Определение Конституционного Суда РФ от 21.07.2022 № 1769-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б*******й Е*******ы А********ы на нарушение ее конституционных прав частью 1 статьи 20.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и пунктом 2 Указа Мэра Москвы «О введении режима повышенной готовности» город Санкт-Петербург 21 июля 2022 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.Ю.Бушева, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданки Е.А.Б*******й к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Гражданка Е.А.Б******а оспаривает конституционность: части 1 статьи 20.61 КоАП Российской Федерации, устанавливающей, что невыполнение правил поведения при введении режима повышенной готовности на территории, на которой существует угроза возникновения чрезвычайной ситуации, или в зоне чрезвычайной ситуации, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 6.3 данного Кодекса, влечет предупреждение или наложение административного штрафа, в частности, на граждан в размере от одной тысячи до тридцати тысяч рублей; пункта 2 Указа Мэра Москвы от 5 марта 2020 года № 12-У* «О введении режима повышенной готовности», в соответствии с которым на время введения на территории города Москвы режима повышенной готовности в связи с угрозой распространения в городе Москве новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV) запрещается проведение на территории города Москвы спортивных, зрелищных, публичных и иных массовых мероприятий.

Как следует из представленных материалов, постановлением судьи Тверского районного суда города Москвы от 8 сентября 2020 года, оставленным без изменения решением судьи Московского городского суда от 10 декабря 2020 года и постановлением судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции от 19 мая 2021 года, Е.А.Б******а привлечена к административной ответственности на основании части 1 статьи 20.61 КоАП Российской Федерации в связи с тем, что 18 июня 2020 года она в нарушение требований Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», Правил поведения, обязательных для исполнения гражданами и организациями, при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации (утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 апреля 2020 года № 417) и требований Указа Мэра Москвы «О введении режима повышенной готовности» провела одиночное пикетирование.

Заявительнице назначен административный штраф в размере пятнадцати тысяч рублей. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 3 июня 2022 года жалоба Е.А.Б*******й на данные судебные акты оставлена без удовлетворения. По мнению заявительницы, оспариваемые нормативные положения не соответствуют статьям 19 (части 1 и 2), 29 (части 1 и 4), 31 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку запрещают проведение публичного мероприятия в форме одиночного пикетирования, а также позволяют привлекать к административной ответственности граждан за проведение такого пикетирования. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования) могут затрагивать права широкого круга лиц – как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, – государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, т.е. в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (постановления от 18 мая 2012 года № 12-П, от 14 февраля 2013 года № 4-П и от 17 мая 2021 года № 19-П); таким же критериям должны соответствовать и подзаконные нормативные акты, принятые в том числе в экстраординарной ситуации в порядке исполнения Конституции Российской Федерации и федерального закона (постановления от 18 февраля 2000 года № 3-П, от 14 ноября 2005 года № 10-П, от 26 декабря 2005 года № 14-П, от 16 июля 2008 года № 9-П, от 7 июня 2012 года № 14-П, от 17 февраля 2016 года № 5-П и от 25 декабря 2020 года № 49-П).

Конституционный Суд Российской Федерации ранее уже рассматривал вопросы, связанные с ограничением ряда конституционных прав граждан, введенные актами высших должностных лиц (руководителей высших исполнительных органов государственной власти) субъектов Российской Федерации, в том числе права на проведение мирных публичных мероприятий. Данные решения Конституционного Суда Российской Федерации – постановление от 25 декабря 2020 года № 49-П и определение от 20 июля 2021 4 года № 1680-О – сохраняют свою силу, а сформулированные в них правовые позиции и выводы Конституционного Суда Российской Федерации в полной мере относятся и к оспариваемому пункту 2 Указа Мэра Москвы «О введении режима повышенной готовности».

Что касается непосредственно обозначенного в жалобе заявительницы аспекта, связанного с распространением запрета, установленного пунктом 2 Указа Мэра Москвы «О введении режима повышенной готовности», на проведение одиночного пикетирования, то в соответствии с Федеральным законом от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» пикетирование, проводимое одним участником, является видом публичного мероприятия и выступает формой публичного выражения мнений, осуществляемого без передвижения и использования звукоусиливающих технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного гражданина, использующего плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации, а также быстровозводимые сборно-разборные конструкции (пункты 1 и 6 статьи 2). Соответственно, по своей природе одиночное пикетирование – как и любой другой вид публичного мероприятия – предполагает потенциальное привлечение внимания других граждан и, соответственно, не исключает образования скопления людей в месте его проведения и тем самым объективно несет риски с точки зрения распространения заболеваемости коронавирусной инфекцией.

Этот вывод не может быть поставлен под сомнение тем, что в силу части 11 статьи 7 названного Федерального закона уведомление о пикетировании, осуществляемом одним участником, не требуется (за исключением случая, если этот участник предполагает использовать быстровозводимую сборно-разборную конструкцию). Данное правило, основанное на презумпции минимального риска, создаваемого проведением одиночного пикетирования для общественной безопасности и прав граждан, не рассчитано на такую экстраординарную ситуацию, как распространение новой коронавирусной инфекции.

При оценке соразмерности оспариваемого запрета на проведение публичных мероприятий из-за угрозы распространения новой коронавирусной инфекции нельзя также не учитывать, что гражданин не лишен возможности в рамках реализации гарантированных статьями 29 и 33 Конституции Российской Федерации прав использовать иные формы выражения своего мнения и доведения его до других граждан и органов публичной власти.

Таким образом, запрет на проведение на территории города Москвы спортивных, зрелищных, публичных и иных массовых мероприятий, в том числе на проведение одиночного пикетирования, установленный оспариваемым положением Указа Мэра Москвы «О введении режима повышенной готовности», действующий во взаимосвязи с общей системой конституционно-правового и соответствующего отраслевого законодательного регулирования, обусловлен объективной необходимостью реагирования на угрозу распространения коронавирусной инфекции на определенной территории, имеет исключительный характер и преследует конституционно закрепленные цели защиты жизни и здоровья граждан.

Кроме того, в период проведения заявительницей публичного мероприятия (18 июня 2020 года) эпидемиологическая ситуация в городе Москве, обусловленная распространением новой коронавирусной инфекции, не могла быть оценена как благополучная. В связи с этим оспариваемый запрет, а равно и привлечение к административной ответственности за его нарушение на основании также оспариваемой заявительницей части 1 статьи 20.61 КоАП Российской Федерации не могут расцениваться как не согласующиеся с требованиями пропорциональности вводимых ограничений прав. Следовательно, оспариваемые нормативные положения не нарушают конституционных прав Е.А.Б*******й в указанном в ее жалобе аспекте в ее конкретном деле.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б*******й Е*******ы А********ы, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 1769-О