Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 08.09.2015 № 26-КГ15-55

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело №26-КГ15-55 определение г. Москва 8 сентября 2015 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Кликушина А. А., судей Назаренко Т.Н. и Юрьева ИМ. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Ц*****а М.-Б.Р. и Ц******й М.А. об установлении факта нахождения на иждивении по кассационной жалобе представителя Министерства внутренних дел по Республике Ингушетия К******а М.А. на решение Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 9 декабря 2014 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 19 февраля 2015 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н., выслушав объяснения представителей Министерства внутренних дел по Республике Ингушетия К******а М.А. и Ч*******й Л.А., поддержавших доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : Ц****в М.-Б.Р., года рождения, и Ц*****а М.А., года рождения, обратились в суд с заявлением об установлении факта нахождения на иждивении сына Ц*****а А.М., погибшего 19 декабря 2011 г. при исполнении служебных обязанностей. Указали, что установление данного факта необходимо для получения денежных средств из федерального бюджета на проведение ремонта жилого дома. В судебном заседании Ц****в М.-Б.Р. и Ц*****а М.А. поддержали свое заявление и просили его удовлетворить. Представитель МВД по Республике Ингушетия Г****н СВ. просил отказать в удовлетворении заявления.

Решением Малгобекского городского суда от 9 декабря 2014 г. заявление Ц*****а М.-Б.Р. и Ц******й М.А. удовлетворено, установлен факт их нахождения на иждивении сына Ц*****а А.М. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 19 февраля 2015 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Представитель МВД по Республике Ингушетия К*****в М.А. подал кассационную жалобу, в которой ставится вопрос об отмене указанных судебных постановлений, как незаконных.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы заявителя судьей Верховного Суда Российской Федерации Н*******о Т.Н. 8 июля 2015 г. дело было истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и определением от 17 августа 2015 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. Проверив материалы дела, обсудив обоснованность доводов кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены решения суда первой инстанции и определения суда апелляционной инстанции в кассационном порядке.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Такие нарушения норм материального права были допущены судами обеих инстанций. Согласно части 1 и пункту 2 части 2 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении.

Разрешая спор и признавая установленным факт нахождения Ц******й М.А. и Ц*****а М.-Б.Р. на иждивении Ц*****а А.М., суд первой инстанции, исходя из размера заработной платы Ц*****а А.М., размера пенсии по инвалидности Ц******й М.А., отсутствия заработной платы у Ц*****а М.-Б.Р., пришел к выводу, что заработная плата Ц*****а А.М. являлась основным источником доходов и средств к существованию Ц******й М.А. и Ц*****а М.-Б.Р. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судебные постановления приняты с нарушением норм материального права и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 19 декабря 2011 г. погиб Ц****в А.М. (л.д. б). Заключением, утвержденным министром внутренних дел по Республике Ингушетия 20 января 2012 г., признано, что Ц****в А.М. погиб при исполнении служебных обязанностей (л.д. 62-66). Ц****в М.-Б.Р. и Ц*****а М.А. приходятся Ц*****у А.М. родителями, получают пенсию по случаю потери кормильца (л.д. 49). Согласно справке центра финансового обеспечения МВД России денежное содержание Ц*****а А.М. за октябрь, ноябрь, декабрь 2011 года составило руб., руб. и руб. соответственно (л.д. 53). Из справки, выданной руководителем бюро медико-социальной экспертизы, усматривается, что Ц******й М.А. установлена II группа инвалидности (л.д. 54-55). Согласно справке отделения ПФР в Малгобекском районе и г. Малгобеке размер пенсии Ц******й М.А. по инвалидности составляет руб. (л.д. 56).

Согласно справке муниципального образования «Сельское поселение Зязиков-Юрт» Малгобекского муниципального района Ц****в А.М. на день смерти [адрес скрыт]). В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 10 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» члены семьи сотрудника, погибшего (умершего) вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в органах внутренних дел, имеют право на получение денежных компенсаций расходов на оплату ремонта принадлежащего им индивидуального жилого дома.

Как следует из подпункта «д» пункта 3 Правил обеспечения проведения ремонта индивидуальных жилых домов, принадлежащих членам семей военнослужащих и сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, потерявших кормильца, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27 мая 2006 г. № 313, к членам семей погибших (умерших) военнослужащих относятся лица, находившиеся на иждивении погибшего (умершего) военнослужащего. В силу пункта 4 части 2 статьи 1 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» членами семьи сотрудника и гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в органах внутренних дел, и лицами, находящимися (находившимися) на их иждивении, считаются лица, находящиеся (находившиеся) на полном содержании сотрудника (гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в органах внутренних дел) или получающие (получавшие) от него помощь, которая является (являлась) для них постоянным и основным источником средств к существованию, а также иные лица, признанные иждивенцами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Частью 2 статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что иждивенцами признаются нетрудоспособные члены семьи, находящиеся на полном содержании работника или получающие от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию. Таким образом, для признания лиц находившимися на иждивении в целях получения предусмотренных статьей 10 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» компенсационных выплат необходимо установление одновременно наличия следующих условий: нетрудоспособности лица, постоянности источника средств к существованию и установления факта того, что такой источник является основным для существования лица.

Отсутствие одного из указанных условий исключает возможность признания лица иждивенцем. При определении круга лиц, относящихся к нетрудоспособным, следует руководствоваться пунктом «б» части 3 статьи 29 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 г. № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовноисполнительной системы, и их семей», согласно которому нетрудоспособными членами семьи считаются отец, мать и супруг, если они достигли возраста: мужчины - 60 лет, женщин - 55 лет, либо являются инвалидами.

Судом установлено, что на момент гибели Ц*****а А.М. (19 декабря 2011г.) его отец Ц****в М.-Б.Р., года рождения (л.д. 2), пенсионного возраста для назначения пенсии по старости не достиг, киках - либо документов о нетрудоспособности не представил. Учитывая, что на момент смерти сына заявитель Ц****в М.-Б.Р. являлся трудоспособным, совокупность предусмотренных законом условий, необходимых для признания заявителя находившимся на иждивении умершего, отсутствовала. При таких обстоятельствах вывод суда о нахождении Ц*****а М.-Б.Р. на иждивении сына нельзя признать основанным на положениях действующего законодательства, регулирующего данные правоотношения. Матери Ц*****а А.М. - Ц******й М.А. на дату его смерти была установлена II группа инвалидности, она являлась нетрудоспособной.

Между тем иные предусмотренные законом условия, необходимые для признания заявителя находившейся на иждивении умершего, отсутствуют. На момент смерти сына заявитель являлась получателем пенсии в размере руб., а денежное содержание Ц*****а А.М. за октябрь, ноябрь, декабрь 2011 года составляло руб., руб., руб. соответственно. Однако сам по себе факт того, что Ц****в А.М. получал доходы, превышающие размер пенсии матери, доказательством, подтверждающим доводы заявителя о нахождении ее на иждивении сына, не является. Также сам по себе факт совместного проживания заявителя вместе с сыном не свидетельствует о нахождении заявителя на иждивении сына. Из материалов дела следует, что Ц****в А.М. [адрес скрыт]).

Учитывая численный состав семьи Ц*****а А.М., а также отсутствие в деле доказательств того, что он оказывал матери такую материальную помощь, которая была бы для нее постоянным и основным источником средств к существованию, вывод суда о нахождении заявителя Ц******й М.А. на иждивении сына Ц*****а А.М. нельзя признать основанным на положениях действующего законодательства, регулирующего данные правоотношения. Судебная коллегия находит, что допущенные судами первой и второй инстанций нарушения норм материального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Министерства внутренних дел по Республике Ингушетия, в связи с чем судебные постановления подлежат отмене.

Поскольку по делу установлены обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения заявления, однако судом допущена ошибка в применении норм материального права, Судебная коллегия полагает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявления. Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила : решение Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 9 декабря 2014 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 19 февраля 2015 г. отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении заявления Ц*****а М.-Б.Р. и Ц******й М.А. об установлении факта нахождения на иждивении отказать. Председательствующий