Определение Конституционного Суда РФ от 26.04.2021 № 792-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина С*******а Н*****я А*********а на нарушение его конституционных прав положениями ряда нормативных правовых актов город Санкт-Петербург 26 апреля 2021 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, Г.А.Гаджиева, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, В.Г.Ярославцева, рассмотрев по требованию гражданина Н.А.С*******а вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Гражданин Н.А.С******ч оспаривает конституционность: части четвертой статьи 7 Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовноисполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации и органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», предоставляющей лицам, которым установлены пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности в соответствии с данным Законом, право на одновременное получение страховой пенсии по старости (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости); подпункта 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации, относящего к плательщикам страховых взносов лиц, являющихся страхователями в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, из числа индивидуальных предпринимателей, адвокатов, медиаторов, нотариусов, занимающихся частной практикой, арбитражных управляющих, оценщиков, патентных поверенных и иных лиц, занимающихся в установленном законодательством Российской Федерации порядке частной практикой; подпункта 13 пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», предусматривающего указание в общей части индивидуального лицевого счета суммы начисленных страхователем застрахованному лицу страховых взносов, в том числе для лиц [дата рождения скрыта] и старше – суммы страховых взносов на финансирование страховой пенсии в пределах установленной предельной величины базы для начисления страховых взносов по тарифу 16,0 процентных пункта тарифа страхового взноса независимо от фактически уплаченной страхователем суммы страховых взносов за данное застрахованное лицо; подпункта 2 пункта 1 статьи 6, пункта 22 статьи 22 и пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей до принятия Федерального закона от 30 декабря 2020 года № 502-ФЗ), которыми, соответственно, к страхователям по данному виду страхования отнесены индивидуальные предприниматели, адвокаты, арбитражные управляющие, нотариусы, занимающиеся частной практикой; определен подлежащий применению при исчислении уплачиваемого ими в фиксированном размере страхового взноса тариф, с пропорциональным распределением его солидарной и индивидуальной части в зависимости от варианта пенсионного обеспечения исходя из года рождения застрахованного лица; на названную категорию страхователей возложена обязанность по уплате страховых взносов в фиксированном размере в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах; положений Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», определяющих условия назначения страховой пенсии по старости в виде наличия, соответственно, не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (части 2 и 3 статьи 8); включение в страховой стаж периодов работы и (или) иной деятельности, выполнявшихся застрахованными лицами на территории Российской Федерации, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (часть 1 статьи 11); исключение из страхового стажа, требуемого для приобретения права на страховую пенсию по старости гражданами, получающими пенсию за выслугу лет либо пенсию по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I, периодов службы, предшествовавших назначению пенсии по инвалидности, либо периодов службы, работы и (или) иной деятельности, учтенных при определении размера пенсии за выслугу лет в соответствии с указанным Законом; при этом учтенными считаются все периоды, которые были засчитаны в выслугу лет, в том числе периоды, не влияющие на размер пенсии за выслугу лет либо пенсии по инвалидности, в соответствии с указанным Законом (часть 4 статьи 13); формулу определения величины индивидуального пенсионного коэффициента (далее – ИПК) за каждый календарный год начиная с 1 января 2015 года с учетом ежегодных отчислений страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах (часть 18 статьи 15), а также порядок исчисления величины индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости с 1 января 2015 года (часть 3 статьи 35).

Как следует из представленных материалов, Н.А.С******ч ([дата рождения скрыта]) имеет статус адвоката и получает пенсию за выслугу лет в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I. В связи с достижением возраста 60 лет он обратился с заявлением о назначении страховой пенсии по старости, в чем ему было отказано, поскольку на момент обращения величина его индивидуального пенсионного коэффициента составила менее 11,4.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения противоречат статьям 1 (часть 1), 2, 4 (часть 2), 7 (часть 1), 15 (части 1 и 2), 17 (часть 1), 18, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 35 (части 1–3), 39 (часть 1), 54 (часть 1), 55 (части 2 и 3) и 57 Конституции Российской Федерации, поскольку не предусматривают возможность включения в страховой стаж, необходимый для назначения страховой пенсии по старости, как периода, за который адвокат, получающий пенсию в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I, страховые взносы на обязательное пенсионное страхование не начислял и не уплачивал в силу правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 мая 2005 года № 223-О, так и времени обучения в образовательной организации, которое, по его утверждению, было учтено в выслугу лет лишь частично.

Кроме того, нарушение своих прав Н.А.С******ч усматривает в возложении на адвокатов, получающих пенсию за выслугу лет в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I, обязанности по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование при отсутствии гарантии получения страховой пенсии по старости и фиксированной выплаты к ней. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. 2.1.

Вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», представленными Н.А.С********м материалами не подтверждается применение судом в конкретном деле с его участием оспариваемых положений пункта 22 статьи 22 Федерального закона «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», части 18 статьи 15 Федерального закона «О страховых пенсиях» и подпункта 2 пункта 1 статьи 419 Налогового кодекса Российской Федерации. Следовательно, данная жалоба в этой части не отвечает критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации. 2.2.

Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение механизма реализации данного конституционного права к компетенции законодателя (статья 39, часть 2). Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсий в установленных законом случаях и размерах, реализация которого обеспечивается в Российской Федерации путем создания систем пенсионного страхования, а также государственного пенсионного обеспечения. Федеральный законодатель обладает достаточно широкой дискрецией в указанной сфере и вправе закрепить в законе правовые основания назначения пенсий, размеры пенсий, порядок их исчисления и выплаты.

Федеральный закон «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (в редакции, действовавшей до принятия Федерального закона от 30 декабря 2020 года № 502-ФЗ), закрепляя круг лиц, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование, включал в него адвокатов, в том числе являющихся получателями пенсии за выслугу лет или пенсии по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I, в качестве страхователей по обязательному пенсионному страхованию и обязывал их уплачивать страховые взносы в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации.

Как неоднократно указывал в своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации, отнесение адвокатов к числу лиц, подлежащих обязательному пенсионному страхованию, и возложение на них обязанности по уплате страховых взносов – с учетом цели обязательного пенсионного страхования, социально-правовой природы и предназначения страховых взносов – само по себе не может расцениваться как не согласующееся с требованиями Конституции Российской Федерации; граждане, самостоятельно обеспечивающие себя работой, подвержены такому же социальному страховому риску в связи с наступлением страхового случая, как и лица, работающие по трудовому договору, и уплата страховых взносов обеспечивает формирование их пенсионных прав, приобретение ими права на получение пенсии (определения от 24 мая 2005 года № 223-О, от 29 сентября 2011 года № 1179-О-О, от 25 января 2012 года № 226-О-О, от 24 июня 2014 года № 1471-О и др.).

Для застрахованных лиц, получающих пенсии за выслугу лет или по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I, с принятием Федерального закона от 22 июля 2008 года № 156-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам пенсионного обеспечения», в том числе дополнившим статью 7 названного Закона Российской Федерации частью четвертой, в системе обязательного пенсионного страхования была предоставлена возможность реализации пенсионных прав, формирование которых обеспечивалось уплатой страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Такое правовое регулирование, установленное с учетом правовых позиций, выраженных в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 24 мая 2005 года № 223-О и от 11 мая 2006 года № 187-О, не может рассматриваться как ущемляющее право указанных лиц на социальное обеспечение и приводящее в нарушение предписаний статьи 35 Конституции Российской Федерации к их необоснованному финансовому обременению и неправомерному лишению части законно заработанного (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 года № 622-О-О, от 18 октября 2012 года № 1948-О, от 24 июня 2014 года № 1471-О, от 20 ноября 2014 года № 2712-О, от 28 марта 2017 года № 519-О и др.). 2.3. В системе обязательного пенсионного страхования право на страховую (до 1 января 2015 года – трудовую) пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных законодательством (часть 1 статьи 4 Федерального закона «О страховых пенсиях», часть первая статьи 3 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»). В качестве одного из таких условий законодатель установил наличие у гражданина страхового стажа, определяемого как суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, за которые начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж (пункт 2 статьи 3 Федерального закона «О страховых пенсиях», абзац третий статьи 2 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»).

При этом, по общему правилу, периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации застрахованными лицами, включаются в страховой стаж, если за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации (часть 1 статьи 11 Федерального закона «О страховых пенсиях», пункт 1 статьи 10 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»). В своих решениях Конституционный Суд Российской Федерации не раз отмечал, что страховые взносы на обязательное пенсионное страхование являются материальной гарантией предоставления застрахованным лицам надлежащего страхового обеспечения.

Установленное в Федеральном законе «О страховых пенсиях» правило о включении в страховой стаж застрахованных лиц периодов их работы при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, с соблюдением которого связывается реализация права на получение страховой (до 1 января 2015 года – трудовой) пенсии в надлежащем объеме и которому корреспондирует законодательно закрепленная обязанность страхователя своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации, также призвано обеспечивать нормальное функционирование финансового механизма обязательного пенсионного страхования и в конечном счете – выплату пенсий застрахованным лицам в размере, предусмотренном законом и адекватном результатам их труда.

При этом уплатой страховых взносов обеспечиваются не только частные интересы застрахованных, но и публичные интересы, связанные с реализацией принципа социальной солидарности поколений.

Это гарантируется структурой тарифа страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, который начиная с 1 января 2012 года включает в себя солидарную и индивидуальную части, из которых только последняя предназначена для персонифицированного формирования пенсионных прав застрахованного лица и подлежит учету, в том числе в общей части его индивидуального лицевого счета (подпункт 13 пункта 2 статьи 6 Федерального закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования»). Адвокаты, в том числе получающие пенсии за выслугу лет или по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I, являясь одновременно страхователями по обязательному пенсионному страхованию и застрахованными лицами, своевременно и в полном объеме уплачивая страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, самостоятельно обеспечивают свое право на получение страховой пенсии.

Само по себе признание Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 24 мая 2005 года № 223-О нормативных положений подпункта 2 пункта 1 статьи 6, пункта 1 статьи 7, пункта 2 статьи 14 и пунктов 1–3 статьи 28 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», утратившими силу и не применяющимися судами, другими органами и должностными лицами, как не соответствующих статьям 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 и 2), 39 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации не предполагает безусловного включения лицам, получающим пенсии по государственному пенсионному обеспечению, периода их деятельности в качестве адвокатов, за который они освобождались от уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, в страховой стаж, дающий право на страховую (до 1 января 2005 года – трудовую) пенсию по старости.

Иной подход приводил бы к тому, что подтверждением страхового (до 1 января 2002 года общего трудового) стажа являлось бы лишь наличие статуса адвоката, что противоречило бы принципам пенсионного страхования, а освобождение их от уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и одновременно зачет данных периодов в страховой стаж, дающий право на предоставление обеспечения по обязательному пенсионному страхованию, означало бы переложение бремени участия в образовании средств этого Фонда на другие категории граждан, что противоречило бы конституционному принципу справедливости, а также требованию статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Закрепленное в части 4 статьи 13 Федерального закона «О страховых пенсиях» правило, исключающее возможность одновременного зачета хронологически совпадающих периодов в выслугу лет и в страховой стаж, в равной мере распространяющееся на всех граждан, получающих пенсию за выслугу лет либо пенсию по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I и осуществляющих трудовую деятельность, также не может рассматриваться как нарушающее их конституционные права, притом что такие периоды в установленном порядке были учтены при определении размера их пенсии за выслугу лет (инвалидности), носящей характер основной пенсионной выплаты, назначаемой на основании специального закона. 2.4. В рамках реформирования системы обязательного пенсионного страхования с 1 января 2015 года, устанавливая новое правовое регулирование и изменяя механизм исчисления страхового обеспечения, законодатель в качестве условия назначения страховой пенсии по старости – наряду со страховым стажем определенной продолжительности – предусмотрел необходимость наличия величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (часть 3 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

При этом законодатель в части 3 статьи 35 данного Федерального закона установил переходные положения, предусматривающие поэтапное увеличение с 1 января 2015 года величины индивидуального пенсионного коэффициента, при наличии которой назначается указанная пенсия (от 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30), а также возможность определения величины индивидуального пенсионного коэффициента для назначения страховой пенсии по старости на общих условиях – на день достижения возраста, предусмотренного статьей 8 указанного Федерального закона (до 1 января 2019 года – 60 лет для мужчин и 55 лет для женщин).

Таким образом, при переходе к новому правовому регулированию в области пенсионного обеспечения в рамках системы обязательного пенсионного страхования обеспечивалась необходимая стабильность в правовом регулировании, а для граждан создавалась возможность адаптироваться к изменившимся условиям их пенсионного обеспечения. Следовательно, оспариваемые законоположения являются необходимыми элементами правового механизма пенсионного обеспечения в рамках обязательного пенсионного страхования, в том числе предоставляющего возможность постепенной адаптации граждан к изменению условий и порядка его предоставления, направлены на обеспечение гарантированного исполнения обязательств Пенсионного фонда Российской Федерации перед застрахованными лицами и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, достигшего возраста, дающего право на пенсионное обеспечение, до 1 января 2019 года и имеющего возможность реализовать право на страховую пенсию по старости на условиях, действовавших на момент достижения возраста 60 лет.

Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 40, пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина С*******а Н*****я А*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 792-О