Определение Конституционного Суда РФ от 18.07.2017 № 1510-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б***к О***и В**********ы на нарушение ее конституционных прав частями первой, второй, шестой и девятой статьи 115, пунктом 8 части второй статьи 213, пунктом 2 части третьей статьи 239, пунктом 4 части первой статьи 306 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 18 июля 2017 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки О.В.Б***к к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил :

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданка О.В.Б***к, которой судом отказано в удовлетворении исковых требований о возложении обязанности на орган предварительного следствия возвратить ранее подвергнутое аресту здание и о возмещении за счет казны Российской Федерации убытков, просит признать противоречащими статьям 2, 8 (часть 2), 17 (часть 2), 18, 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1–3), 46 (часть 1), 52, 53, 55 (часть 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации следующие законоположения: часть вторую статьи 115 «Наложение ареста на имущество» УПК Российской Федерации во взаимосвязи с частями первой и шестой той же статьи в той мере, в какой они допускают возможность изъятия арестованного судом имущества и передачи его на хранение третьим лицам при отсутствии указания об этом в судебном решении о наложении ареста на имущество; часть девятую статьи 115 УПК Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 8 части второй статьи 213 «постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования», пунктом 2 части третьей статьи 239 «Прекращение уголовного дела или уголовного преследования» и пунктом 4 части первой статьи 306 «Резолютивная часть оправдательного приговора» данного Кодекса в той мере, в какой они не возлагают на следственный орган или орган дознания в случае отмены ареста имущества обязанности по возврату собственнику арестованного имущества, ранее изъятого данными органами и переданного на хранение иному лицу, чем его собственник или законный владелец; пункт 2 статьи 1070 «Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда» ГК Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому правоприменительной практикой, им предусматривается возможность возмещения реабилитированному лицу по уголовному делу вреда и убытков в порядке статьи 1069 данного Кодекса, т.е. при признании судом незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и наличии вины должностных лиц таких органов в причинении вреда.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Часть первая статьи 115 УПК Российской Федерации прямо указывает, что при решении вопроса о наложении ареста на имущество суд должен указать на конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение, а также установить ограничения, связанные с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом. Соответственно, предусмотренное частями второй и шестой той же статьи изъятие имущества как ограничение права владения и пользования им не может осуществляться без указания на это в судебном решении.

Часть девятая статьи 115 УПК Российской Федерации, предусматривающая, что арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость, а также в случае истечения установленного судом срока ареста, наложенного на имущество, или отказа в его продлении, а также пункт 8 части второй статьи 213 данного Кодекса, согласно которому в постановлении о прекращении уголовного дела и уголовного преследования указывается решение об отмене наложения ареста на имущество, предполагают выполнение судом, прокурором, следователем, дознавателем обязанности разъяснять участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав (часть первая статьи 11 УПК Российской Федерации), в том числе права владения, пользования и распоряжения имуществом, наложение ареста на которое было отменено.

Пункт 2 статьи 1070 ГК Российской Федерации, согласно которому вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 той же статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 данного Кодекса, а вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу, и статья 1069 данного Кодекса, устанавливающая ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, их должностными лицами, направлены на защиту прав потерпевших в деликтных обязательствах, реализацию требований статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2011 года № 209-О-О, от 17 января 2012 года № 149-О-О, от 22 марта 2012 года № 503-О-О, от 29 мая 2012 года № 907-О, от 24 октября 2013 года № 1663-О, от 20 марта 2014 года № 540-О и др.).

Таким образом, оспариваемые законоположения не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы в указанном ею аспекте. Вопросы же о том, соответствовали ли в ее деле действия следователя по изъятию имущества предписаниям, содержащимся в судебном решении о разрешении наложения ареста на это имущество, а также в каком порядке должно быть возвращено изъятое имущество, как связанные с установлением фактических обстоятельств конкретного дела и проверкой правильности применения правовых норм, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации». Что же касается пункта 2 части третьей статьи 239 и пункта 4 части первой статьи 306 УПК Российской Федерации, то они в деле заявительницы не применялись.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б***к О***и В**********ы, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 1510-О