российской Федерации к А.Н.П********ю, замещавшему руководящую муниципальную должность, и к другим ответчикам об обращении в доход Российской Федерации находящегося у них имущества общей стоимостью свыше девяти миллиардов рублей.

Судом было установлено, что А.Н.П********ь использовал вверенное ему муниципальное имущество для личного обогащения; совместно со своими доверенными лицами заявитель занимался банкротством предприятий, переводом земельных участков во владение подконтрольных им организаций, погашением долгов и проведением финансовых операций, оптимизацией налоговой базы, реализацией коммерческих проектов, осуществлением контроля за их доходностью и распределением средств; при этом заявитель не принял меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов, нарушил установленные законом запреты на занятие предпринимательской деятельностью через доверенных лиц, на личное участие в органах управления коммерческой организации, получение вознаграждения от физических и юридических лиц.

Данные деяния судом были квалифицированы в качестве совершения длящихся коррупционных правонарушений, которые были пресечены органом прокуратуры посредством подачи в суд соответствующего искового заявления.

Кроме того, суд указал, что круг лиц, подлежащий привлечению к ответственности за совершение таких правонарушений, определяется фактическими обстоятельствами совершения коррупционных деяний соответствующими физическими и юридическими лицами и не ограничивается установленным Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» перечнем лиц, в отношении которых осуществляется контроль над их расходами и доходами. В связи с этим суд пришел к выводу о том, что компетенция прокурора при осуществлении деятельности по противодействию коррупции не ограничена кругом лиц, замещающих государственные или муниципальные должности, их супругами и несовершеннолетними детьми, предварительными контрольными процедурами в отношении этих лиц, а также установленной названным Федеральным законом датой начала осуществления контроля над расходами данных лиц (1 января 2012 года); действующее законодательство наделяет органы прокуратуры полномочиями действовать независимо от иных органов публичной власти, а также позволяет обращаться с исковым заявлением об обращении в доход Российской Федерации имущества, приобретенного на незаконные доходы, или вступить в дело на любой стадии судебного процесса для защиты прав граждан и охраняемых законом публичных интересов.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2021 года заявителю отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 40 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 54 (часть 1) и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации в той части, в какой: допускают осуществление контроля над расходами и доходами лиц, соответствующий статус которых прекращен; позволяют обращать взыскание на имущество, приобретенное не в период замещения муниципальной должности лицом, за расходами которого осуществляется контроль, в том числе на его единственное жилье; предоставляют возможность контролирующим органам обращаться в суд с исковым заявлением об обращении в доход Российской Федерации имущества, приобретенного на незаконные доходы, без соблюдения процедур предварительного контроля. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как следует из правовых позиций, выраженных в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 26-П и от 9 января 2019 года № 1-П и определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июня 2017 года № 1163-О, от 29 мая 2019 года № 1312-О и от 2 октября 2019 года № 2652-О, обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, относится к особым правовым мерам, применяемым в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства и направленным на эффективное противодействие коррупции и защиту конституционно значимых ценностей.

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что установленный Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» порядок применения данной меры позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, и не предполагает лишение лица, в отношении которого разрешается вопрос об обращении принадлежащего ему имущества в доход Российской Федерации, права представлять в суде любые допустимые доказательства в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, а также не препятствует суду при выявлении незначительного расхождения размера доходов, законность происхождения которых подтверждена, и размера расходов на приобретение соответствующего имущества с учетом фактических обстоятельств конкретного дела определить ту его часть, которая приобретена на доходы, законность происхождения которых не доказана, и потому подлежит обращению в доход Российской Федерации (либо денежные средства, полученные от реализации такого имущества), а также определить порядок исполнения своего решения с учетом особенностей этого имущества (постановление от 29 ноября 2016 года № 26- П; определения от 6 июня 2017 года № 1163-О, от 18 июля 2017 года № 1736- О, от 20 июля 2021 года № 1660-О и др.).

Таким образом, оспариваемые положения Гражданского кодекса Российской Федерации, а также федеральных законов «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» и «О противодействии коррупции», устанавливающие в совокупности с другими правовыми нормами нормативный механизм контроля со стороны государства за имущественным положением отдельных категорий лиц и обращения в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, и действующие с учетом их конституционно-правового смысла, выявленного Конституционным Судом Российской Федерации, не предполагают принятия произвольных, без учета особенностей того или иного вида имущества решений об обращении соответствующего имущества в доход Российской Федерации. Соответственно, сами по себе оспариваемые нормы не могут рассматриваться как нарушающие перечисленные в жалобе конституционные права А.Н.П********я, в деле с участием которого суд указал на доказанность обстоятельств, подтверждающих приобретение спорного имущества за счет его незаконных доходов как лица, за расходами которого осуществлялся контроль в соответствии с Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», упорядочившим действовавшие ранее нормы антикоррупционного законодательства, предусмотревшего возможность изъятия в доход государства незаконно приобретенного имущества и предоставившего соответствующие полномочия суду и прокуратуре.

Установление же и оценка фактических обстоятельств конкретного дела не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Кроме того, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», представленными материалами не подтверждается применение в конкретном деле с участием заявителя абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации, устанавливающего имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданинудолжнику на праве собственности жилого помещения (его частей).

По результатам данного гражданского дела в доход Российской Федерации обращен широкий круг принадлежащих ответчику объектов недвижимого имущества, в том числе жилых помещений; соответственно, спорные правоотношения не были связаны с изъятием у него единственного пригодного для постоянного проживания помещения. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П********я А********а Н*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 560-О