Определение Конституционного Суда РФ от 28.05.2026 № 1478-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К******а А*****я В***********а на нарушение его конституционных прав частями 1 и 3 статьи 100 Лесного кодекса Российской Федерации, а также пунктом 1 статьи 77 и пунктом 1 статьи 78 Федерального закона «Об охране окружающей среды» город Санкт-Петербург 28 мая 2026 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Л.М.Жарковой, К.Б.Калиновского, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, А.В.Коновалова, М.Б.Лобова, В.А.Сивицкого, Е.В.Тарибо, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина А.В.К******а к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Гражданин А.В.К*****в оспаривает конституционность частей 1 и 3 статьи 100 «Возмещение вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам» Лесного кодекса Российской Федерации, а также пункта 1 статьи 77 «Обязанность полного возмещения вреда окружающей среде» и пункта 1 статьи 78 «Порядок компенсации вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды» Федерального закона от 10 января 2002 года № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды». Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, с заявителя взыскан ущерб, причиненный лесам вследствие незаконной рубки лесных насаждений, уничтожения и порчи почвы.

Суды учли вступившее в законную силу решение суда по другому делу, которым были признаны недействительными результаты межевания принадлежащего заявителю земельного участка сельскохозяйственного назначения и установлен факт наложения границ этого земельного участка на земли лесного фонда.

По мнению заявителя, оспариваемые нормы противоречат статьям 19 (часть 1), 34 (часть 1), 35 (части 1–3), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяют рассматривать в качестве нарушения лесного законодательства рубку лесных насаждений, работы по расчистке от древесно-кустарниковой и травянистой растительности, по организации специальной мелиоративной полосы на земельном участке сельскохозяйственного назначения, который после совершения указанных действий был признан в судебном порядке относящимся к землям лесного фонда и истребован из незаконного владения лица, осуществлявшего указанную деятельность, а также привлекать к ответственности указанное лицо в отсутствие противоправности его действий и вины, при этом применять таксы и методики определения размера вреда окружающей среде. 2.

Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно подчеркивал, что лесной фонд – ввиду его жизненно важной многофункциональной роли и значимости для общества в целом, требований сбалансированного развития экономики и улучшения состояния окружающей среды в условиях возрастания глобального экологического значения лесов и необходимости рационального использования этого природного ресурса в интересах Российской Федерации и ее субъектов, граждан, имеющих право на благоприятную окружающую среду (статья 42 Конституции Российской Федерации), – представляет собой публичное достояние многонационального народа России, является как таковой федеральной собственностью особого рода и имеет специальный правовой режим (постановления от 9 января 1998 года № 1-П, от 7 июня 2000 года № 10-П, от 21 апреля 2020 года № 19-П, от 22 сентября 2023 года № 45-П, от 28 января 2025 года № 3-П и др.; определения от 27 июня 2000 года № 92-О, от 3 февраля 2010 года № 238-О- О, от 15 января 2015 года № 5-О и др.). К целям данного режима относятся среди прочего обеспечение сохранности лесного фонда, его рациональное использование и эффективное воспроизводство, что предполагает ответственность субъектов хозяйственной деятельности, связанной с использованием лесов, за соблюдение установленного лесным законодательством регулирования.

Лесной кодекс Российской Федерации (статья 100) и Федеральный закон «Об охране окружающей среды» (статьи 77 и 78) предусматривают, что вред окружающей среде возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления его размера. Таксы и методики исчисления размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства, утверждаются Правительством Российской Федерации. При этом Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях отмечал, что подобная модель правового регулирования, основанная на применении стандартных формул для исчисления размера вреда окружающей среде, отвечает природе соответствующих правоотношений (постановление от 2 июня 2015 года № 12-П; определения от 30 июня 2020 года № 1539-О, от 28 сентября 2021 года № 1884-О, от 30 ноября 2023 года № 3179-О и др.).

Особенности экологического ущерба, прежде всего неочевидность причинно-следственных связей между негативным воздействием на окружающую среду и причиненным вредом, предопределяют трудность или невозможность возмещения вреда в натуре и исчисления вреда, а потому – условность оценки его размера (постановления от 2 июня 2015 года № 12-П и от 6 декабря 2024 года № 56-П; определение от 13 мая 2019 года № 1197-О и др.). Таким образом, сами по себе оспариваемые нормы, находясь в системной связи между собой и с иными нормативными положениями, закрепляющими правовые последствия причинения вреда лесам, в целом призваны способствовать достижению цели обеспечения сохранности лесного фонда, его рационального использования и эффективного воспроизводства и охранять установленный в сфере лесных отношений правопорядок, в том числе восстановление лесов путем возмещения вреда лицом, причинившим вред.

Данные нормы, вопреки доводам заявителя не допускающие привлечения лица к ответственности за причинение им вреда окружающей среде в отсутствие противоправных действий с его стороны и вины, не могут сами по себе расцениваться как нарушающие в указанном в жалобе аспекте конституционные права А.В.К******а, в деле с участием которого суды отклонили его доводы о недоказанности принадлежности земельного участка, на котором осуществлялась хозяйственная деятельность, к землям лесного фонда, а не к землям сельскохозяйственного назначения, исходя из того, что при формировании земельного участка сельскохозяйственного назначения не были учтены сведения, содержащиеся в лесоустроительной документации и в государственном лесном реестре. определение же того, имелись ли основания для возмещения вреда, причиненного лесам, требующее установления и исследования фактических обстоятельств, к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, предусмотренным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина К******а А*****я В***********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 1478-О