2. При возникновении угрозы личной безопасности осужденного он вправе обратиться с заявлением к любому должностному лицу учреждения, исполняющего наказания в виде принудительных работ, ареста или лишения свободы, с просьбой об обеспечении личной безопасности. В этом случае указанное должностное лицо обязано незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности обратившегося осужденного.(В редакции федеральных законов от 27.12.2009 № 377-ФЗ ; от 07.12.2011 № 420-ФЗ )
3. Начальник учреждения, исполняющего указанные в части второй настоящей статьи виды наказаний, по заявлению осужденного либо по собственной инициативе принимает решение о переводе осужденного в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу личной безопасности осужденного.
4. Меры безопасности в отношении осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства, осуществляются начальником учреждения или органа, исполняющего наказание, на основании мотивированного постановления (определения) суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя.(Дополнение частью - Федеральный закон от 03.04.2006 № 46-ФЗ )
Как Верховный Суд и Конституционный Суд применяют статью 13 Уголовно-исполнительного кодекса РФ
Как следует из жалобы, В.И.П****в, аргументируя свою позицию о нарушении его прав, утверждает, что безопасное место, в которое он был помещен, не отвечало требованиям статьи 13 УИК Российской Федерации, поскольку сотрудники администрации исправительного учреждения посещали его в камере, нарушали его право на непрерывный восьмичасовой сон, оказывали на него психологическое давление, однако суды не усмотрели в этом нарушения его прав.
Таким образом, оспариваемые нормы направлены на защиту законных интересов осужденных, в том числе их права на личную безопасность (часть первая статьи 10 и часть первая статьи 13 УИК Российской Федерации), реализация которого не носит произвольный характер, а потому не могут рассматриваться как нарушающие права заявителя.