Определение Конституционного Суда РФ от 25.06.2019 № 1805-О

об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П********а П***а А*********а на нарушение его конституционных прав Федеральным законом от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ «О внесении изменений в статью 72 Уголовного кодекса Российской Федерации» город Санкт-Петербург 25 июня 2019 года Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д.Зорькина, судей К.В.Арановского, А.И.Бойцова, Н.С.Бондаря, Г.А.Гаджиева, Ю.М.Данилова, Л.М.Жарковой, С.М.Казанцева, С.Д.Князева, А.Н.Кокотова, Л.О.Красавчиковой, С.П.Маврина, Н.В.Мельникова, Ю.Д.Рудкина, О.С.Хохряковой, В.Г.Ярославцева, рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина П.А.П********а к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, установил : 1.

Гражданин П.А.П*******н, отбывающий наказание в виде лишения свободы, утверждает, что Федеральный закон от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ «О внесении изменений в статью 72 Уголовного кодекса Российской Федерации» не соответствует статьям 22 (часть 1) и 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку позволяет применять установленный его положениями для лиц, осужденных к отбыванию наказания в исправительной колонии общего режима, кратный зачет времени, проведенного под стражей, в срок лишения свободы исключительно до вступления приговора в законную силу, а не до момента фактического обращения этого приговора к исполнению, в результате чего такие осужденные лишаются права на своевременное обращение с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания и замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. 2.

Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, установление федеральным законом уголовной ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность виновного обстоятельств противоречили бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма.

Вместе с тем дифференциация мер уголовно-правовой ответственности должна отвечать требованиям справедливости, разумности и соразмерности (постановления от 19 марта 2003 года № 3-П, от 11 декабря 2014 года № 32-П и от 15 ноября 2016 года № 24-П).

Конституция Российской Федерации, закрепляя в статье 22 право каждого на свободу и личную неприкосновенность, вводит единые гарантии этого права при заключении под стражу и содержании под стражей и при лишении свободы (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2003 года № 1-П). Соответственно, в основе зачета в срок наказания периода, в течение которого лицо подвергается изоляции от общества, лежит сопоставление характера применяемых при этом уголовноправовых или уголовно-процессуальных ограничений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2018 года № 212-О, от 17 июля 2018 года № 2030-О и от 27 сентября 2018 года № 2140-О).

Устанавливая в статье 72 УК Российской Федерации правила зачета времени содержания лица под стражей до вступления приговора суда в законную силу в срок лишения свободы – предусматривающие, в частности, что один день содержания под стражей засчитывается за один день отбывания наказания в тюрьме либо исправительной колонии строгого или особого режима, за полтора дня отбывания наказания в воспитательной колонии либо исправительной колонии общего режима и за два дня отбывания наказания в колонии-поселении (часть третья1, введенная Федеральным законом от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ), – федеральный законодатель не вышел за рамки уголовно-правовых средств, которые он вправе использовать для достижения конституционно оправданных целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления его исправительного воздействия на осужденного, предупреждения новых преступлений и тем самым защиты личности, общества и государства от преступных посягательств и которые не допускают избыточного ограничения прав и свобод при применении мер уголовно-правового принуждения (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2018 года № 2845-О, от 20 декабря 2018 года № 3377-О и от 29 января 2019 года № 65-О).

При этом в соответствии с Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации осужденные к лишению свободы направляются для отбывания наказания не позднее 10 дней со дня получения администрацией следственного изолятора извещения о вступлении приговора суда в законную силу и в течение этого срока имеют право на краткосрочное свидание с родственниками или иными лицами (часть первая статьи 75); осужденные, оставленные в следственном изоляторе или тюрьме для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, содержатся в незапираемых общих камерах отдельно от иных лиц на условиях, предусмотренных данным Кодексом для исправительных колоний общего режима, и пользуются правом ежедневной прогулки продолжительностью два часа (часть третья статьи 77); в случаях привлечения осужденных к лишению свободы к участию в следственных действиях или судебном разбирательстве они содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда (часть третья статьи 771).

Таким образом, положения оспариваемого Федерального закона, действуя во взаимосвязи с нормами Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, не могут расцениваться как нарушающие права заявителя. Что же касается доводов заявителя о нарушении его прав в связи с невозможностью своевременно обратиться в суд с ходатайством об условнодосрочном освобождении от отбывания наказания и замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания, то представленными материалами, вопреки требованию статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», применение оспариваемого Федерального закона в данном аспекте не подтверждается. Соответственно, жалоба заявителя, как не отвечающая критерию допустимости обращений в Конституционный Суд Российской Федерации, не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации определил : 1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина П********а П***а А*********а, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. 2. определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит. Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин № 1805-О