Определение Конституционного Суда РФ от 28.02.2023 № 436-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Украины Л*****о В*****я В*********а на нарушение его конституционных прав пунктом «б» части четвертой статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации город Санкт-Петербург 28 февраля 2023 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей А.Ю.Бушева, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина Украины В.В.Л*****о к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1. Гражданин Украины В.В.Л****й, осужденный к лишению свободы, оспаривает конституционность пункта «б» части четвертой статьи 158 «Кража» УК Российской Федерации.

По мнению заявителя, оспариваемое законоположение не соответствует Конституции Российской Федерации и принципу справедливости, поскольку позволяет признавать кражу совершенной в особо крупном размере, не учитывая, что причиненный ущерб не является значительным для организации – собственника похищенного имущества, а также поскольку установленные в 2003 году критерии определения крупного и особо крупного размеров кражи не отражают произошедшие с тех пор изменения среднестатистических доходов населения и общих экономических показателей, включая инфляцию. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Установление уголовно-правовых мер, направленных на защиту собственности от преступных посягательств, Конституция Российской Федерации возлагает на федерального законодателя, предоставляя ему достаточно широкую свободу усмотрения, но одновременно обязывая его руководствоваться имеющими универсальное значение и по своей сути относящимися к основам конституционного правопорядка общими принципами юридической ответственности. Так, федеральный законодатель, внося изменения в регулирование мер уголовно-правовой защиты права собственности, должен исходить из требования адекватности порождаемых ими последствий тому вреду, который причинен в результате правонарушения.

Это не исключает ни конституционно оправданную целесообразность при конструировании новых составов преступлений, основывающуюся на учете фактического состояния общественных отношений в конкретно-исторических условиях, предопределяющих необходимость повышенной защиты тех или иных прав и законных интересов граждан, ни соразмерность уголовной ответственности защищаемым уголовным законом ценностям при соблюдении конституционных принципов равенства и справедливости (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 года № 32-П). Статья 158 УК Российской Федерации устанавливает уголовную ответственность за кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества (часть первая), а также дифференцирует (усиливает) такую ответственность в случае совершения кражи в особо крупном размере.

Согласно же пункту 4 примечаний к этой статье крупным размером в статьях главы 21 данного Кодекса, за исключением частей шестой и седьмой статьи 159, статей 1591 и 1595, признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей, а особо крупным – один миллион рублей.

По общему правилу имущественный ущерб как признак хищения предполагает (составляет) утрату имущества, т.е. уменьшение фондов собственника на стоимость (размер) утраченного в результате преступления имущества, которое поступило в незаконное владение виновного или других лиц. Следовательно, обязательными объективными признаками хищения выступают противоправное завладение имуществом (изъятие, обращение) в таком размере, в каком им распорядиться может либо сам виновный, либо лицо, в чью пользу это имущество по его воле отчуждено, а также ущерб, причиненный содеянным (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8 декабря 2022 года № 53-П). В случаях причинения именно материального ущерба недопустимо отказываться от выражения в стоимостном измерении элемента состава преступления, прямо предусмотренного уголовным законом.

Развитый денежный оборот обусловлен типичными и согласованными в реальных сделках, а потому приемлемыми ценами, где условно и приблизительно, но воплощены представления неопределенного числа субъектов о ценности и полезном значении не только объектов права, но и возможностей, которые дают лицу права на эти объекты (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 мая 2021 года № 21-П). определение размера похищенного исходя из фактической стоимости имущества само по себе не противоречит принципу справедливости (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2010 года № 597-О-О, от 26 мая 2016 года № 1089-О, от 19 декабря 2017 года № 2861-О, от 27 марта 2018 года № 834-О и др.).

Кроме того, уголовно-процессуальный закон предусматривает обязанность органов публичного уголовного преследования точно установить ущерб от преступления, а также обязанность суда, постановляя обвинительный приговор, отразить в нем установленные в ходе рассмотрения уголовного дела характер и размер вреда, причиненного преступлением, в том числе стоимость похищенного как неотъемлемый криминообразующий элемент состава преступления в виде хищения чужого имущества, приняв тем самым законное, обоснованное и мотивированное решение, обеспеченное гарантиями его признания и исполнения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 11 февраля 2020 года № 297-О и от 21 июля 2022 года № 2068-О). определение же критериев крупного и особо крупного размеров преступлений против собственности относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24 ноября 2016 года № 2562-О).

Положения пункта 4 примечаний к статье 158 УК Российской Федерации, введенные Федеральным законом от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ, действуют в настоящее время в редакции Федерального закона от 23 апреля 2018 года № 111-ФЗ. Сохраняя ранее установленные общие критерии крупного и особо крупного размеров для преступлений против собственности, федеральный законодатель учитывал современные социально-экономические отношения и не вышел за рамки своих полномочий (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 февраля 2021 года № 352-О). Нормы, закрепляющие указанные признаки хищения, подлежат применению независимо от того, в чьей собственности находилось похищенное имущество.

Это в полной мере согласуется со статьей 8 (часть 2) Конституции Российской Федерации, относящей к основам конституционного строя принцип равного признания и защиты частной, государственной, муниципальной и иных форм собственности. Соответственно, оспариваемое законоположение не может расцениваться в качестве нарушающего конституционные права заявителя в обозначенном им аспекте, а потому данная жалоба, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1.

Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Украины Л*****о В*****я В*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 436-О