Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11.04.2017 № 5-КГ17-31

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №5-КГ17-31 определение г. Москва 11 апреля 2017 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Кликушина А.А. судей Назаренко Т.Н. и Юрьева И.М. рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Т*******й В А к Департаменту городского имущества г. Москвы об установлении факта родственных отношений, факта принятия наследства, признании права собственности, по встречному иску Департамента городского имущества г. Москвы к Т*******й В А о признании имущества выморочным и признании права собственности по кассационной жалобе представителя Т*******й В А - А*******й В Д на решение Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 26 января 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 июля 2016 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Назаренко Т.Н., объяснения представителя Т*******й В.А. - А*******й В.Д., поддержавшей доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : Т******а В А обратилась с иском к Департаменту городского имущества г.

Москвы об установлении факта родственных отношений между Р*******й А М и Т*******й (Р*******й) В Н , о признании факта принятия Т*******й В Н наследства умершей 25 апреля 1998 года Р*******й А М , признании права собственности за Т*******й В А в порядке наследования по закону по праву представления 1А доли в праве собственности на квартиру по адресу: г. , после Р*******й А.М. В обоснование исковых требований Т******а В.А. указала, что после смерти ее бабушки Р*******й А М , наступившей в 1998 году, открылось наследство в виде % доли в праве собственности на жилое помещение. Мать истца Т******а (Р******а) В.Н. фактически приняла наследство после смерти Р*******й А.М., но не могла оформить наследство после смерти биологической матери, поскольку в 1948 году была удочерена супругами Т*******м Н С и Т*******й М К .

Однако с 1944 года Т******а В.Н., Р******а А.М., супруги Т******ы проживали одной семьёй, родственных отношений не теряли, в связи с чем по гражданскому законодательству того времени на момент своего усыновления Т******а (Р******а) В.Н. могла наследовать имущество после смерти своей родной матери Р*******й А.М. Спорное жилое помещение в 1992 году было приватизировано в общую собственность Р*******й А.М., Т*******й В.Н., Т*******й В.А. и С***а И.Т. В 1998 году, не оставив завещания, умерла Р******а А.М., наследственное дело не открывалось. 29 августа 2014 г. умерла Т******а В.Н., наследство которой, состоящее из 1Л доли с******о жилого помещения, приняла истец.

Поскольку % доля, оставшаяся после смерти Р*******й А.М., была фактически принята Т*******й В.Н., для наследников, у которых возникла необходимость устанавливать факт родственных отношений и признавать право собственности на с*****е жилое помещение, обращение в суд является единственно возможным способом защиты своих прав. Департамент городского имущества г. Москвы иск не признал и обратился со встречным иском к Т*******й В.А. о признании имущества выморочным и признании за г.

Москвой права собственности на Ул доли жилого помещения. В обоснование своих требований Департамент указал, что Т******а В.Н. утратила личные неимущественные и имущественные права в отношении наследственного имущества своей биологической матери Р*******й А.М., поскольку в 1948 году была удочерена супругами Т********и. В соответствии со статьёй 137 Семейного кодекса Российской Федерации усыновлённые дети утрачивают личные неимущественные и имущественные права и освобождаются от обязанностей по отношению к своим родителям (своим родственникам).

Нормами статьи 1147 Гражданского кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что усыновлённый и его потомство не наследуют по закону после смерти родителей усыновлённого и других родственников по происхождению, а родители усыновлённого и другие его родственники не наследуют по закону после смерти усыновлённого и его потомства, за исключением случаев указанных в пункте 3 настоящей статьи. Решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 26 января 2016 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 июля 2016 г., в удовлетворении первоначального иска отказано, встречные исковые требования удовлетворены.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2016 г. представителю Т*******й В.А. - А*******й В.Д. отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. В кассационной жалобе представителя Т*******й В.А. - А*******й В.Д ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены вынесенных судебных постановлений.

По запросу заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2017 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки в кассационном порядке; определением заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации Нечаева В.И. от 15 марта 2017 г. отменено определение судьи Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2016 г., кассационная жалоба представителя Т*******й В.А. - А*******й В.Д. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений. В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Такие нарушения норм материального права были допущены при рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций.

Судом установлено, что истец проживает в четырёхкомнатной квартире , расположенной по адресу: . С*****е жилое помещение было предоставлено 14 сентября 1944 г. Т******у Н С , писателю, председателю Союза писателей СССР, председателю Комитета защиты мира СССР, депутату Верховного Совета СССР.

Вместе с ним в указанную квартиру были вселены его супруга Т******а М К , а также Р******а А М , Т******а В Н (до перемены фамилии, отчества - Р******а В А ) (л.д. 11 -13,73, 74). Т*****в НС. и Т******а М.К. умерли соответственно в 1979 и 1975 годах, в с*****м жилом помещении остались проживать Р******а А.М., Т******а В.Н. и родившаяся в году Т******а В А - истец по настоящему делу. С*****е жилое помещение по договору передачи от 29 июля 1992 г. передано в общую собственность без определения долей Р*******й А.М., Т*******й В.Н., Т*******й В.А. и С***у И.Т. - мужу истца (л.д. 30). В 1998 году не оставив завещания умерла Р******а А.М. (л.д. 5).

Наследственное дело не открывалось. 29 августа 2014 г. умерла Т******а В.Н. (л.д. 9), наследство которой, состоящее из 1А доли с******о жилого помещения, приняла истец, являющаяся наследником первой очереди, о чём свидетельствует выданное свидетельство о праве на наследство по закону от 30 ноября 2015 г. (л.д. 43). Поскольку наследственное имущество Р*******й А.М. в виде % доли квартиры, по мнению истца, было фактически принято Т*******й В.Н., истец обратилась в суд с иском об установлении факта родственных отношений между Р*******й А.М. и Т*******й В.Н., факта принятия наследства Т*******й В.Н. после смерти Р*******й А.М., признании права собственности истца на 1/4 доли квартиры. Из представленных в материалы дела документов следует, что г. родилась Р******а В от матери Р*******й А М , в графе «отец» записано имя А , о чём указано в записи акта о рождении (л.д. 65).

Согласно представленной выписке из протокола заседания исполкома Ленинского районного Совета депутатов трудящихся г. Москвы от 5 апреля 1948 г. утверждено усыновление Р*******й В , года рождения, с согласия матери гражданами Т********и Н С и М К , [адрес скрыт]), о чём выдано свидетельство об усыновлении от 14 мая 1948 г. № 22 (л.д. 8). Также 14 мая 1948 г. в запись акта о рождении Р*******й В внесены исправления на основании отношения об усыновлении Ленинградского районного отдела ЗАГС г. Москвы, где фамилия Р******а изменена на Т******у, а отчество - на Н . В сведениях о родителях указаны Т******ы Н С и М К (л.д. 65).

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что согласно законодательству, действующему на момент смерти Р*******й А.М., Т******а В.Н. не является наследником Р*******й А.М., поскольку была усыновлена супругами Т********и, а проживание в одном жилом помещении одной семьёй с биологической матерью, и усыновление её не по решению суда, не предоставляют право Т*******й В.Н. наследовать имущество Р*******й А.М. Р******а А.М., зная об усыновлении своей дочери, не оставила завещание. При таких обстоятельствах истец, являющаяся дочерью усыновлённой Т*******й В.Н., также не имеет права наследовать имущество после смерти Р*******й А.М. В свою очередь, требования Департамента г. Москвы о признании имущества выморочным подлежат удовлетворению, поскольку наследников у Р*******й А.М. не имеется.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и оставил решение без изменения. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что постановленные по настоящему гражданскому делу судебные акты приняты с нарушением норм материального права и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям. Усыновление Т*******й (Р*******й) В.Н. произведено супругами Т********и в 1948 году на основании действовавшего на момент усыновления Кодекса законов о браке, семье и опеке от 19 ноября 1926 г. Согласно статьям 57, 59, 60, 61, 62, 64 указанного кодекса усыновление допускается только в отношении малолетних и несовершеннолетних и исключительно в интересах детей. Усыновление производится постановлением органов опеки и попечительства и подлежит регистрации в общем порядке в органах записей актов гражданского состояния.

При усыновлении усыновляемому может быть присвоена фамилия усыновителя, а также при наличии согласия усыновляемого, и отчество усыновителя. При наличности родителей усыновляемого или в случае нахождения его под опекой или под попечительством для усыновления требуется согласие не лишённых родительских прав родителей, опекунов или попечителей. При усыновлении кого-либо лицом, состоящим в браке, требуется согласие другого супруга.

Усыновлённые и их потомство по отношению к усыновителям и усыновители по отношению к усыновляемым и их потомству в личных и имущественных правах и обязанностях приравниваются к родственникам по происхождению. В отличие от Кодекса о браке и семье РСФСР от 30 июля 1969 г. или Семейного кодекса Российской Федерации от 29 декабря 1995 г., где прямо указано, что усыновлённые дети утрачивают личные неимущественные и имущественные права и освобождаются от обязанностей по отношению к своим родителям (своим родственникам), Кодекс законов о браке, семье и опеке 1926 года не содержал ограничений в отношении неимущественных и имущественных прав усыновленных в отношении своих биологических родителей.

Согласно разъяснениям Народного комиссариата РСФСР юстиции от 1927 года к статье 57 Кодекса законов о браке, семье и опеке от 19 ноября 1926 г. усыновление не может влечь за собой лишение усыновлённого права на наследование имущества, оставшегося после смерти его родителей.

Практика гражданско-судебной коллегии Верховного Суда РСФСР 1937 года также устанавливала, что усыновлённые могут претендовать в будущем на наследство своих фактических родителей, поскольку статья 418 Гражданского кодекса РСФСР, действовавшего на тот момент, не ограничивает лиц усыновлённых в правах наследования имущества, оставшегося после умерших родителей, а разъяснение НКЮ от 1927 года, являющееся дополнением к статье 57 Кодекса законов о браке, определённо утверждает, что усыновление не может влечь за собой лишение усыновлённого права на наследование имущества, оставшегося после смерти его родителей (Советская юстиция, № 4, НКЮ СССР, 1937 г.).

Таким образом, гражданским законодательством РСФСР на момент усыновления Т*******й (Р*******й) В.Н. супругами Т********и допускалась возможность наследования имущества после смерти своих биологических родителей, в том числе путём фактического принятия наследства, в связи с чем Т******а В.Н. приняла наследственное имущество в виде V* доли с******о жилого помещения после смерти биологической матери Р*******й А.М. При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции и апелляционное определение нельзя признать законными.

Они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции. При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, установить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, и вынести решение в соответствии с требованиями закона (ст. 195-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила : решение Замоскворецкого районного суда г.

Москвы от 26 января 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 18 июля 2016 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Председательствующий Судьи