Решение Верховного Суда РФ (первая инстанция) от 02.02.2006 № ГКПИ05-1640
Оригинал на сайте ВС · Карточка дела на сайте ВС
Позиция Верховного Суда
ВС РФ, руководствуясь ст. 194-198, 253 ГПК РФ, п. 1 ст. 253 ГПК РФ, указал: оспариваемое положение не противоречит федеральному закону. Запрет основан на ч. 1 ст. 11 УИК РФ (осужденные обязаны соблюдать нравственные нормы поведения), п. 6 ст. 1 Федерального закона «О государственном языке РФ» (запрет использования слов, не соответствующих нормам литературного языка), а также на том, что употребление нецензурной брани в общественных местах квалифицируется как мелкое хулиганство (КоАП РФ). Ссылка заявителя на ст. 3 Закона о государственном языке (художественный замысел) отклонена, так как она не разрешает употребление нецензурных выражений в общественных местах и местах лишения свободы. УИК РФ также относит мелкое хулиганство к злостным нарушениям порядка отбывания наказания (ст. 116 УИК РФ).
Статьи, которые применил суд
- Статья 11 УИК РФ. Основные обязанности осужденных
Статья применена вместе с другими нормами
Текст акта
ГКПИ05-1640 ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
решение
И мен ем Р оссийск ой Ф едерац и и " - 2 й — -февраля- 2006_г.20 г.
Верховный Суд РФ в составе: председательствующего - судьи Верховного Суда РФ Редченко Ю. Д. при секретаре Я****й К. А. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Б*****а В. И. и его представителя К*********а В. А. о признании недействующим абзаца 9 (фактически абз. 10) пункта 15 раздела 3 «Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 3 ноября 2005 г. № 205 (далее Правила),
установил:
Б****в В. И. и его представитель К********в В. А. обратились в Верховный Суд РФ с указанным выше заявлением, сославшись на то, что оспариваемый в указанной части пункт Правил, содержащий запрет на употребление осужденными в местах лишения свободы нецензурных и жаргонных слов, не соответствует требованиям Федерального закона «О государственном языке в Российской Федерации» и необоснованно нарушает права заявителя на употребление таких слов по месту отбытия наказания. В судебное заседание заявитель и его представитель не явились, Представитель заявителя по доверенности с полным объемом прав, какие представлены законом заявителю, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Представители Министерства юстиции РФ Б********й А. Д. и Генеральной прокуратуры РФ Д*н О. Л. с предъявленным требованием не согласились и просили об оставлении его без удовлетворения, указав на то, что оспариваемый пункт Правил соответствует законодательству Российской Федерации и каких-либо прав заявителя не нарушает. При этом в порядке уточнения пояснили, что заявителем фактически оспаривается положение, содержащееся в абзаце 10 пункта 15 Правил, а не абзаце 9, как указано заявителем и его представителем в заявлении.
Выслушав объяснения представителей заинтересованных лиц, исследовав материалы дела и обсудив доводы заявления, Верховный Суд РФ находит его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. В соответствии с пунктом 1 ст. 253 ГПК РФ суд, признав, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит федеральному закону или другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, принимает решение об отказе в удовлетворении заявления.
Как установлено судом, приказом Министерства юстиции РФ от 3 ноября 2005 г. № 205 по согласованию с Генеральной прокуратурой РФ были утверждены «Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений», согласно абзацу 10 пункта 15 которых осужденным запрещается употреблять нецензурные и жаргонные слова, давать и присваивать клички.
Согласно пункту 2 ст. 4 Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации» в целях защиты и поддержки государственного языка Российской Федерации федеральные органы государственной власти в пределах своих полномочий разрабатывают и принимают федеральные законы и иные нормативные правовые акты РФ, разрабатывают и реализуют направленные на защиту и поддержку государственного языка РФ соответствующие целевые программы. Из объяснений представителей заинтересованных лиц следует, что нормативными актами, действующими в Российской Федерации, употребление нецензурной брани отнесено к наказуемым деяниям. В силу части 1 ст. 11 УИК РФ осужденные должны исполнять установленные законодательством РФ обязанности граждан Российской Федерации, соблюдать принятые в обществе нравственные нормы поведения.
Запрет осужденным употреблять нецензурные и жаргонные слова следует и из положений ч. 2 ст. 11 и ч. 3 ст. 82 названного выше Кодекса, согласно которым осужденные обязаны соблюдать требования федеральных законов, определяющих порядок и условия отбывания наказания, а также принятых в соответствии с ними нормативных правовых актов, к которым относятся и оспариваемые Правила. Оспариваемые положения Правил, по их мнению, конкретизируют указанные нормы УИК РФ и общепринятые нормы поведения осужденных, отбывающих наказание.
Приведенные объяснения представителей заинтересованных лиц полностью согласуются с требованиями пункта 6 ст. 1 Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации», запрещающим при использовании русского языка как государственного языка РФ использование слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка, за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке. Более того за употребление нецензурной брани в общественных местах Кодексом РФ об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность как за совершение мелкого хулиганства. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что оспариваемое положение абзаца 10 пункта 15 Правил соответствует требованиям действующего законодательства РФ и каких-либо оснований для признания его недействующим не имеется.
Довод заявителя и его представителя о том, что Федеральный закон «О государственном языке Российской Федерации» допускает возможность использования лексики, не соответствующей нормам русского языка, поскольку нецензурные выражения, по их мнению, являются значимой и неотъемлемой частью российской повседневной культуры, не может быть признан обоснованным.
Их ссылку при этом на положения ст. 3 вышеназванного Закона, допускающей возможность применения ненормативной лексики в случае, если она используется как часть художественного замысла, нельзя признать убедительной, так как данная норма не содержит какого-либо упоминания о разрешении употребления гражданами нецензурных выражений в общественных местах и тем более в местах отбытия осужденными наказания в виде лишения свободы.
Согласно уголовно-исполнительному законодательству основной обязанностью осужденных при отбытии наказания является соблюдение принятых в обществе нравственных норм поведения. Осужденные обязаны вежливо относиться к персоналу, иным лицам, посещающим учреждения исполняющие наказания, а также к другим осужденным.
К злостным нарушениям установленного порядка отбывания наказания относятся оскорбление представителей администрации при отсутствии признаков преступления, мелкое хулиганство и другие нарушения (116 УИК РФ), то есть данное законодательство также не содержит какого-либо разрешения на употребление осужденными нецензурных выражений в местах лишения свободы.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 198 и п. 1 ст. 253 ГПК РФ, Верховный Суд Российской Федерации
решил:
заявление Б*****а В. И. и его представителя К*********а В. А о признании недействующим абзаца 10 пункта 15 раздела 3 «Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений», утвержденных приказом Министерства юстиции РФ от 3 ноября 2005 г. № 205, оставить без удовлетворения.
Настоящее решение может быть обжаловано в Кассационную коллегию Верховного Суда РФ в течение 10 дней со дня его вынесения в окончательной форме.
Председательствующий- Судья Верховного Суда Р Ю. Д. Редченко
Этот акт в коте
vs_act(act_id="vs:134956") · Подключить бесплатно