Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17.08.2015 № 26-КГ15-32

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ №26-КГ15-32 определение г. Москва 17 августа 2015 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Пчелинцевой Л.М., судей Кириллова ВС. и Фролкиной СВ. рассмотрела в открытом судебном заседании 17 августа 2015 г. гражданское дело по иску Ф******а З А к Министерству внутренних дел по Республике Ингушетия о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, расходов на оплату услуг представителя, компенсации морального вреда по кассационной жалобе представителя Министерства внутренних дел по Республике Ингушетия Т*****а М.А. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 27 ноября 2014 г., которым отменено решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 21 июля 2014 г. об отказе в иске и принято новое решение о частичном удовлетворении исковых требований.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кириллова В. С, выслушав объяснения представителей Министерства внутренних дел по Республике Ингушетия К******а М.А. и Ч*******й Л.А., поддержавших доводы кассационной жалобы, заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации К*******а Е.И., полагавшего кассационную жалобу подлежащей удовлетворению, а апелляционное определение подлежащим отмене с оставлением в силе решения суда первой инстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила : Ф*****в ЗА. обратился в суд с иском к Министерству внутренних дел по Республике Ингушетия (далее - МВД по Республике Ингушетия) о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, расходов на оплату услуг представителя, компенсации морального вреда. В обоснование иска Ф*****в ЗА. указал на то, что с 1999 года проходил службу в органах внутренних дел Республики Ингушетия.

Приказом МВД по Республике Ингушетия от 28 мая 2014 г. № 261 л/с он уволен со службы в органах внутренних дел по п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с осуждением сотрудника за преступление, а также в связи с прекращением в отношении сотрудника уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием), а именно вследствие акта об амнистии.

Считал увольнение незаконным, поскольку на момент его увольнения со службы положения п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ признаны несоответствующими Конституции Российской Федерации постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2014 г. № 7-П «По делу о проверке конституционности положения п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона «О службе в органах внутренних дел Российской федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с жалобами граждан А*********а А.М., Р********а К.Г., С*********а Г.К., Т*******а Е.В.». Представитель ответчика иск не признал. Решением Магасского районного суда Республики Ингушетия от 21 июля 2014 г. в удовлетворении исковых требований Ф******а ЗА. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 27 ноября 2014 г. решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение, которым исковые требования Ф******а ЗА. удовлетворены частично.

Судом признан незаконным приказ МВД по Республике Ингушетия от 28 мая 2014 г. № 261 л/с об увольнении Ф******а ЗА. со службы в органах внутренних дел по п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ. Ф*****в ЗА. восстановлен на службе в МВД по Республике Ингушетия. С МВД по Республике Ингушетия в пользу Ф******а ЗА. взысканы денежное довольствие за время вынужденного прогула с 28 мая по 27 ноября 2014 г. в сумме руб., компенсация морального вреда в сумме руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме руб. В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе представителя МВД по Республике Ингушетия Т*****а М.А. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены апелляционного определения, как незаконного, и оставления в силе решения суда первой инстанции.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы представителя МВД по Республике Ингушетия Т*****а М.А. судьёй Верховного Суда Российской Федерации Кирилловым ВС. 16 апреля 2015 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и его же определением от 10 июля 2015 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. В судебное заседание Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации Ф*****в ЗА., извещённый о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не явился, о причинах неявки не сообщил. От представителя Ф******а ЗА. по доверенности Д********а Б.М. поступили письменные возражения на доводы кассационной жалобы.

На основании ст. 385 ГПК РФ Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражения на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены в кассационном порядке судебного постановления. Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (ст. 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела имеются такого характера существенные нарушения норм материального права, допущенные судом апелляционной инстанции, которые выразились в следующем. Судом установлено и усматривается из материалов дела, что Ф*****в З.А. проходил службу в органах внутренних дел с 1999 года, последняя занимаемая должность - (по административной границе МВД по Республике Ингушетия).

Приказом МВД по Республике Ингушетия от 28 мая 2014 г. № 261 л/с Ф*****в З.А. уволен из органов внутренних дел на основании п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в связи с осуждением сотрудника за преступление, а также в связи с прекращением в отношении сотрудника уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием), а именно вследствие акта об амнистии.

Основанием для издания данного приказа послужило заключение служебной проверки от 5 марта 2014 г. № 30, проведенное по сообщению о наличии прекращенного вследствие акта об амнистии уголовного дела в отношении Ф******а З.А. В ходе проведения служебной проверки было установлено, что 3 мая 2000 г. Ф*****в ЗА., находясь в автомашине , предложил пассажирке Ц вступить в половую связь, получив отказ, грубо нарушая общественный порядок, в течение 10 минут нецензурно выражаясь, нанес несколько ударов руками в различные части тела Ц в результате чего причинил ей телесные повреждения. По данному факту в отношении Ф******а З.А. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 213 Уголовного кодекса Российской Федерации (хулиганство).

Определением Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 9 августа 2000 г. уголовное дело в отношении Ф******а З.А. было прекращено вследствие акта об амнистии.

Принимая решение об отказе Ф******у З.А. в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того обстоятельства, что факт наличия в отношении истца уголовного дела, прекращенного определением суда от 9 августа 2000 г. вследствие акта об амнистии, нашел свое подтверждение и Ф*******м З.А. не отрицается, в связи с чем, руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 29 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (действовавшей на момент увольнения Ф******а З.А. со службы - 28 мая 2014 г.), согласно которому сотрудник полиции не может находиться на службе в полиции в случае прекращения в отношении его уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием, пришел к выводу о том, что у ответчика имелись основания для увольнения Ф******а З.А. в соответствии с п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Суд первой инстанции также указал на то, что декриминализация уголовно наказуемого деяния (хулиганство), в совершении которого обвинялся Ф*****в ЗА., не произошла, истцом доказательств отмены определения Малгобекского городского суда Республики Ингушетии от 9 августа 2000 г. в связи с устранением преступности деяния не представлено.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об удовлетворении иска Ф******а З.А. о признании незаконным приказа об увольнении истца со службы, восстановлении его на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции сослался на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 21 марта 2014 г. № 7-П, согласно которой положения п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, как допускающие увольнение сотрудника органов внутренних дел в связи с совершением им деяния, которое на момент решения вопроса о расторжении с ним контракта о прохождении службы и увольнения его со службы не признается преступлением. С учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, а также положений Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации», в соответствии с которыми квалифицирующие признаки уголовно наказуемого деяния - хулиганства по ст. 213 УК РФ, такие как «применение насилия к гражданам, угроза применения насилия, а равно уничтожение и повреждение чужого имущества», исключены из данной нормы закона, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что деяние, за совершение которого Ф*****в З.А. привлекался к уголовной ответственности (ч. 1 ст. 213 УК РФ), на момент проведения служебной проверки и увольнения Ф******а З.А. декриминализировано, в связи с чем у ответчика не имелось оснований для увольнения истца по п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что вывод суда апелляционной инстанций о незаконности увольнения Ф******а З.А. со службы является ошибочным, основанным на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения. На момент возбуждения в отношении Ф******а З.А. уголовного дела (в 2000 году) служба в органах внутренних дел регулировалась Законом Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции» и Положением о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 г. № 4202-1.

Частью 2 ст. 19 Закона Российской Федерации от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции» предусматривалось, что не могут быть приняты на службу в милицию граждане, имеющие либо имевшие судимость, а также граждане, уголовное преследование в отношении которых прекращено за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, за исключением уголовных дел частного обвинения, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием. С 1 января 2012 г. порядок и условия прохождения службы в органах внутренних дел урегулированы в Федеральном законе от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ), другими федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Согласно п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент увольнения истца со службы) контракт о прохождении службы в органах внутренних дел подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел - увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с осуждением сотрудника за преступление, а также в связи с прекращением в отношении сотрудника уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием.

Пунктом 3 ч. 1 ст. 29 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (действовавшей на момент возникновения спорных отношений и утратившей силу в соответствии с Федеральным законом от 12 февраля 2015 г. № 16-ФЗ) предусмотрено, что сотрудник полиции не может находиться на службе в полиции в случае прекращения в отношении его уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием.

Из приведенных нормативных положений следует, что сотрудник органов внутренних дел не может находиться на службе (проходить службу в органах внутренних дел) и должен быть уволен со службы в случае прекращения в отношении сотрудника уголовного преследования за истечением срока давности, в связи с примирением сторон, вследствие акта об амнистии, в связи с деятельным раскаянием. Учитывая, что в отношении Ф******а З.А. возбуждалось уголовное дело, прекращенное определением суда от 9 августа 2000 г. вследствие акта об амнистии, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что у ответчика имелись основания для увольнения Ф******а З.А. в соответствии п. 7 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Судом апелляционной инстанции не принято во внимание, что служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы и направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, в том числе предполагающего для этой категории граждан особые требования к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные выполняемыми задачами и специфическим характером деятельности указанных лиц.

Ссылки суда апелляционной инстанции в обоснование вывода о незаконности увольнения Ф******а З.А. со службы на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в постановлении от 21 марта 2014 г. № 7-П, а также на положения Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» о декриминализации деяния, за совершение которого Ф*****в З.А. привлекался к уголовной ответственности (ч. 1 ст. 213 УК РФ), на момент проведения служебной проверки и увольнения Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит ошибочными.

Согласно ч. 1 ст. 213 УК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения деяния, за которое истец привлекался к уголовной ответственности) хулиганством признавалось грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества. Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» в ч. 1 ст. 213 УК РФ внесены изменения, в соответствии с которыми квалифицирующие признаки уголовно наказуемого деяния - хулиганства (ч. 1 ст. 213 УК РФ), такие как «применение насилия к гражданам, угроза применения насилия, а равно уничтожение и повреждение чужого имущества», исключены из данной нормы закона.

Между тем действия, направленные на применение насилия к гражданам из хулиганских побуждений, ранее предусмотренные ч. 1 ст. 213 УК РФ, после вступления в силу Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ не были декриминализированы, ответственность за эти же действия предусмотрена в иных статьях Уголовного кодекса Российской Федерации, как совершение иных насильственных действий из хулиганских побуждений. Следовательно, декриминализации уголовно наказуемого деяния (хулиганство), в совершении которого обвинялся Ф*****в ЗА., не произошло, определение Малгобекского городского суда Республики Ингушетия от 9 августа 2000 г. о прекращении уголовного дела в отношении Ф******а З.А. в связи с устранением преступности деяния не отменено, в связи с чем вывод суда апелляционной инстанции о декриминализации преступления, в совершении которого обвинялся Ф*****в ЗА., нельзя признать законным.

Суд первой инстанции правомерно указал на то, что сама по себе декриминализация уголовно наказуемого деяния, имея обратную силу и устанавливая определенные правовые последствия, в отсутствие судебного решения об отмене определения суда, в данном случае о прекращении уголовного преследования вследствие акта об амнистии, не изменяет факта прекращения в отношении сотрудника полиции уголовного преследования по нереабилитирующему основанию, являющемуся в силу требований закона основанием для увольнения сотрудника органов внутренних дел.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены решения суда первой инстанции. С учётом изложенного обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции нельзя признать законным, поскольку оно принято с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов МВД по Республике Ингушетия, что согласно ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены апелляционного определения и оставления в силе решения суда первой инстанции, который отказал в иске Ф******а З.А. к МВД по Республике Ингушетия о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на службе, взыскании денежного довольствия за время вынужденного прогула, расходов на оплату услуг представителя, компенсации морального вреда.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь ст. 387, 388, 390 ГПК РФ, определила : апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия от 27 ноября 2014 г. отменить, оставить в силе решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 21 июля 2014 г. Председательствующий