1. Администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.
2. Администрация исправительных учреждений обязана под расписку уведомлять осужденных о применении указанных средств надзора и контроля.
3. Перечень технических средств надзора и контроля определяется Правительством Российской Федерации. Порядок применения технических средств надзора и контроля определяется соответственно нормативным правовым актом федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности.(В редакции федеральных законов от 13.06.2023 № 211-ФЗ , от 23.07.2025 № 239-ФЗ )
Апелляционная коллегия поддержала выводы суда первой инстанции. Оспариваемое положение не противоречит нормативным правовым актам большей юридической силы. Наставление основано на ч. 1 ст. 83 УИК РФ, ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ, п. 7 ст. 14 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1, ст. 28 указанного закона. Срок хранения информации в 30 суток является минимальным требованием к техническим средствам СОТ и не регулирует порядок использования переносных видеорегистраторов. Отказ в удовлетворении ходатайств об участии в заседании посредством видеоконференц-связи правомерен, так как участие истца не было признано обязательным, а его правовая позиция изложена письменно; кроме того, в силу ч. 9 ст. 208 КАС РФ он обязан был вести дело через представителя. Получение возражений Минюста за день до заседания не повлияло на законность решения, поскольку суд не связан доводами сторон и проверяет законность акта в полном объеме (ч. 7 ст. 213 КАС РФ).
Цитата из акта
В соответствии с частью 3 статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации перечень технических средств надзора и контроля и порядок их использования устанавливаются нормативными правовыми актами Российской Федерации, к которым исходя из статьи 4 названного кодекса относятся в том числе нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти.
Апелляционная коллегия ВС согласилась, что в силу ч. 3 ст. 55 Конституции РФ возможно ограничение прав федеральным законом для обеспечения безопасности. Ст. 6 ФЗ № 103-ФЗ, ст. 10, 82, 83 УИК РФ, ст. 34 ФЗ «О содержании под стражей...» предусматривают использование аудио- и видеотехники для надзора. Оспариваемые положения направлены на предупреждение преступлений и не регулируют порядок круглосуточного наблюдения, а являются частью механизма обеспечения безопасности (ч. 1 ст. 253 ГПК РФ).
Цитата из акта
В соответствии с частью первой статьи 83 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осуждённых.
Что же касается части третьей статьи 83 УИК Российской Федерации, то она закрепляет, что порядок применения технических средств надзора и контроля определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. […] Таким образом, оспариваемые положения не могут расцениваться как нарушающие права заявителя в его деле и в указанном им аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений, закрепленному Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации», не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.
Право администрации исправительных учреждений и следственных изоляторов использовать технические средства контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность подозреваемых, обвиняемых, осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания подозреваемых, обвиняемых и осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей (часть первая статьи 15, статья 34 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», часть первая статьи 82 и часть первая статьи 83 УИК Российской Федерации), а потому закрепление указанного права оспариваемыми нормами преследует конституционно значимые цели (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 октября 2010 года № 1393-О-О). […] При этом оспариваемые законоположения не регламентируют основания и порядок проведения обысков и досмотров и во всяком случае не предполагают использование аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля для фиксации хода и результатов личного обыска и осмотра тела обыскиваемого, связанных с его обнажением, а следовательно, не могут рассматриваться как нарушающие права заявителя в обозначенном им аспекте.
Согласно части первой статьи 83 УИК Российской Федерации администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.