Определение Конституционного Суда РФ от 17.02.2015 № 395-О

определение КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К*******а А*****я Е*********а на нарушение его конституционных прав статьей 315 Уголовного кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 17 февраля 2015 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, Г.А.Жилина, С.М.Казанцева, М.И.Клеандрова, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, Н.В.Селезнева, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.Е.К*******а к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин А.Е.К******в, осужденный за воспрепятствование исполнению вступивших в законную силу судебных актов, принятых в отношении общества с ограниченной ответственностью, в котором он осуществлял руководство текущей деятельностью в качестве генерального директора, оспаривает конституционность статьи 315 УК Российской Федерации, которая устанавливает уголовную ответственность за злостное неисполнение представителем власти, государственным служащим, муниципальным служащим, а также служащим государственного или муниципального учреждения, коммерческой или иной организации вступивших в законную силу приговора суда, решения суда или иного судебного акта, а равно воспрепятствование их исполнению.

По мнению заявителя, данная норма противоречит статье 55 Конституции Российской Федерации, поскольку в силу своей неопределенности позволяет квалифицировать как воспрепятствование исполнению судебного акта действия по неисполнению мирового соглашения, заключенного сторонами арбитражного процесса и утвержденного арбитражным судом, допускает привлечение к уголовной ответственности гражданина, не являющегося должником в исполнительном производстве и не предупрежденного об уголовной ответственности по статье 315 УК Российской Федерации, а также не учитывает наличие задолженности по обязательствам разных видов и очередности их исполнения. 2.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, оценка степени определенности содержащихся в законе понятий должна осуществляться исходя как из самого текста закона и используемых в нем формулировок, так и из их места в системе нормативных предписаний (постановления от 27 мая 2003 года № 9-П и от 17 июня 2014 года № 18-П); любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы – в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, – каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия) (постановления от 27 мая 2008 года № 8-П, от 13 июля 2010 года № 15-П и др.). 2.1.

Из находящихся во взаимосвязи положений Конституции Российской Федерации о равенстве всех перед законом и судом (статья 19, часть 1) и о гарантии государственной защиты прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1) следует, что в ходе исполнительного производства необходимо в равной мере обеспечить права и законные интересы сторон исполнительного производства. Правильное и своевременное исполнение актов судов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов взыскателей должно сопровождаться соблюдением прав и законных интересов должников.

Исполнение судебного решения, в том числе вынесенного в пользу кредитора в случае нарушения должником гражданско-правового обязательства, по смыслу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, следует рассматривать как элемент судебной защиты; соответственно, защита нарушенных прав не может быть признана действенной, если судебный акт или акт иного уполномоченного органа своевременно не исполняется, что обязывает федерального законодателя при выборе в пределах своей конституционной дискреции того или иного механизма исполнительного производства осуществлять непротиворечивое регулирование отношений в этой сфере, создавать для них стабильную правовую основу и не ставить под сомнение конституционный принцип исполнимости судебного решения (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 30 июля 2001 года № 13-П, от 15 января 2002 года № 1-П, от 14 мая 2003 года № 8-П, от 14 июля 2005 года № 8-П, от 26 февраля 2010 года № 4-П и от 14 мая 2012 года № 11-П). 2.2.

Общее правовое регулирование отношений, связанных с принятием и исполнением судебных актов арбитражных судов, осуществляется Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, который допускает, что стороны арбитражного судопроизводства могут урегулировать спор, в том числе заключив мировое соглашение (часть 2 статьи 138), которое утверждается арбитражным судом (часть 4 статьи 139), выносящим по результатам рассмотрения вопроса об утверждении мирового соглашения определение (часть 5 статьи 141). В таком определении арбитражного суда указывается на условия мирового соглашения (пункт 2 части 7 статьи 141); мировое соглашение, не исполненное добровольно, подлежит принудительному исполнению по правилам раздела VII данного Кодекса (устанавливающего особенности производства по делам, связанным с исполнением судебных актов арбитражных судов) на основании исполнительного листа, выдаваемого арбитражным судом по ходатайству лица, заключившего мировое соглашение (часть 2 статьи 142); на данное определение распространяются и другие положения этого Кодекса, устанавливающие обязательность судебных актов арбитражного суда (статья 16), а также предусматривающие, что определение выносится арбитражным судом в письменной форме в виде отдельного судебного акта или протокольного определения (часть 2 статьи 184).

Условия же и порядок принудительного исполнения судебных актов регулируются Федеральным законом от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», который устанавливает, что должником является гражданин или организация, обязанные по исполнительному документу совершить определенные действия (передать денежные средства и иное имущество, исполнить иные обязанности или запреты, предусмотренные исполнительным документом) или воздержаться от совершения определенных действий (часть 4 статьи 49), регламентирует очередность удовлетворения требований взыскателей (статья 111), закрепляет, что в случае нарушения законодательства Российской Федерации об исполнительном производстве виновное лицо подвергается административной или уголовной ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации (статья 113), а также предусматривает, что в случаях, когда исполнение судебного акта возлагается на представителя власти, государственного служащего, муниципального служащего, а также служащего государственного или муниципального учреждения, коммерческой или иной организации, судебный пристав-исполнитель в постановлении о возбуждении исполнительного производства предупреждает указанных лиц об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 315 УК Российской Федерации за неисполнение судебного акта, а равно воспрепятствование его исполнению (часть 18 статьи 30).

При этом пункт 1 статьи 40 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» относит генерального директора к единоличному исполнительному органу общества с ограниченной ответственностью, а в силу пункта 1 статьи 53 ГК Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие от его имени в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. 2.3. За неисполнение судебного решения, вступившего в законную силу, а также воспрепятствование такому исполнению наступает предусмотренная законом ответственность, в том числе уголовная, закрепленная статьей 315 УК Российской Федерации.

Эта статья, которая действует в системе приведенных нормативных предписаний и с учетом общих положений данного Кодекса, закрепляющих, что основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного данным Кодексом (статья 8), и предусматривающих в качестве общих условий уголовной ответственности вменяемость физического лица, достигшего возраста, установленного данным Кодексом (статья 19), не содержит неопределенности, в результате которой лицо было бы лишено возможности осознавать общественную опасность и противоправность своего деяния, а также предвидеть его правовые последствия, в том числе наступление уголовной ответственности.

Таким образом, оспариваемая норма не может расцениваться как нарушающая права заявителя в указанном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К*******а А*****я Е*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 395-О