Определение Конституционного Суда РФ от 30.06.2020 № 1373-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К******а Э*****а В*********а на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 8 Федерального закона «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», а также статьей 4 и частью первой статьи 4129 УПК Российской Федерации город Санкт-Петербург 30 июня 2020 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Э.В.К******а к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Приговором Кемеровского областного суда от 3 августа 2005 года, вынесенным коллегией в составе судьи и двух народных заседателей, гражданин Э.В.К*****в осужден (с учетом изменений, внесенных судом кассационной инстанции) к пожизненному лишению свободы. В 2019 году осужденный обратился в Президиум Верховного Суда Российской Федерации с надзорной жалобой, в которой просил отменить принятые по его уголовному делу судебные решения, указывая на незаконность состава суда первой инстанции, поскольку его ходатайство о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей осталось без рассмотрения. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2019 года отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции жалобы осужденного о пересмотре вынесенных в его отношении судебных решений.

Соглашаясь с данным постановлением, заместитель Председателя этого Суда в своем решении от 5 марта 2020 года в числе прочего отметил, что на момент вынесения судом первой инстанции постановления о назначении судебного заседания (16 сентября 2002 года) институт суда присяжных в Кемеровской области не был введен в действие. В этой связи Э.В.К*****в просит признать не соответствующими статьям 15 (часть 4), 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации пункты 1 и 2 статьи 8 Федерального закона от 18 декабря 2001 года № 177-ФЗ «О введении в действие Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации», а также статью 4 «Действие уголовно-процессуального закона во времени» и часть первую статьи 4129 «Основания отмены или изменения судебных решений в порядке надзора» УПК Российской Федерации, поскольку данные нормы, по утверждению заявителя, воспрепятствовали возможности рассмотрения его уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, а также позволили суду надзорной инстанции необоснованно отказать в удовлетворении надзорной жалобы на приговор, постановленный незаконным составом суда.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Согласно статьям 47 (часть 2) и 123 (часть 4) Конституции Российской Федерации обвиняемый в совершении преступления имеет право на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей в случаях, предусмотренных федеральным законом. При этом абзацем первым пункта 6 раздела второго «Заключительные и переходные положения» Конституции Российской Федерации предусмотрено, что впредь до введения в действие федерального закона, устанавливающего порядок рассмотрения дел с участием присяжных заседателей, сохраняется прежний порядок судебного рассмотрения соответствующих дел.

Из этих конституционных положений в их взаимосвязи, как признал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 2 февраля 1999 года № 3-П и в Определении от 31 мая 1999 года № 120-О, следует правомочие законодателя в течение переходного периода, конкретные временные границы которого в Конституции Российской Федерации не указаны, внести соответствующие изменения в законодательство; при этом установление сроков, порядка и процессуальных механизмов введения суда присяжных по делам о преступлениях, за которые в качестве меры наказания предусмотрена смертная казнь, составляет компетенцию законодателя.

Названное правомочие и было реализовано законодателем путем принятия Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона от 18 декабря 2001 года № 177-ФЗ «О введении в действие Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации», согласно статье 8 которого (в ее первоначальной редакции) нормы Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующие рассмотрение уголовных дел судом с участием присяжных заседателей, подлежали введению в действие на всей территории Российской Федерации с 1 января 2003 года (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2004 года № 102-О). Э.В.К*****в, указывая в своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации на нарушение его прав пунктами 1 и 2 статьи 8 названного Федерального закона, не учитывает, что оспариваемая им редакция данной статьи не могла применяться в его деле, поскольку была принята Федеральным законом от 27 декабря 2002 года № 181-ФЗ (а не Федеральным законом от 29 мая 2002 года №59-ФЗ, как он ошибочно полагает), т.е. уже после принятия судом первой инстанции постановления о назначении судебного заседания по уголовному делу заявителя.

Между тем, и согласно пункту 2 статьи 8 Федерального закона от 18 декабря 2001 года № 177-ФЗ «О введении в действие Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации» положение Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающее рассмотрение уголовных дел судом с участием коллегии присяжных заседателей, введено в действие в Кемеровской области также с 1 января 2003 года, а пункт 1 данной статьи предусматривает введение суда присяжных с 1 июля 2002 года только лишь в Алтайском, Краснодарском и Ставропольском краях, а также в Ивановской, Московской, Ростовской, Рязанской, Саратовской и Ульяновской областях.

При этом в соответствии со статьей 4 УПК Российской Федерации при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено данным Кодексом.

Что же касается части первой статьи 4129 УПК Российской Федерации, согласно которой основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда в порядке надзора являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального законов, повлиявшие на исход дела, либо выявление данных, свидетельствующих о несоблюдении лицом условий и невыполнении им обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве, то, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, данное законоположение не содержит неопределенности, исключающей правильное и единообразное применение закона, не нарушает права на судебную защиту и отвечает роли, месту и полномочиям суда как независимого органа правосудия (определения от 23 июня 2015 года № 1334-О, от 25 апреля 2019 года № 1153-О и др.).

Таким образом, отсутствуют основания утверждать, что оспариваемые законоположения нарушают право заявителя на рассмотрение его дела законным составом суда, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К******а Э*****а В*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 1373-О